Свобода!

Когда мирные люди владеют оружием, это само по себе несёт угрозу насильственным людям. И такие насильственные люди желают использовать насилие, чтобы избавить себя от этой угрозы. Правительства не любят, когда их население вооружено, поскольку оно может взбунтоваться. Идея использования стрелкового оружия против организованной армии может выглядеть абсурдной, но при жестоком восстании иногда этого хватает для «обезглавливания монстра». Правительства использовали контроль за оборотом оружия всегда, когда хотели сделать население более зависимым, но в особенности тогда, когда хотели усилить контроль над населением. Некоторые наиболее ужасающие зверства когда либо совершённые правительством были совершены в следствие строгого контроля за оборотом оружия.

Одна из великих ироний контроля за оборотом оружия состоит в том, насколько контрпродуктивным он является по отношению к заявленной цели снижения уровня насилия и «избавления улиц от оружия». Эффективный контроль за оборотом оружия практически невозможен. Без абсолютного контроля над населением ни одно правительство не смогло избавиться от оружия в руках населения. Во многих местах со строгим контролем за оборотом оружия, оружие является более доступным на «чёрном рынке», чем оно было доступным лишь при регулировании рынка, поскольку на «чёрном рынке» продавцы не могут нести ответственности за тех, кому они продают оружие.

Преступники молятся на общества со строгим контролем за оборотом оружия, поскольку для них это является удобным в вопросе разоружения жертв.

Вооружённый или просто насильственный преступник может атаковать любого человека на улице на территории строгого контроля за оборотом оружия и быть практически полностью уверенным, что жертва не будет вооружена. Это один из способов, которым правительства увеличивают уровень преступности. Больший уровень преступности увеличивает жажду людей к защите правительством. Так же это увеличивает зависимость, поскольку когда граждане обезоружены, кооперативные решения для устранения преступности становятся намного менее эффективными. Изъятие права на самозащиту влечёт за собой ужасающие последствия!

Контроль за оборотом оружия является лишь частью общего настроя, который не ограничен специфическим видом оружия. Правительства хотят контролировать использование силы. Во многих местах они запрещают распространённые не летальные средства самозащиты такие как перцовые баллончики или тизеры. Если бы правительства действительно хотели, чтобы мы были в безопасности, (некоторые местные сотрудники полиции действительно этого хотят) они бы сподвигали к использованию таких средств самозащиты и оружия всех людей, которые способны с ответственностью использовать смертельное оружие. Не смертельные средства самозащиты стали бы как минимум столь же эффективны как и огнестрельное оружие и, скорее всего, при самозащите заменили бы огнестрельное оружие. Никто из желающих иметь возможность защищать себя не хочет нести ответственность за использование смертельного оружия, если это не является необходимым.

Контроль за оборотом оружия является столь опасным, поскольку он провоцирует насилие. Это происходит несколькими путями. Но более важно, что такой контроль фундаментально насильственен, поскольку он требует от сотрудников силовых структур нарушать права мирных людей. Называть законы, которые разоружают жертв, «контролем за оборотом оружия» является плохим прикрытием того, что политики делают на самом деле, а именно — лишь сотрудники правительства могут быть вооружены. Самозащита является неотъемлемым правом человека.

VII. Сексуальные нападения

Сексуальное нападение — это нападение. Это настолько же нарушение чьих-то прав, как и любое другое преступление. Это нарушение наиболее ценной собственности человека, его тела. И основывается в незаконном присвоении его себе через воровство, что, в свою очередь, ведёт к серьёзным травмам. Психологическая травма, как и любая другая травма, может быть столь же разрушительной как и любое физическое нападение. В обществе, где уважаемы права каждого человека и нет толерантности к нарушителям, мы, как это и должно быть, сможем лучше противодействовать сексуальным нападениям пока не искореним их.

Сексуальные нападения обычно совершаются мужчинами на женщин по причине очевидного физического превосходства среднего мужчины над средней женщиной. В обществе, где уважаемо право человека на самозащиту, вооружённость даже чем-нибудь не летальным может уравнять силы при физическом противостоянии. Технологии уже снизили привязанность нашей продуктивности от нашей физической силы и в будущем, по всей видимости, вовсе избавят нас от такой связи. Свободное общество менее опирается на применение силы при разрешении конфликтов. Таким же образом и исход нападений будет менее зависим от силы.

В обществе, которое действительно не терпит нападений, любой замеченный за нападением тут же получит незамедлительную отдачу от общества. Виновные в изнасиловании могут получить абсолютное изгнание. Обращаясь к правительствам за правосудием мы получаем систему опасных задержек, которая предлагает лишь неэффективные наказания в виде тюремного заключения. Тем не менее, некоторые правительства использовали обширно доступные технологии для создания публичного списка сексуальных преступников или требовали иной формы публичного оповещения. Хотя эти меры могут представлять один шаг вперёд в вопросе избавления общества от сексуальных нападений, они являются лишь малой частью того, чего мы могли бы добиться в обществе, более нацеленном на добровольное взаимодействие.

Существует много причин сексуальных нападений и они являются сложными. Хотя некоторые скажут, что они исходят из нашей биологии, многие способствующие факторы (такие как бедность и отчаянность) усугубляются правительством. Когда правительства используются в качестве инструмента для репрессии сексуальной активности или насаждения стандартов сексуального поведения, это также может служить усугубляющим обстановку фактором. Величайший вкладчик в «культуру изнасилований» - статизм. Общество, которое оправдывает сотрудников правительства, которые нарушают волю людей, воспитывает ещё больше людей, которые верят в собственные оправдания для нарушения прав и свобод других людей. Некоторые правительства предоставляют свои ресурсы для решения проблемы сексуальных нападений, в это же время другие правительства преднамеренно делают заявления о нападениях и их учёт более сложным. В любом случае, проблема никогда не будет решена институтом, который нападает на мирных людей.

Налогообложение

I. Налогообложение — это воровство

Воровство — это когда кто-то берёт что-то что ему не принадлежит. Либо правительства владеют «их людьми» в виде рабов, либо налогобложение является воровством. Вы владеете собой. Таким образом налогообложение — это воровство. Поскольку вы владеете своим телом, своим трудом и тем, что приобретено в результате торговли, налогообложение является воровством. Правительства — это институты, используемые супер богатыми, для концентрации богатства и власти. Поскольку они не зарабатывают деньги предложением нам товаров и услуг для нашего свободного выбора, воровство — это их основной механизм «заработка». Налогообложение — это всего лишь слово, которое используется чтобы мы с большей вероятностью приняли обширное массовое организованное воровство.

Если ворует один человек, то это не правильно. Если воруют двое, то это не правильно. Если 51% голосующего населения голосует за представителя, который нанимает сборщика налогов для воровства у всех, то это не правильно. Один из великих обманов правительства состоит в том, что воровство может быть моральным, когда осуществлено достаточным количеством человек и названо налогообложением. Воровство — это воровство. Даже если некоторое количество сворованных денег использовано для оправданных целей, это не изменяет простого факта, что налогообложение — это воровство.