Стирающие грани

– Нет судьбы, - повторила она негромко. – Есть ты и есть я. И они. А еще -наши желания, чувства и страхи. И все это ложится на полотно случая таким причудливым узором, который не повторяется никогда – ни разу! Все это и называют судьбою. Но как может каждый наш поступок, каждая прихоть, каждая ошибка быть предусмотренной кем-то, пусть даже несравненно более мудрым? И если даже так, то почему этот кто-то может решать за меня, за тебя или за них, потому что он знает лучше, что нам нужно? Бред! Кто может лучше меня знать, чего я действительно хочу? Кто может предусмотреть, что я сделаю через следующих десять ударов сердца, если я сама иногда этого не знаю?

Теперь уже казалось, что глаза светятся у них обоих.

Ая вдруг потянулась и прижалась губами к его губам.

– А это… Это тоже предусмотрено судьбою? – едва слышно прошептала она.

– Это и есть судьба, - так же шепотом ответил он, привлекая ее к себе. – Потому что этого хотим мы оба…

Слабенький огонек еще раз вспыхнул на отдающих тепло углях и погас окончательно, словно стыдясь быть невольным свидетелем ненасытных поцелуев и пламенных объятий двоих, охваченных страстью, что разгоралась неудержимее лесного пожара.

И только ночь подглядывала яркими глазами звезд сквозь узкое окошко; но двоим в комнате было уже не до нее…

СКОЛЬКО ЛИЦ У ЗЕРКАЛА СУДЬБЫ

Керн – когда-то столичный, а сейчас – просто большой и суетливый город произвел на меня почему-то неприятное впечатление. Может, благодаря его жителям – слишком уж безразличными были их глаза и одинаковыми – лица. В отличие от маленьких городков и деревушек, где жили почти одни только люди – здесь можно было встретить представителей разных рас. Даже орки были здесь не редкостью. И весь этот пестрый – неустанно снующий туда-сюда люд понимал только один язык – язык денег. А как раз с этим у нас с Симоном были проблемы.

Начав поиски с указанного Неманом адреса – с Улицы Башмачников, мы без труда нашли его родственницу, но это ничего не дало нам – Ая не появлялась у нее ни тогда, когда впервые прибыла в Керн, ни теперь. И у меня не было оснований не верить худенькой рыжей женщине – жене сапожника – из своих треклятых снов я, наверное, знал об этой Ае больше, чем все остальные, вместе взятые. Но, к сожалению, я не помнил из этих самых снов ни названия харчевни, где работала Ая, ни названия улицы, где она снимала свою убогую комнату… А бродить по улицам в поисках неведом чего мы могли бы нескончаемо долго.

Но попробовать стоило – иного выхода я пока не видел.

Начать мы решили с небольшой харчевни ближе к окраинам.

С самых дверей забегаловки отчетливо воняло прокисшим пивом и немытыми орками. Но голод оказался сильнее – и смахнув рукавом крошки с грубо сколоченного стола, я скомандовал тощей трактирщице принести нам по большой миске супа и горшок каши с хлебом – благо, оставшихся денег нам вполне хватало на сносный обед.

Кроме нас посетителями забегаловки оказались человек шесть орков – и наше с Симоном появление не осталось незамеченным.

Выбрав стол в углу, мы с парнишкой заказали себе еду и стали ждать, пока ее принесут.

В это время в другом углу послышалась перебранка спорящих, и сразу же после этого к нашему столу подошли двое орков и молча уставились на меня.

Не зная, как правильно вести себя в такой ситуации, я решил просто не реагировать.

– Ты кто? – спросил наконец тот, что постарше, обращаясь ко мне.

– А вы кто? – в тон им ответил я.

– Это наша территория, и чужих мы здесь не терпим, - с угрозой прошипел младший.

– Да? И кто из вас хозяин этого заведения? Ты? – спросил я у младшего. – Или ты?

Ответ последовал незамедлительно – в виде летящего в мое лицо кулака младшего из орков. Но, успев увернуться, я встречным ударом отправил старшего с грохотом прокатиться по полу, а следом за ним – красиво мелькнув ногами в воздухе – ушел в полет к следующему столу младший.

Не успев опомниться, он тут же подхватился и снова рванулся ко мне… с радостным воплем:

– Мрак тебя покрой! Это же наш Левша!

– Мраков герой! – рявкнул старший и бросился ко мне… с объятьями.

– Это Левша! Это его особый удар левой! – визжал младший, потирая распухшую щеку.

Еще ничего не понимая, я переводил взгляд с одного на другого.

– Мы… Знакомы?

– Левша, мраков веник, хвать нас разыгрывать! – младший стукнул меня по плечу, как закадычного друга, но вглядевшись попристальней в мое лицо, спросил:

– Ты.. Эт… Чего? Не узнаешь нас и вправду?

– Вправду… Вздохнул я. – Меня не так давно ранили… И по башке огрели чем-то, от чего моя память спряталась от меня подальше… Вот так вот, - вздохнул я.

По всей харчевне прокатился нестройный ропот – все обсуждали мое происшествие и подходили поздороваться. В их глазах я видел – и мог бы поклясться в этом – настоящее сочувствие. А еще – интерес.

– Ну, раз вы меня так хорошо знаете, то может расскажете – мрак меня покрой – кто я такой.

– Ну, эт тебе лучше всех Дон расскажет, - младший из недавно на меня нападавших указал рукой на до сих пор стоящего в стороне собрата, напряженное темное лицо которого показалось мне немного знакомым. – Вы же с ним были как братья. – Так ведь, Дон? Узнаешь его – эт же наш Левша!

Натянуто улыбнувшись, Дон подошел ближе.

– Привет, брат.

– Здравствуй, - поднялся я ему в ответ, и с надеждой посмотрел в его лицо. Это была неслыханная удача – судьба посылала мне то, на что я и надеяться пока не мог – разгадку моего прошлого.

– Как я рад, что ты снова с нами. Мы думали, что тебя уже нет среди живых, - он слабо оскальнулся, присаживаясь рядом с нами.

– Так, отвалили все! – рявкнул он на остальных орков. – Нечего тут уши растопыривать. Дайте с братом поговорить.

И то ли он пользовался авторитетом, то ли тон его звучал слишком убедительно, но другие орки, корча, вернулись на свои места.

Некоторое время он просто смотрел на меня.

– Потрепало тебя, - сказал он наконец, кивая на мои шрамы. Я только отмахнулся в ответ.

– Ты и вправду ничего не помнишь? – спросил он недоверчиво.

Я покачал головою.

– Пусто. Пусто в голове… Даже такое бывает – руки помнят будто бы, а башка – нет, - пожаловался я.

Дон вдруг настороженно оглянулся.