Стая

На собравшихся определенно подействовало такое его прямое проникновенное изречение, вызвав в душах смятение, беспокойство и трепет. Все замерли в ожидании продолжения, хотя оно совсем и не последовало вовсе.

– Ну, хватит, отец Игорь, совсем ополоумел что ли, в народе панику разводить. Все под должным контролем, - опомнившись, быстро проговорил властный гость.
– И я Вам настоятельно рекомендую, батюшка, на время пока остаться здесь, от греха подальше, - тот властно и достаточно убедительно взглянул на него, затем и на Людмилу, чтобы та сразу все себе уяснила.
– Хозяйка здешнего заведения будет рада принять Вас на несколько дней.

– Конечно, конечно, отец Игорь, всегда рады, гостите, сколько хотите, - произнесла она автоматически в ответ, несколько ошарашенная эдаким поворотом событий.

– Так не будет ли любезна, столь приветливая хозяюшка угостить меня стаканчиком вина, дабы несколько погасить необузданные чувства, естественно переполнившие меня в такой момент?

– вымолвил священник уже совсем другим, изменившимся голосом, кладя руку ладонью себе на грудь.

Дмитрий Александрович одобрительно кивнул, тем самым показывая, что это будет для него очень даже кстати.

Людмила поспешила выполнить просьбу, трясущимися руками налила из бутылки остатки вина в стакан, от волнения немного расплескав его на стол.

– О, живительный бальзам на мое сердце, дающий успокоение грешной душе, - изрек батюшка, залпом выпивая вино и вытирая попутно рукавом рясы обмоченные усы и бороду.
– Спасибо великое за угощение!

– Ладно, оставайтесь здесь, да сидите тихо, чтобы внимания лишний раз не привлекать, а то народ сейчас сильно буйствует. Всякое может случиться, - слегка улыбнувшись, высказался грозный распорядитель сущего, направляясь к выходу.
– Я уж оповещу население, что им тут точно делать нечего.

– Оксана к Вам собиралась, - как бы выспрашивая того, крикнул вдогонку ему Андрей.
– Хотела насчет собак поговорить.

– Надоела она мне уже, ей богу, вместе с мамой ее. Какие там собаки сейчас, ситуация критическая. Не до этого пока, - махнув рукой, он вышел из бара вместе с сопровождавшей его охраной.

– Вот нам все и объяснили, - опуская тяжелую задвижку на двери, произнес Андрей.
– Да уж, как-то вовремя в этот раз я Город посетил. Нужно бы досказать все до конца. Что я там узнал, может нам действительно очень хорошо помочь.

Андрей внезапно развернулся к своим потенциальным слушателям, резко подошел к столу и сел за него. Остальные, также, не сговариваясь, последовали его примеру, рассаживаясь по местам, будто по команде, или следуя чьему-либо приглашению. Андрей начал рассказывать дальше, все более погружая собравшихся в нереальность описываемых им событий, произошедших за гранью этой настоящей действительности.

Почему же именно такое случилось с ним? Кто знает? Возможно предчувствие или судьба, которая всегда находит того или иного необходимого ей человека, оказавшегося в нужное время в нужном месте. Ход событий, закономерность или случайность? Но ведь возможно это и есть главное свойство разумных существ, следовать своему предназначению - чувству, заложенному в них природой и помогающее выжить в экстремальных, непредвиденных ситуациях. Такого нет у существ с менее развитым интеллектом, тупо руководствующихся инстинктами и гибнущих в ходе эволюции, либо, меняющихся до неузнаваемости, теряя первоначальный облик, пытаясь как-нибудь приспособиться к изменившейся среде обитания. Человеку не дано преобразиться. Он переделывает сам все условия собственного существования на более подходящие. Ну, естественно, если хватает на это знаний, разума и сил.

Однако Андрей продолжал свой рассказ. В ходе повествования слушатели вели себя довольно разнообразно. Людмила, то и дело прикрывала ладонями лицо, что-нибудь вскрикивала в промежутках между словами, бессмысленно моргала глазами, либо загадочно, хитро улыбалась, прищуривалась, вспоминая о чем-то своем. Николай трясущимися руками время от времени снимал и надевал очки, видимо от волнения протирая их по нескольку раз платочком, выговаривая при этом выражения, подобные тому, как "давай - давай!", "не может быть!", и так далее. Антон же молчал, и лишь только по одному состоянию его внешности можно было хоть как-то уловить в общих чертах некоторые мысли, посещавшие того в данный момент. Лицо менялось от вполне серьезного и мрачного, до внезапно просветлевшего и совсем по-детски улыбающегося. Отец Игорь, как и предполагалось, совершенно случайно оказавшийся здесь, слушая все это, вел себя крайне неадекватно. Часто вскакивал с места, естественно хватаясь за свой пребольшущий крест, размахивал им в разные стороны, попутно высказывая различные духовные изречения.

Так или иначе, но все слушали Андрея крайне внимательно и заинтересованно, лишь изредка вставляя какие-нибудь необходимые реплики, уточняя, таким образом, истинный ход произошедших событий.

Глава 7. Город.

