Тарси
Шрифт:
— Да зачем я ей сдался? — удивился я.
— А Вы не догадываетесь?
— Тарси?
Серьезный кивнул.
— Тарси. Не знаю, как Вы попали в поле зрения сообщников Инги, думаю, они ведут дистанционное наблюдение за представительством, в котором Вы побывали. Вы посетили его дважды, этого оказалось достаточно, чтобы взять Вас в разработку.
— Так у них же тоже есть представительство тарси, — удивился я.
— Конечно, есть. Не сомневайтесь, там они работают куда более открыто. Но, как видите, и нас не забывают. В чужом огороде морковка слаще.
— А морковка — это значит я?
— Морковка — это информация. А информация о тарси —
— Спасибо. Я это заметил и оценил. А почему Вы рассказали обо всем прямо?
— Не понял? — удивленно приподнял бровь серьезный.
— Вы могли прижать меня этой историей с Ингой, однако не стали этого делать.
— Мог бы. А что толку? Очень скоро Вы будете вне сферы нашей досягаемости. И потом, хорошее отношение — это лучший повод для взаимного доверия, не так ли? Я успел Вас изучить: начни я давить, получу невольное противодействие. Вместо того чтобы думать о деле, Вы будете думать о том, как избавиться от излишней опеки.
— Я думал, что в вашей службе принято действовать так, как… В общем, так как работала Инга.
— Разные ситуации, разные методы, разные люди. Тот, кто работает за деньги — продаст. Тот, кто работает из страха, будет думать о том, как избавиться от этого страха. Тот, кто действует по убеждениям, надежнее всего. Я думаю, с Вами можно говорить открыто.
Да, открытость дорогого стоит. Признаться, Степан Сергеевич подкупил меня этой самой открытостью. Как-то смог он меня просчитать, не могу я ответить подлостью и обманом, когда ко мне обращаются с открытым забралом. И понимаю, что причина не в чрезмерной доброте серьезного, но тем не менее… Если одной из ставок в работе является ставка на благородство, надо как минимум верить в это самое благородство. А это аргумент.
— Спасибо, что рассказали про Ингу.
— Ну что Вы, Павел Николаевич, какие счеты. Спокойно работайте по заключенному с тарси контракту. Развитие связей подобного рода пойдет нам на пользу.
— Так я пойду?
— Не смею Вас задерживать. Вот мой номер телефона, звоните, если возникнут трудности.
— Непременно, — я взял визитку, посмотрел на то, что там написано.
Надпись была краткой и лаконичной: "Стольников Степан Сергеевич" и номер телефона.
"Интересно, зачем мне номер телефона, если я и так под наблюдением? Обо всех моих встречах они узнают чуть ли не раньше меня".
Я вышел на улицу, огляделся в поисках возможного наблюдателя и никого не обнаружил. Впрочем, вчера я тоже никого не заметил, так что это еще ни о чем не говорит.
Попал я в переплет. Мой друг Сашка вряд ли предполагал такое развитие событий, когда советовал мне поинтересоваться предназначением. Не в том же мое предназначение, чтобы отбиваться от назойливого внимания спецслужб.
А Инга хороша. Я попытался представить, что было бы вчера, если бы не появился "сантехник" и не устроил потоп, и меня бросило в жар. Сердце учащенно забилось только оттого, что я себя представил рядом с ней.
Надо гнать эти мысли. У меня мать в больнице в тяжелом состоянии, а я представляю себе объятия шпионки.
"Как Вам не стыдно, сударь? Да если бы не договор с тарси, Инга и не посмотрела бы в Вашу сторону. Но до чего же хороша, чертовка".
Чтобы отвлечься от мыслей об Инге я позвонил отцу и поинтересовался как у него дела. Состояние мамы было сложным, врачи пока не пришли к однозначным выводам, сегодня ждали
прилета коллег из Берлина для врачебных консультаций.Пока результат не станет известен лучше не уезжать. Но кто мешает мне пройти подготовку к заданию, которое мне предстоит выполнять?
Осталось немногое: Забрать из багажника машины Инги мои вещи и вернуть ей деньги, потраченные на мою экипировку. Причем сделать это надо аккуратно. Наверняка она попытается воспользоваться встречей, чтобы пустить в ход свои чары.
Я набрал номер Инги и после пары гудков услышал бархатистое напевное: "Але-е".
— Инга? Это Павел.
— Здравствуй, Паша. Надеюсь, ты не обиделся за такое неудачное завершение вечера?
— Нет, что ты. Водопровод — это такая вещь… Непредсказуемая, как женщины.
— Я чувствую себя неловко и хотела бы загладить свою вину.
— Ты хочешь встретиться? Об этом я не мог и мечтать. Тогда я хотел бы приготовить для себя сюрприз. Но сначала назови мне номер твоей карты, и я верну потраченные тобой вчера деньги.
— К чему такая спешка? Что за счеты между друзьями? Ты ведь согласен быть моим другом?
— Не забывай, что я мужчина, и не привык чувствовать себя обязанным. Я буду чувствовать себя неловко, если не верну деньги за мой костюм.
Инга замолчала. Она обдумывала ответ, я обдумывал, как бы мне усилить аргументацию. Я нарушил паузу первым:
— Такая женщина, как ты, достойна самых лучших подарков. Я счастлив быть рядом, позволь мне хоть как-то компенсировать это счастье.
— Ну хорошо, — довольно промурлыкала шпионка. — Записывай номер счета.
Мы оба остались чрезвычайно довольны. Я тем, что смогу вернуть долг. Инга же думала, что ее чары оказали неизгладимое воздействие. Если при этом еще удастся и деньги сэкономить, то тем лучше.
— Отлично, записал.
— Когда мы увидимся?
— Я боюсь нарушить твои планы.
— В мои планы входит весело провести время. Желательно в хорошей компании.
— Ты мне льстишь. Тогда мне надо лишь заскочить в банк. Через полчаса я буду совершенно свободен.
— Отлично, тогда у банка через полчаса.
Похоже, мне не оставляют возможностей для отступления. Ну, это мы еще посмотрим. Еще вчера я попался бы в эту ловушку, сегодня же буду действовать осмотрительнее.
— Замечательно. Буду ждать с нетерпением, — отозвался я и постучал по дереву.
Я перевел деньги на указанный Ингой счет и вздохнул с облегчением. Оставалось справиться со второй частью задачи. Для этой цели я поставил на мобильнике таймер на десять минут. Подумал, хорошо ли я рассчитал свои силы, вздохнул и убавил время до пяти минут. Оставалось лишь нажать на кнопку, и начнется отсчет.
Я вышел из банка и стал прогуливаться в ожидании хищницы, нацелившей на меня свои когтистые лапки. Не прошло и десяти минут, как спортивная машина Инги мигнув поворотом припарковалась у тротуара. Я нажал в кармане на кнопку мобильника, таймер начал отсчитывать время.
Изящная ножка ступила на асфальт. На секунду Инга замерла в этой соблазнительной позе и появилась полностью, улыбаясь и приветливо помахав рукой.
— Привет! — она потянулась и поцеловала меня.
Еще вчера я был бы на седьмом небе от счастья, но сегодня я стал более внимательно прислушиваться к своим ощущениям. Холод. Никакого чувства. Это был холодный бесстрастный поцелуй манекена. Манекена очень красивого, но равнодушного. Не понимаю, как я мог еще недавно испытывать к ней чувства. Себя легко убедить и выдать желаемое за действительность.