Сумерки войны
Шрифт:
— Вопрос будут ли турки нашими врагами, либо нашими союзниками, уже не играет роли — но в любом случае мы потеряем два десятка стрелковых дивизий. Если нападут на нас, то нам хватит двадцати дивизий для удержания Закавказского фронта, если Гитлер получит отказ, и начнет войну с турками, то нам потребуется то же количество дивизий, чтобы спасти союзника от разгрома. В любом случае, повторяю, мы лишаемся двадцати дивизий. А нашим южным соседям в такой ситуации не позавидуешь — любое решение для них является если не катастрофическим, то близким к этому. Ведь вопрос для турок поставили «ребром» — «с кем вы», и отговорками они тут не отделаются. Не позавидуешь — на востоке ведь всегда хорошо помнят, что было прежде. А прошлый раз союз с Германией привел к ликвидации Османской империи, превратив ее просто в Турцию. Но с другой стороны турки прекрасно помнят, что их владения — Сирию, Ирак, Палестину «прихватили» как раз Англия и Франция, что уже капитулировала перед немцами. И есть возможность вернуть все потерянное — явно Гитлер именно это посулил
— Надо докладывать товарищу Сталину — он тоже так считает…
Во второй раз решили не становиться «братьями по оружию», а выждать — турецкие генералы посещают Восточный фронт осенью 1941 года…
Глава 35
— Адольф Алоизович «стахановскими» темпами сбивает «третий рейх», или очередной «Евросоюз» вслед за Наполеоном — тут как посмотреть. Но не мешало бы ему вспомнить, где закончил свою жизнь выходец из Корсики. Надо же — испанские линкоры, которые вроде совсем не испанские, а итальянские, обстреляли Гибралтар, а пикирующие бомбардировщики нанесли удар по базе. Какие интересны «коленца» жизнь стала «выбрасывать», ни в одной плясовой такое не увидишь…
Кулик хмыкнул, отложив бумагу из Ставки — сорок второй год точно стал непохожим ни на что. Тут от хитросплетений голова кругом пойдет — теперь маршал убедился, что в Берлине начали спасать себя всеми возможными способами, расширяя «базис войны», который, как известно, имеет свойство втягивать в боевые действия тех, кто воевать не собирался. Это как «воронка», которая затягивает в себя вначале ближних, а потом и тех, кто держался на отдалении. Только их движение более медленное, ведь «внешние» витки спирали имеют большую протяженность, чем внутренние, близкие к центру, куда «водоворот» и затягивает.
Испанский диктатор Франко неожиданно принял решение о вступлении в войну на стороне Гитлера, и в такой шаг поверить было трудно, как и в то, чтобы такой расчетливый политик и интриган совершил столь опрометчивый поступок. Впрочем, в условиях доминирования Германии в Европе, сокрушения Франции и разгрома британской армии в северной Африке, потери Суэцкого канала, как и страшных поражений которые нанесли Англии японцы, Франко мог и поддаться соблазну влезть в эту войну. Пусть даже толком не оправившись от закончившейся три года тому назад междоусобицы с «республиканцами», но видимо причины были весьма серьезные, раз каудильо пошел на штурм Гибралтара.
— Знаешь, Григорий, а я думаю, что Францию окончательно «списали», как ты любишь иной раз говорить. Единственное, что могло бы привлечь Франко, это Марокко, если не считать восстановления былой империи, которая потерпела жуткое поражение как раз в войне с американцами. Но это еще не повод, чтобы полезть в самоубийственную драку.
— Видимо, каудильо сделали предложение, от которого невозможно отказаться, — усмехнулся Кулик. — В окружении Франко много сторонников альянса с «осью», как и ориентированных на англо-американцев. Если данных «товарищей» изолировали, а Гитлер надавил, угрожая интервенцией, то Франко решился на войну. А французов действительно «списали», видимо, Гитлер убедился, что они ему только мешают, и сдадут свои африканские колонии, стоит там только высадиться союзникам. А Франко запирает Гибралтарский пролив, и может вести в Марокко войну собственной армией, хотя колонии он также потеряет. Но что там за колонии остались — слезы, даже не остатки былой роскоши, «объедки». А два линкора это два линкора, да еще с тяжелыми крейсерами — тут даже англичане считаться будут, если на испанские порты начнут базироваться германские, бывшие французские, и итальянские линкоры. Хреновая ситуация, и возможно она станет еще хуже в самое ближайшее время. Не смотри на меня так, Андрей, переведи взгляд на карту — и прикинь, насколько облегчилась логистика у стран «оси», и усложнилась для нас. Закупорив Суэцкий канал, а теперь и Гибралтарский пролив, Гитлер, Муссолини и Франко окончательно превратили Средиземное море в свое «внутреннее озеро», обширное и большое, по которому могут фактически свободно перебрасывать какое угодно количество грузов и людей. Королевский флот помешать ничем не сможет — оставшиеся крейсера и эсминцы с несколькими подводными лодками в Хайфе и Бейруте слишком ничтожная в военном отношении величина, чтобы ее рассматривать серьезно. К тому же даже эти небольшие силы быстро уничтожат, Мальта и Кипр обречены — их англичанам уже не удержать, нет на это у Черчилля сил.
