Свобода!

Центральный банк всеобъемлюще воздействует на экономику. Не все выпущенные деньги попадают в руки бенефициаров. Это было бы слишком очевидным. Большая часть выпущенных денег идёт на разные правительственные программы. Эти деньги зачастую тратятся на цели, ценимые рынком, но расходуются таким образом, чтобы усилить зависимость населения от центрального рэкета. Много денег расходуется на образовательные учреждения или другие группы, способные оказывать влияние на население. Таким образом они становятся зависимы от рэкета и их деятельность загрязняется его влиянием. Некоторая часть денег оказывается в университетах, где следующее поколение будет обучено тому, что воровство является не просто безвредным, но ещё и необходимым. Такая идеология затем будет поддержана ещё и средствами массовой информации.

Принуждение кого-либо к использованию валюты, которая всё время теряет свою стоимость, обесценивает накопления. Искажение баланса накопления/расходования имеет ещё более негативный эффект в виде ложных инвестиций и пузырей. Поток денег, созданный центральными банками и другими финансовыми институтами, прикреплёнными к центральным банкам, способствует сохранению денег через необдуманные инвестиции. Зачастую вместе с эффектами центральных банков действуют правительственные указы, налоговые вычеты или другие инициативы, которые направляют деньги в определённые зоны экономики, создавая пузыри, которые неизбежно лопаются, приводя к печальным последствиям.

Несмотря на попытки уничтожить конкурирующие валюты, технологии делают невозможным остановить удовлетворение растущей потребности в таковых, поскольку всё больше людей осознаёт, что можно не платить налоги, если не связываться с правительственными деньгами. Правительства часто прибегали к конфискации ценных металлов и другим строгим правилам при их торговле и владении, но поскольку они никогда не были эффективными, люди всегда рассматривали золото и серебро в качестве средства сохранения накоплений. По причине такого спроса, использование золота и серебра очень сильно выросло в последние годы.

Наиболее важные разработки в области денег будут не те, что имеют лишь новую обёртку или ускоряют старые их формы, но те, что создают абсолютно новые системы. Цифровые децентрализованные «криптовалюты» уже были протестированы рынком и могут стать новыми деньгами, которые полностью заменят центрально насаждённые валюты. Никто не знает что в будущем потребуют рынки от денег или как технологии смогут удовлетворить такие потребности. Существующие технологии уже позволяют нам отказаться от правительственных финансовых систем. Правительственный финансовый рэкет не сможет существовать когда достаточное количество из нас решит, что мы больше не хотим, чтобы у нас воровали.

Финансовый рэкет является основой существования всех современных правительств. И не важно, контролирует ли деньги правительство или люди, которые контролируют деньги, контролируют правительство. Кто бы ни контролировал деньги, контролирует и правительство, а принуждение позволяет рэкету существовать. Мы будем счастливее когда мы будем свободны выбирать методы достижения своих целей без угрозы насилия. И это наиболее справедливо в вопросе финансов.

III. Корпорации и профсоюзы

Во имя защиты нас от корпораций, большинство правительств создали формальные правила, которые идут на пользу корпорациям, как формальным сущностям. Некоторые считают, что законы и налоги, ограничивающие свободную и мирную экономическую активность, служат для снижения силы корпораций. На самом деле большие корпорации поддерживают такие ограничения и люди, которые контролируют большую часть благосостояния общества, дёргают за нити. Корпорации любят ограничения, поскольку они сдерживают конкуренцию. Они поддерживают налоги, поскольку могут себе позволить уйти от них. Они любят, когда мы обращаемся к правительствам для защиты от корпораций, поскольку результат обычно защищает их от ответственности. Для супер богатых, которые, раньше могли напрямую владеть рабами, правительства удерживают граждан на большой плантации корпоратизма и налогового рабства.

С развитием корпоратизма, рабочие (и все те, кто напрямую не получал выгоды от законов, созданных для корпораций) оказались в очень невыгодном положении. Организация сильных объединений было ожидаемым результатом. Каждый имеет право на объединение и свободу слова. Мы можем встречаться с кем нам захочется, когда нам захочется и говорить что захочется. У нас в любой момент есть право выбирать, работать или не работать, как и право на общение с работодателями и донесение до них наших мотивов. Тем не менее, на пути сопротивления несправедливо большой власти корпораций, которую они получили от правительства, профсоюзы сами стали несправедливо властными.

Профсоюзы не имеют никаких особых прав по сравнению с людьми, но правительства оказались рады сотрудничать с ними для создания своего электората внутри профсоюзов и создания иллюзии, что профсоюзы на самом деле заботятся о людях. Профсоюзы не имеют права удерживать кого-то от работы. Профсоюзы просят правительства принять законы, освобождающие корпорации от уплаты налогов при покупке бенефитов для профсоюзов. Но затем получается, что каждый рабочий, который не состоит в профсоюзе или работает на корпорацию, теряет ровно такие бенефиты. Рабочие становятся более зависимыми от корпораций, а их способность избавиться от налогового рабства снижается.

Когда у вас есть «работа», вы ей не владеете. «Работа» - это договорённость с кем-то, группой людей, организацией или корпорацией. Никто не может «забрать вашу работу». Если условия вокруг договорённости изменяются, договорённость может быть изменена или расторгнута. Идея того, что работа — это имущество, находится в сердце многих плохих правительственных законов, которые являются отговоркой для использования силы против людей, пользующихся своими правами. Так же как и члены профсоюза имеют право прекратить работать, рабочий, не состоящий в профсоюзе, имеет право начать работать.

Работники и работодатели, как свободные люди, имеют право устанавливать правила своих взаимоотношений и прекращать взаимоотношения как только какая-то из сторон не удовлетворена. Законы, которые принуждают нас прекращать продуктивные взаимоотношения являются особо жестокими. Налоги на трудоустройство и минимальную зарплату делают прибыльные взаимоотношения невозможными или незаконными и, таким образом, «уничтожают работы» или предотвращают их создание. Правительствам сходит с рук столь много «уничтоженных работ» потому что не созданные работы являются невидимыми ни для чего кроме нашего воображения и экономических расчётов.

Хотя правительства создали особые привилегии для профсоюзов, ещё больше было создано для корпораций включая различного рода «противозабастовочные» законы. Закон, запрещающий забастовки, звучит как «Если вы не будете работать, будут последствия!» что равносильно насильственному принуждению к работе. Если правительство, угрожающее последствиями, ещё и забирает себе настолько большую часть нашего дохода насколько может, мы получаем большую часть составляющих прямого рабства. Но когда люди верят, что они свободны, они более продуктивны. На честном, здоровом рынке труда мы можем должным образом ценить наиболее важный актив: конкретных людей.