Тень рока

Желтоглазый юноша хитро прищурился, делая глоток вина, затем продолжил свой монолог:

— Неужели Вы и правда думаете, что гидра помогает мне по «своей воле»? Нет. Так или иначе, все эти люди зависимы от меня. И что самое важное, у них нет другого выбора. Как в прочем и у Вас, мистер Фальтус.

Асмодей осторожно поставил свой бокал на стол и вновь улыбнулся.

— Ты не посмеешь! — взбешенный Фальтус вскочил со своего кресла, уронив при этом его на пол.

Дрожащие от неудержимого тика веки, пытались спрятать под собой блестящие глаза детектива, но он сопротивлялся, стараясь удержать контроль над непослушными мышцами.

— Посмеет! Эта бестия много знает. Я с радостью от неё избавлюсь, дай только повод, — командным голосом воскликнул Липц Хаунзер, манерно вытирая рот салфеткой.

Белоснежный мундир полковника украшали медали и золотые эполеты. Парадная форма как нельзя лучше подходила для сегодняшнего ужина.

— Да ты уже труп Хаунзер! Мы не единственные из Искариот, кто знал о твоих махинациях! — грозно парировал Николай, тряся указательным пальцем над головой.

— Искариот — мусор! Все ваши агенты могут быть уничтожены за несколько часов. Все, до единого. Мы перережем горло каждому из них прямо в их собственных постелях. Ночь, которую никто из них не переживёт, — монотонно, но уверенно добавил закончивший свою трапезу Ёрмунганд. Его золотая змеиная маска уже была на месте, вновь пряча за собой уродливую морду.

— Попробуй, ящерка! Это тебе не мышей жрать с тарелки! — огрызнулся Фальтус, потянувшись к бутылке.

— Сколько эмоций! Как это интересно! — радостно воскликнула Мария, аккуратно поправляя свой модный бежевый пиджак.

— Эмоции тебе нужны? Дай мне винтовку, и я покажу тебе эмоции, овца небесная, — осушив очередной стакан, заявил детектив.

— Это бестолковый спор, исход которого уже ясен. Шах и Мат, неужели Вы этого до сихпор не поняли, охотник на ведьм? — послышался хриплый, старческий голос Рудольфа Суриуса-Карпантия.

Седовласый старик одел свои большие очки с толстыми линзами, от чего его глаза стали казаться нереально огромными. Теперь он напряжённо и внимательно изучал присоединившихся к их ужину Искариот, заинтересованный эмоциональной беседой.

— Заткнись, старый хрыч! Тебе-то он что пообещал? Вечную жизнь? Подох бы ты уже с миром, да не строил козни Доминиону! — не унимался взбешённый Фальтус, продолжая стоять, упёршись руками в стол.

— Нет, не отгадал. Он спас мою внучку. Моя же долгая жизнь не его заслуга, — старик сморщился от обиды и возмущения.

— Всё сказал? Или ещё есть, что добавить? — уточнил Асмодей, сверля тяжёлым взглядом не трезвого детектива.

— Я сниму с тебя твою змеиную шкуру… — прошипел Фальтус, скалясь от ярости.

— Мне это начинает надоедать. Ещё одно слово и я сожру тебя прямо здесь и сейчас, а твоему другу сломаю все кости и наполню его кровь ядом. Ни каких игр, как ты и хотел. Игры кончились Фальтус. Ты поможешь мне найти Сетта или все твои близкие люди умрут, а следом за ними умрёшь и ты. — Асмодей с такой силой сдавил свой бокал, что тот лопнул, разлетевшись кровавыми осколками в разные стороны.

Возникла продолжительная пауза. Спор прекратился. Лишь погружённый в процесс музыкант продолжал играть.

Спустя пару мгновений, во мраке, что царил за спиной Асмодея, появился красный огонёк. Фальтус переключил всё своё внимание с разъярённого юноши на этот таинственный огонёк, который быстро приближался к столу. Послышались шаги. Вскоре стали различимы два силуэта.

