Татуировка

— Так что же за история в Праге? — мне было несколько жаль возвращать ее к действительности, но я просто обязана была узнать все до конца.

— Я знаю об этом только с его слов. В тот день, когда его насильно обратили, произошло убийство, о котором Джерри узнал позже, от своих друзей–полицейских и из газет. Огромный волк разорвал мужчину на глазах дочери, которая таинственным образом исчезла, и тело ее так и не было найдено…

Она рассказывала дальше, но я уже не слушала. Меня словно окатило ледяной водой, ударило невероятным высоковольтным разрядом тока, и я окунулась в воспоминания о том проклятом дне.

Как сейчас, перед глазами всплыл дождливый пражский вечер. Мы с отцом возвращались из ресторана, празднуя мои выпускные экзамены. Немного навеселе, мы не заметили, что какая–то тень следует по пятам. Дальше все запомнилось словно в черно–белом немом фильме. Страшный волк, в полтора раза крупнее обычного, с безумным горящим взглядом выпрыгнул перед нами, стоило только завернуть в темный переулок. Он был достаточно широк, чтобы развернуться такому огромному чудищу, а нам практически не оставалось возможности к бегству.

Калейдоскоп кровавых вспышек завертелся перед мысленным взором, и я зажмурилась, пытаясь унять головокружение. Второй волк появился из–за спины, такой же большой и безумный. Он зарычал, когда я с ужасом обернулась, пытаясь нащупать в сумочке «Осу», которую всегда носила с собой. Глупо, конечно, теперь я с горечью осознаю это. Но тогда я не могла ни о чем думать, как только о спасении собственной шкуры. Как позорно и эгоистично я пыталась бежать, не оглядываясь на предсмертные крики отца.

Не хочу вспоминать! Нет! Нет! Очнись! Очнись, Джейн!

— Очнись, Джейн! — снова обеспокоенное лицо Айрин, опять она испуганно пытается вытряхнуть из меня остатки больного разума. — Ты впала в транс, я очень испугалась!

— Не могу поверить, — я прошептала одеревеневшими губами. — Это был он… И он это знал.

Я в отчаянии схватилась за свои волосы, подтягивая колени к подбородку, пряча в них лицо.

— Нет, нет, нет, нет…

Я качалась, пытаясь успокоиться, и не подпускала грозящую захватить меня истерику.

— Что случилось? Расскажи! — требовал решительный голос Айрин.

— Семь лет назад мой отец погиб при этих обстоятельствах в Праге! — причитала я.

— Не может быть! — ахнула она.

— Последнее, что я помню, как надо мной склонился Марк, уверяя, что теперь все будет хорошо, и я выживу. Он предложил мне жизнь через вступление в Клан Смерти. Я тогда не понимала, на что даю согласие, но смерть отца и моя мерзкая трусость затмевали все остальное. Это потом уже мне не хотелось жить, а тогда, находясь почти на грани, я истинно поняла, что такое «жажда жизни», — я подняла на волчицу раскрасневшееся лицо. — Я, по сути, еще не жила, ничего не видела, у меня не было никаких особенно ценных воспоминаний. Только что сданные экзамены были для меня самым сильным эмоциональным впечатлением. Наверное, это животная сущность оборотня, оставившего во мне часть своей ДНК, кричала, что умирать рано, нужно жить и бороться. И когда у меня получилось, Черная Кровь полностью стерла последствия нападения из моего организма. Она холодной тьмой распространилась по венам, ядом и смертью наполнила все мое существование. Вот тогда мне стало гадко. Я пыталась забыть то, что произошло. Ненавидела себя, каждый раз успокаиваемая Марком, что в том не было моей вины. Но он не понимал, что я страдала не из–за того, что не смогла защитить отца. Я презирала себя за то, что повернулась к нему спиной, убегая прочь. Его ужасные крики еще долго преследовали меня по ночам.

Я выдохнула, размазав слезы по щекам. Айрин молча сидела у моих ног, обеспокоенно вглядываясь в мое лицо. Глоток холодной воды помог унять икание, возникающее от сдерживаемого плача.