Кулик сам стал смотреть на карту, причем так, будто впервые ее увидел. В то же время Жданов произнес:
— Если Турция выступит на стороне
Гитлера, то Палестина с Сирией будет в тиски зажата, особенно если турки пропустят германские войска. И нам несдобровать, когда противник введет свои корабли в Черное море. Если Клыков не начнет наступление и не прорвет оборону на Парпачском перешейке, то Севастополь обречен — у нас осталось мало пароходов, снабжение, боеприпасы и пополнение доставляется на боевых кораблях и подводных лодках. Рискнуть и попробовать высадить десанты, у Манштейна в Крыму не так и много войск, и до сих пор его армия не получила усиления.Маршал только мотнул головой, на скулах заходили желваки. Наступила долгая и тягостная пауза, и лишь потом Кулик заговорил:
— Гитлер неожиданно сменил стратегию, сделав ее периферийной, вот что удивительно, ведь раньше к ней одни англичане прибегали. А так все правильно — если воюешь с коалицией, то необходимо выявлять и выбивать самые «слабые звенья». Тут сразу достигается несколько целей — это уменьшаешь число участников враждебного альянса, и заставляешь главного противника обращать повышенное внимание к его собственным «слабым» союзникам. А во вторых, те страны, что не втянуты в войну, поневоле делают свой выбор в пользу более успешной стороны — это хорошо видно на примере Франко. А сейчас практически вся Европа объединилась с «третьим рейхом» — одни как союзники, которых связывают общие цели, в других странах у власти коллаборационисты, которых не просто много, а очень много — это хорошо видно на примере оккупированных стран. Ведь англо-французский диктат многих раздражал не на шутку, а неприязнь к коммунистам тоже серьезный фактор. Третьи просто посапывают в тряпочку, потому что боятся, и усердно работают на «процветание» той самой «Новой Европы» и «нового порядка». Даже формально нейтральных стран не осталось — Швеция и Швейцария поставляют вермахту все, что сами делают, потому что понимают, что любые возражения чреваты последствиями, разными и очень нехорошими для них. Осталась Португалия и Турция, всего две страны, что пытаются примостить свое седалище на двух стульях. Вот только недолго им осталось — скоро присоединятся к «Евросоюзу», уже есть неприятные тенденции. Никогда бы не подумал что такое возможно…
Маршал закурил, пальцы чуточку дрожали — нервы порядком поистрепались за десять месяцев войны. Ведь не только фронтом командовал, но и направлением, и пребывал членом Ставки и заместителем наркома обороны, которым являлся сам товарищ Сталин, Верховный главнокомандующий. А еще курировал работу двух наркоматов и двух главных управлений, артиллерийского и бронетанкового, и спрашивал с него председатель ГКО за все их «косяки» строго, хотя в последнее время «выволочек» с самого «верха» практически не происходило.
— Возможно, нам следует несколько пересмотреть планы, и тоже вместе с союзниками нанести по Гитлеру ряд «периферийных» ударов — надо выбить «слабое звено», а лучше не одно, а два. Но это вопросы большой стратегии, не моя компетенция. Мы можем навалиться только на Финляндию, и то зимой, когда Балтика замерзнет, и Гитлер не сможет оказать Маннергейму помощь. Сейчас у нас для этого просто нет сил. Не знаю, что придумает маршал Шапошников — у него кроме очередных десантов в Крыму ничего нет, но я их категорический противник — разобьют ведь на хрен, только лучшие кадры потеряем без всякого результата…
К лету 1942 года немцам стало ясно, что даже длинноствольная 50 мм пушка не обеспечивает Pz-III никаких преимуществ в борьбе с Т-34. Однако ситуация со штурмовыми орудиями и с «четверками», получившими длинноствольные пушки оказалась принципиально иной — они уверенно поражали советские танки. А потому выпуск «троек» стал постепенно сворачиваться в пользу «штугов», а вот эту последнюю модификацию вооружили «окурками» — 75 мм пушка уверенно поражала пехоту, и этого было достаточно, ведь в батальонах борьбу с русскими танками брали на себя Pz-IV.
Глава 36
— Редер, теперь нам настоятельно необходимо не просто иметь мощный флот, корабли у нас есть, но с его помощью захватить господство в Атлантике, и задавить Британию в тисках морской блокады.
Гудериан искоса посмотрел на командующего кригсмарине гросс-адмирала Редера — у того на секунду на лице появилась гримаса человека, зажевавшего целый лимон целиком. Командующий панцерваффе ему мысленно посочувствовал, теперь, после обстоятельного доклада он начал понимать, почему желание фюрера очень трудно воплотить в жизнь — германский флот просто не был готов к развернувшейся мировой войне, и не имел достаточного резерва подготовленных кадров. А ведь численный состав надводных эскадр флота требовалось удвоить, экипажи набирали, как только могли — взятые им в Тулоне на «абордаж» французские корабли вызвали по нарастающей линии такое огромное количество проблем, что тому же Редеру впору выть на луну, подобно волку. Поэтому пришлось тасовать имеющиеся готовые команды между кораблями, как германскими, так и трофейными французскими, чтобы иметь готовые боевые единицы, как на Северном, так и Средиземном море. А сделать это было неимоверно трудно, так как сама подготовка моряка занимает срок больший, чем обучение танкиста, и равный подготовке технических специалистов люфтваффе.