Он предстал предо мною во всем несказанном величии, поражая незыблемой красотой и совершенством, будто бы впервые, каждый раз, по-новому раскрывая свои стороны отличной ото всех, неторопливой повседневной жизни, удивляя тихим и спокойным ходом ее размеренного течения, необозримым образом бытия, сложившимся в тот момент, какой присутствовал здесь, совсем другой и не похожий на остальные, окружающие его обстоятельства. Архитектура Города впечатляла необычайными размерами, простирающимися далеко за пределы видимости горизонта, не имеющие ни конца, ни края, забирающие буквально все вокруг в свои владения. Прямые линии, круги, окружности зданий очерчивали его улицы, дворы, скверы, окрашенные в самые различные цвета, однако с единственным из них преобладавшим - темно-синим. Здесь было абсолютно чисто, даже слишком, что особенно сразу бросалось в глаза, привлекая внимание гостей, когда-либо видевших все данное великолепие, без той невозможно-жуткой грязи, какая повсеместно наблюдалась за его пределами.

Изредка, но все-таки, тут произрастали деревья, каким-то необычно чудесным образом вписавшиеся в его инфраструктуру, видевшиеся слишком уж мелкими и миниатюрными, чтобы быть действительно правдоподобными, со своей ровной аккуратно подстриженной лиственной кроной, листочек к листочку, будь, то березки или клены, иголка к иголке - сосны и ели, приятного голубоватого или зеленоватого цвета, совершенно одинаковые по высоте, пышности и, наверное, даже по количеству веток на них, искусственно рассаженные на одинаковом расстоянии друг от друга, словно кем-то его измерившим. Все выглядело воистину аккуратно и привлекательно, будто приглашая поселиться здесь уже насовсем, ни о чем не думая и не заботясь, жить именно тут, позабыв проблемы, страх и сомнения, обычно присутствующие в реальной жизни.

Однако оставаться в Городе надолго было совершенно неприемлемо, даже несколько опасно для жизни, можно сказать более того - абсолютно смертельно, хотя данный факт никто толком не мог подтвердить. Откуда это стало известно? Просто люди знали именно такое положение вещей, хотя в точности ни один человек, конечно и не догадывался, что именно происходит в Городе в действительности, когда солнце завершает свой путь по небосводу и спускается вниз, глубоко, всем диском погружаясь в некую невидимую, неизвестную область пространства. Никто и никогда отсюда просто не возвращался, пробыв тут больше положенного времени. Встретить же кого-нибудь из оставшихся здесь, вновь прибывшим не случалось. Поиски также не давали каких-либо положительных результатов. Как не странно, но такие смельчаки, все же, находились, совсем намеренно не захотев перемещаться обратно, возможно просто устав бороться с неизбежностью, или безрассудно предаваясь страсти исследования неизвестного, неведомого и совершенно не понятного для них течения жизни.

Даже солнце в Городе выглядело совершенно по-иному, как-то необычно приветливо окутывало, обволакивало своими лучами ультрафиолета, теплыми, чуть припекающими, так, что становилось совсем даже уютно и комфортно, нисколько не обжигая и в то же время не давая замерзнуть. Оно было очень маленькое и слишком уж яркое, ослепительно-желтое, что если взглянуть на него, хотя бы на несколько секунд - оставляло лишь темное пятно перед глазами, мешающее некоторое время различать окружающие предметы полностью. Небо на удивление представлялось в приятных светло-голубых тонах с чуть проступающими в нем сгустками белого чистого цвета, словно большие куски плотного лесного тумана, какой стоял исключительно только над неухоженными болотными массивами, взмыли высоко вверх, превратившись во что-то совершенно неописуемое и завораживающее. Эти облака, различных форм и объемов, ни один не похожий на другой, медленно, практически незаметно для глаз, проплывали в какую-нибудь сторону, ту или другую - не важно. Главное - смотрелось данное явление слишком уж впечатляюще, затягивая тем самым наблюдавших в свой бесконечно продолжающийся процесс. Возможно, это был уже какой-то абсолютно другой мир, совсем не похожий на обычную реальность, недосягаемый и призрачный для простых людей - отдаленное представление будущего, некое подобие рая на Земле, своеобразный сад Адама и Евы, доступный лишь избранным ее представителям.

Очнувшись на скамейке в парке, я сидел, слегка опершись на изогнутую ее спинку. Начиналось утро и уже чуть заметно посветлело, как это обычно бывает, когда переходишь сюда, оказываешься в самом начале дня, будто бы рождаешься заново. Приходится переживать все события вновь и вновь, хотя каждый день в Городе будет совершенно другим и, конечно же, абсолютно не похожим на предыдущий. Гробовая тишина наполняла все то, что, так или иначе в данный момент времени меня окружало, но постепенно, с приходом нового дня звуки становились более отчетливыми и узнаваемыми, словно кто-то в голове выстраивал нужные частотные характеристики. Видимое ощущение предметов принимало вполне реальные очертания, отстраняясь от неясных и расплывчатых пятен в направлении положенной им резкости и образности, понятной и привычной всем в существующей действительности.