— Мне так жаль… — наконец произнесла волчица.

Я кивнула.

Шокирующая правда, наконец, всплыла наружу. Так вот что скрывал от меня Джерард, вот о чем он не хотел говорить, когда я прямо спрашивала его о секретах. И намеки Максимилиана, когда он рассуждал, что у некоторых секреты гораздо больше, чем можно подумать. Значит, он также был в курсе произошедшего. Одна я находилась в идиотском неведении. Чувствую себя полной дурой…

Но, хуже всего, что одним из волков, убивших моего отца и, если бы не Марк, меня, был Джерри! Но как?..

— Что «как»? — переспросила Айрин. Очевидно, я заговорила вслух.

— Как Марк смог отогнать оборотней в тот вечер? Я отчетливо помню, что они были решительно настроены завершить начатое.

— Хм, — она задумалась, но мне не нужно было ее мнение. Постепенно передо мной вырисовывалась цепочка проясняющихся событий.

— Неужели, Марк был заодно с оборотнями? — я поразилась собственным словам. — Или наоборот, это они были вместе с ним? Но зачем? Какой смысл был в том, чтобы нападать, убивать отца, а потом спасать умирающую девушку?

— Чтобы наверняка завербовать в клан, — констатировала Айрин мою догадку.

— Находясь в плачевном состоянии, у меня не было иного выхода, кроме как стать жрицей… Но почему именно я? Да, Клан не часто принимает новых членов, нас мало, и становится все меньше, стараниями самого Шакала… Но, все же.

— Кем был второй волк? — неожиданно спросила Айрин.

Я задумалась. Действительно, второй волк. Я не знаю, которым из них был Джерри, да это и не имело особого значения. Но это…

— Можно ли как–то выяснить? — я обратилась к ней.

— Попробую. Может, спросишь Джерри? — предложила она, а я испугалась. Не представляя, как вообще я смогу встретиться с ним после того, что только что узнала. Спрашивать о том кошмаре я точно буду не в силах. К тому же, наверняка, он страдает от того, что совершил.

— Сумасшествие какое–то! — я вновь закрыла лицо ладонями. — Что мне делать? — спросила я Айрин.

Она некоторое время скорбно помолчала.

— Я не могу говорить, что тебе делать, но мой совет — найди Джерри для начала.

— Не знаю, смогу ли теперь смотреть ему в глаза. Столько всего произошло. То событие, плюс ко всему он пытался скрыть от меня правду. Думаю, он испытывал чувство вины, поэтому взялся помогать мне. Но не могу представить, что он как–то связан с Марком. Это выше моих сил!

Я немного помолчала, делая длинный глоток прохладной воды.

— Он действительно страдает, Джейн, — Айрин взяла мою руку, и я обратила внимание на нее, отводя взгляд от звездного неба над поместьем Кенвуд Хаус. — После той ночи он был просто в отчаянии. Среди полицейских также есть оборотни, но никто из них не был замешан ни в чем подобном. Что ему оставалось делать, кроме как бежать?

Что делать? А как насчет того, чтобы понести наказание? Гнев начинал незаметно заполнять все мое существо, но я включила мозги и напряженно задумалась.

— Если в деле замешан Шакал, однозначно, тут что–то нечисто, — я сжала ее ладонь. — Пока не понимаю, как реагировать на все это, что думать и как относиться к Джерри. Мне нужно время, Айрин. Но одно я знаю точно — ненавижу Марка за все, что он сделал со мной!

— Думаешь, — она сглотнула ком в горле, — это его вина?

— Думаю, это его идея. Более того, тщательно спланированный акт, успешно воплощенный в жизнь, — я встала и подошла к балкону. Здесь чувствовался легкий ветер, и я неожиданно поняла, что вся горю. Контраст с прохладным воздухом разительно ощущался, контрастируя с теплом моего обычно холодного тела. — Не хочу верить, что это вина Джерри! Марк использовал его в своих интересах, как недавно поступил со мной лорд Максимилиан.