Тарси

Ого, когда это я стал любимым? Уважаемым — еще куда ни шло.

— Надо было сказать мне, — заявил барон Тромиг.

— Или мне, — вставил Уклит.

Я бросил на него осуждающий взгляд, не хватало только, чтобы он ввязался в драку.

— Рассказывайте все по порядку. — Они заговорили одновременно, и я указал на Салину. — Рассказывай ты.

— Я шел по общему залу и споткнулся, — начала рассказ девушка.

— Я бы не споткнулся, — заметил Уклит.

— Меня специально толкнули! — вскрикнула девушка. Она заторопилась и перешла на язык эслатов. — Эти невежи стали надсмехаться. Когда они заявили, что такой неловкий оруженосец может быть только у никудышного графа, я не стерпела. Я вызвала одного из местных барончиков на капатонский поединок.

— На какой поединок? — у меня глаза полезли на лоб.

— На капатонский. Тот, о котором Вы рассказывали. Когда поединщики сражаются с завязанными глазами.

У меня просто не было слов, чтобы прокомментировать сложившееся положение. Оставались одни эмоции, были они очень бурными.

— Дело сделано, теперь от поединка не отказаться, — сказал барон Тромиг. — Хорошо еще, что вызванный согласился именно на капатонский поединок. Здесь многое зависит от удачи. Если поединщикам завязать глаза, то у Салина будут шансы. Правда, они невелики.

Глава 19

— У меня есть непреодолимое желание, — сказал я, и все повернулись в мою сторону.

— Какое? — уточнила Салина. Видимо почувствовала, на кого это самое желание направлено.

— Снять кое с кого штаны и всыпать ему ремнем по заднице.

— Не посмеете! — выкрикнула оруженосица.

Краска бросилась ей в лицо. Похоже, такая перспектива пугала ее куда больше, чем предстоящий капатонский поединок. Конечно, она уже взрослая, и наказывать ее ремнем не педагогично, но…

Вот скажите, за что намою голову такое наказание? Вечно она куда-нибудь впутается. И самое интересное, оставить все как есть я не могу, не хватает у меня духа пусть ситуацию на самотек. Безобразие. А как, скажите мне, расценить повод поединка? Она, видите ли, защищала мою честь. С одной стороны, конечно, приятно, а с другой… С другой стороны возмутительно! Не привык я, чтобы девушки защищали мою честь. Наоборот было бы нормально, а вот так… Царапает что-то, и остро борются два желания поблагодарить или взяться за ремень. А может, и то и другое?

— Господин граф, оруженосец, конечно, провинился, но ремнем — это было бы уже слишком, — заступился за Салину Тромиг.

— Сам знаю! — рявкнул я. — Что теперь делать будем? Каков он хоть из себя этот барончик?

— Среднего роста брюнет с прямыми волосами, — принялась описывать своего противника Салина, но я ее прервал.

— Я имел в виду, хороший ли он боец?

— Молод, задирист, довольно быстр, но недостаточно опытен, — отозвался барон Тромиг.

— Вы успели ему объяснить, что такое капатонский поединок?

— Он сказал, что ему все равно, как именно сражаться.

— Когда?

— Сегодня после обеда.

— К чему такая спешка? — удивился я.

Тромиг пожал плечами:

— Время уже назначено, поздно что-то менять.

— Может, предложить ему денег, чтобы он отказался от боя?

— Еще чего не хватало! — выкрикнула Салина.

— А ты помолчи, с тобой еще будет отдельный разговор.

— Капатонцы любят деньги, — сказал барон, — но, боюсь, это не тот случай. Молодой задира искал случая подраться. Вряд ли он откажется от боя. Салину придется нелегко.

— Еще посмотрим, кому придется нелегко, — заявила Салина, но под моим взглядом смутилась и спряталась за спину Уклита.

— Сделаем вот что: Поскольку была задета моя честь, то и в поединке участвовать мне. Барон, пойдите и скажите этому задире, что с нашей стороны замена.

— Так не принято, — заявил Тромиг.

— А как принято? Вы хотите, чтобы Салин вступил в схватку с опытным бойцом?

— Нет, но…

— Вот и не возражайте. Кто здесь граф?

— Я тоже мог бы заменить Салина на поединке, — сказал барон.

— С чего это вы решили меня заменять? — выглянув из-за спины Уклита, заявила Салина. — Это мой поединок.

— Оруженосец, Вы забываете о дисциплине. Идите, барон, договаривайтесь о замене.

Тромиг ушел. Вернулся он через полчаса с известиями, которые не могли обрадовать:

— Отказался. Этот напыщенный барончик отказался от замены с нашей стороны.

— Хорошо ли ты предлагал?

— Поверьте, я сделал все что мог. После его отказа я перешел к прямым оскорблениям, надеясь на вызов, но не помогло даже это. Этот нахал заявил, что готов скрестить со мой мечи, и с Вами, граф, если Вы пожелаете, но после того, как расправится с оскорбившим его оруженосцем.

— Вот как? Значит он полностью уверен, что расправится с нашим Салином и не питает на этот счет сомнений?

— Не питает.

— Он начинает меня раздражать. Вы не находите, барон, что это звучит оскорбительно?

— Полностью с Вами согласен, Ваша Светлость. Давайте, я оскорблю его действием. Этого он не сможет стерпеть и вынужден будет взяться за меч немедленно.

Я не стал уточнять, как именно барон Тромиг собирался "оскорбить действием" противника Салины.

— Нет, это было бы слишком просто. К тому же местное рыцарство может вмешаться. Мы сделаем по-другому. Салин победит.

— Даже не сомневайтесь, Ваша Светлость, я намну бока этому нахалу, — выдала Салина.

— Как победит? — удивился Тромиг.

— Пока не знаю, как. У нас есть еще пара часов, за это время постараемся что-нибудь придумать.

— Может, Салину потренироваться? — предложил Уклит.

— Дельная мысль. Барон, Вы согласитесь составить пару во время тренировки нашего Салина?

— Ради того, чтобы посмотреть на поражение этого наглого барончика я готов сутками тренировать Вашего оруженосца.

— Тогда найдем укромное место и посмотрим, как у нас обстоят дела с капатонским боем.

Барон отправился к хозяину постоялого двора и договорился об аренде одного из пустующих сенных сараев, через четверть часа они с Салиной стояли друг напротив друга, вооружившись дубинами. Десяток наемников расположились вокруг сарая и отгоняли любопытных, которые не замедлили появиться, стоило нам пройти внутрь.

Барну и Салине завязали глаза, я произнес краткую речь:

— Прошу вас действовать так же, как и в настоящем поединке, лишь соизмеряя силу удара. Начали.