Один из них был высоким, второй значительно меньше. Тот, что высокий, был облачён в расшитую золотом белую мантию, украшенную изысканными мехами. Рукава этой мантии кружевные, невесомые. На тонких пальцах, множество дорогих перстней с драгоценными камнями. Вычурное одеяние высокого гостя было настолько длинным, что волочилась за ним внушительных размеров шлейфом. Странный головной убор закрывал лицо высокого незнакомца плотной, чёрной вуалью. Всё это делало образ гостя каким-то церемониальным или даже траурным. Разглядеть что-либо за этой вуалью было не возможно. Лишь только сияние красного огонька пробивалось сквозь эту чёрную завесу. Огонька сияющего так ярко, как только могут сиять угли остывающего в ночи костра. Этот волшебный огонёк словно следил за всеми собравшимися в зале людьми, словно изучал их. От таинственного гостя веяло холодом, и Фальтус чувствовал это на физическом уровне. Он чувствовал, как по коже поползли мурашки, но не от страха, а именно от холода.

Силуэтом, что был поменьше, оказалась девушка. Девушка, одетая в пышное бальное платье белоснежного цвета. В чрезмерно размалёванном косметикой лице, Фальтус с трудом узнал Вергилию. Да, это была его ненаглядная Вергилия, которую он любил всем своим сердцем. Сейчас он это понимал как никогда раньше. Она смотрела на него взглядом полным ужаса и невообразимого страха. Зелёные глаза, в которые он раньше не смел смотреть, сейчас молили его о помощи. По напудренным щекам катились слёзы, оставляя за собой влажные дорожки.

— Вергилия! — Взволнованно воскликнул детектив и бросился к своей зеленоглазой блондинке.

— Фальтус, нет! — Попыталась предостеречь девушка, но было слишком поздно.

Как только детектив приблизился к своей возлюбленной слишком близко, высокий незнакомец, что её сопровождал, резким движением вцепился рукой ему в шею. Приподняв беспомощного Фальтуса высоко над поверхностью пола, так, что тому оставалось лишь беспомощно барахтать ногами и извиваться в надежде вырваться.

В этот момент детектив вспомнил недавние события на складе. Вспомнил, как озверевший Ёрмунганд пытался его придушить. Ситуация странным образом повторяется. Его снова схватили за горло. Фальтусу становилось трудно дышать, столь крепким и яростным был захват незнакомца. Здесь, с расстояния вытянутой руки, детектив смог разглядеть очертания лица прячущегося за чёрной, траурной вуалью. Лицо это было прекрасным и утончённым, словно эталон совершенства и красоты. Сияние, что мерцало за траурной завесой, исходило из единственного глаза.

— О, ну наконец-то! А я думал, что ты так и не придёшь! — Радостно воскликнул Асмодей, обернувшись назад.

— Жалкое насекомое, не знающее своего места. Ты уже прах, пусть пока и не осознаёшь этого. Как смеешь ты бросать мне вызов? — из под вуали послышался приятный, но одновременно с тем надменный голос.

— Ты… Кто… Нахрен такой… — с трудом дыша, прохрипел детектив. Лицо Фальтуса побагровело от напряжения, а непослушные веки перестали дрожать.

— Отпусти его, прошу! Он не опасен! — Расплакавшись, Вергилия упала на колени, вцепившись руками в дорогие одеяния красноглазого незнакомца.

— Ладно, хватит! Ты его сейчас прикончишь, а он нам ещё нужен, — вмешалась Мария, неспешно встав из-за стола.

— Людишки, не знающие своего происхождения. Ваша жалкая жизнь это дар. Дар Владык и Древних. Как смеешь ты не проявлять ко мне почтения и должного уважения? Кем ты себя возомнил? — высокий незнакомец продолжал свой надменный монолог, не обращая внимания на остальных.

— Я… Тебя убью… небесный… — из последних сил кряхтел Фальтус.

— А ну отпустил его, тварь! — раздался грозный крик.

Сжимая в руке столовый нож, Николай со всех ног бросился на помощь своему другу. Но это было слишком опрометчиво и безрассудно. Красноглазый гость сделал лишь одно непринуждённое движение своей свободной от Фальтуса рукой и спешащий на помощь Николай замер. Замер на несколько долгих секунд, не в силах пошевелить ни единой мышцей. А после, замерший агент воспарил под самый потолок, окруженный мощным телекенетическим полем. Ситуация выходила из под контроля. Гнев красноглазого множился с каждой секундой.