Тень в зеркале

Тут он неправ, конечно — колдовство штука полезная, но не в таких количествах… А вот спорить не буду — я б прилёг хотя бы ненадолго. Спать, конечно, не буду, а вот голова как чугунок и ноги ватные — надо отдохнуть.

Я поплёлся в комнату с зеркалом и, стряхнув пыль с дивана, повалился на него — брезгливость пыталась было что-то вякнуть, но была влёт побеждена усталостью. Тем более, я и так в пыли с ног до макушки. Ноги гудели по всей длине. Конечно, сапоги бы снять — но нет, не стоит, я не дома. Даже при том, что коллеги снаружи дежурят.

Закрыл глаза — и сразу понял, что голова кружится. М-да, тренироваться мне ещё и тренироваться… Кстати, Стас говорил, что в общаге есть свой душ с горячей водой — надо будет сегодня зайти обязательно, и шмотки почистить. И чтобы прийти в себя — душ очень полезен. Главное — в город вернуться. Пока этот дождь, пока туда-сюда — и конец рабочего дня…

Я без особых мыслей смотрел в потолок из давным-давно покрашенных досок — сейчас большинство краски облупилось, некоторые доски подгнили и выбиты. В центре торчал обрывок шнура без всякого намёка на патрон с лампочкой. В общем, зря мы сюда сегодня сходили. Не столько потому, что ничего не нашли — в конце концов, это нужно не нам, а силам безопасности, — сколько потому, что я ни на шаг не приблизился к своей цели. Мимоходом сказанное напарником про зеркала — не в счёт. Можно, конечно, понадеяться на поход в «Триаду» — работа-то сделана, вполне возможно, что Ильин слово сдержит, а там главное — слушать разговоры, Андреев вполне может проболтаться Ильину, а не мне. Я уже заметил, что безопасник отлично умеет вести разговор.

Зеркала… Интересно, что же значит мой сон? Там, помнится, тоже был и старый дом, и зеркало — точнее, их там не было, было воспоминание о них. Чьё воспоминание? Моё или того неизвестного мне Женьки? Откуда у меня эти воспоминания? Чью тень видели в зеркале, и кто её видел?

Могут это быть воспоминания Андреева? Вряд ли — у него и имя другое, и сон я видел ещё до того, как узнал о нём. Может, рассказать ему, спросить совета? Развить как раз тему о зеркале…

Я вспомнил, как после похода в садоводства увидел свою физиономию в зеркале над раковиной, и грустно усмехнулся. Сейчас, наверное, не лучше выгляжу…

Так, стоп.

Мелькнула какая-то мысль. Аналогия была не только в моей уставшей морде — что-то ещё было тогда. Что?

Было.

Мысль показалась абсолютно шальной, но именно она терзала меня последние дни. Я просто обязан попробовать!

Тогда нож сработал на кровь, когда я стоял перед зеркалом. Этой ночью зеркала рядом со мной не было — только в другом углу комнаты.

А что, если….

Я резко встал с кровати, поморщился — полежать бы ещё. Но нет, адреналин пошёл, если не попробую — никогда себе не прощу!

Встал перед зеркалом, нейтрально улыбнулся, увидев своё бледное лицо с синяками под глазами. Вытащил из-за голенища нож, уверенно ткнул им в многострадальную подушечку пальца…

И чуть не подпрыгнул — за лезвием, потемневшим на конце, потянулся светлый след. Сработало! Сработало!!! Я оказался прав!

Так, а дальше что?

На мгновение показалось, что тени за моей спиной зашевелились, словно внутри зеркала находился невидимый мне источник света — на «светляка» не спишешь, он давно уже закончил работу и погас. Или не показалось?

— Матвеев, вставай, пошли! А то вдруг опять хлынет, — услышал я голос, и в комнату вошёл Андреев — я еле успел сунуть нож за голенище.

— А, ты уже встал, — резюмировал он. — Ну отлично. Отойди…

И, вытащив пистолет, всадил пару пуль в зеркало, моментально осыпавшееся осколками.

Глава 19 Окрестности Гидростроя, 20 апреля, четверг, день

Давно мне не было так обидно. До слёз обидно. Наверное, в последний раз подобное чувство было, когда Ващенко таскал меня за волосы — года четыре назад, тогда я учился ещё на первом курсе.

Сам не знаю, как смог проглотить досаду. Наверное, в последний момент вспомнил о задании и о том, что портить отношения с Андреевым не стоит… Поэтому постоял несколько секунд, глядя на усыпанный осколками пол и на две пули, застрявшие в деревянной подложке, и вышел из комнаты вслед за напарником.

— И зачем? — спросил, не удержавшись, когда уже спускался по лестнице. А голос дрожит… Заметит напарник или нет?

— Говорю же — терпеть не могу зеркала, — без выражения сказал Лёха. — Особенно в старых домах.

Оп-па. Уже что-то новенькое — эта тема ещё не поднималась. Ну и на мой голос внимания не обратил — или не подал виду.

Я почувствовал знакомый азарт. Спросить? Можно, только не прямо.

— Так, наверное, в старых домах зеркала часто встречаются, — я сделал вид, что думаю вслух. — Кто их с собой потащит…

— Наверное, — безразлично отозвался напарник.

Вот непробиваемый, а… Или всему виной его потеря памяти? Уверен я, теперь уже точно уверен — была у него какая-то история с зеркалом в старом доме. Вряд ли, конечно, в этом самом — но была.

— Выдвигаемся, — махнул рукой Ильин. — Влад, готов смотреть?

— Готов, — кивнул я. — Немножко отдохнул…

— Ну хорошо. Давайте, парни, выходим тем же путём. Глядим в оба, идти недалеко, но хорошо бы дойти целыми…

Дорога обошлась без приключений — хотя после дождя, конечно, стало намного грязнее. Но хоть не вымокли… Уже на подходе к КПП мы пошли бок о бок, насколько позволяла дорога.

— Спалили бы вы этот дом, если есть подозрения, — сказал Лёха. — Чего зря думать-то?

— Да думали уже, — махнул рукой Ильин. — Сжечь дотла — дело сложное, а сжечь при этом так, чтобы огонь во все стороны не пошёл — ещё сложнее… Сейчас, когда сыро — тоже проблема. Не будешь же собирать ради этого кучу народа, включая пожарных. Не стоит овчинка выделки. Легче сходить, проверить…

— Значит, версия слилась? — полуутвердительно спросил напарник.

— Так да, — неохотно подтвердил Ильин. — А жаль, версия была красивая. Стоило проверить. Ну, будем искать…

Он оглянулся на шедшего рядом Кононова и уточнил:

— Парни, но про «Триаду» — всё в силе, если других планов на вечер нет.

— Буду, — кивнул Лёха. — Владька, присоединишься?

— Обязательно, — подтвердил я машинально, потому что мозг в это время был занят другим.

Картинка сложилась.

Призрак изгоя сказал, что при помощи ножа из холодного железа изгои открывают проход.

И я, кажется, знаю, как они его открывают.

Скорее всего, материал ножа как-то взаимодействует с кровью и служит ключом для зеркал. Для любых или нет — неясно, потому что это сработало и с зеркалом в полный рост в старом доме, и с маленьким зеркалом у меня в общаге. Скорее всего, нужно именно большое зеркало, достаточно большое, чтобы через его контур мог пройти человек — именно так и открывается проход через подпространство. Ну и неясно, сколько нужно крови — достаточно ли той капли, что выдавил я, или нужно резануть что-то всерьёз? Может, нужен какой-то правильный жест или ритуал — не знаю. Может быть, и не всякая кровь подойдёт, а только определённой группы…