Трапеция

– Нет, он жив. Во всяком случае, насколько нам известно. А в том и дело, что нам

ничего не известно. Ты не видел «Билборд»?

– С тех пор, как пошел служить – ни разу.

– Секунду.

Джо, поднявшись, миновал узкую аллею, исчез за палатками и, наконец, вернулся

с журналом в руке. Открыл его и положил перед Томми, ткнув пальцем в

маленькое объявление.

– Люсия поместила его сюда четыре года назад. Безуспешно.

Короткий толстый палец указывал на колонку «Частные объявления», и Томми

прочел, тщетно сражаясь с то и дело расплывающимся фокусом.

«Мэттью Гарднер-младший, он же Марио Сантелли. Если вы располагаете

какими-либо сведениями о местонахождении данного человека, свяжитесь с

Люсией Сантелли Гарднер».

И знакомый адрес.

– Четыре года назад, – повторил Джо, – после того неудачного падения. Это

случилось в тот год, когда умерла Nonna, весной, незадолго до Пасхи…

– Погоди, – перебил Томми, – дай собраться с мыслями. Он выступал у Старра. Я

точно знаю. Я видел его с Лионелем. Я как раз вышел из учебки, а в нескольких

десятках миль Старр давал представление.

Он и правда сидел тогда в темноте, сжимая пальцы на подлокотниках, и смотрел, как Марио летит к Лионелю после великолепного тройного. Он почти уже

решился отыскать Марио и поговорить, даже прошел незамеченным по

незнакомому двору: на стоянке было много людей в униформе. Но увидев, как

Марио и Лионель под руку удаляются с манежа, передумал.

Оставь. Все кончено.

– Да, он пробыл у Старра два года, – согласился Джо. – Нет, полтора. Хочешь

еще пива? Нет? В общем, в начале второго сезона он и эта девушка из номера, его жена…

– Он женился? – Томми не верил своим ушам.

– Ах да. В первый же сезон у Старра. Они провели зиму с нами, тогда родился их

ребенок. Хорошая девочка, нам она нравилась. Очень похожа на Сантелли…

Люсия говорила, что она вылитая Лисс. Сьюзан Как-там-ее. Нет, Сью-Энн…

Сьюзан…

Он нахмурился.

– Сью-Линн? – Томми казалось, что он угодил в кошмар.

– Сью-Линн, точно… Так и знал, двойное имя, на Юге их любят. Но Люсия всегда

звала ее Сьюзан. Дочка Пита Чаллонера, выросла в воздушном номере Сарасота.

После рождения ребенка она работала с Мэттом и Лионелем. Тогда все и

случилось. Они упали. Лионель вывихнул плечо… ты знаешь, что это означает

для воздушника. Сьюзан сломала нос и ободрала лицо, но ничего серьезного.

– А Марио?

Джо пожал плечами.

– Раздробил запястье – то самое, которое вечно доставляло ему проблемы. И

заработал небольшое сотрясение, но прогнозы были благоприятные. Сьюзан

видела его последней – приходила в больницу поговорить насчет развода. Они

собирались развестись… не знаю почему, они вроде как неплохо уживались…

Она рассказывала, что он очень душевно с ней поговорил, выписал чек на

содержание ее и Сюзи… Это их дочь, ей было несколько месяцев. Люсия дико

бушевала, когда узнала о разводе, но ничего не могла поделать. Так или иначе, по словам Сьюзан, он вел себя вполне дружелюбно, спокойно – в общем, как

всегда. Но тем же вечером нам позвонили из больницы и сообщили, что он ушел, не проконсультировавшись с доктором. И это было последнее, что мы о нем

слышали. Он будто исчез с лица земли. С того дня – ни слова.

– А полиция…

– Мы пытались. Но он был взрослым человеком, так что они ничем не могли

помочь. Разве что арестовать его, если бы Сью-Линн захотела подать в суд за

неуплату алиментов. Она осталась с нами – не работала и была в сильном

расстройстве. Они спросили, хочет ли она, чтобы его нашли и арестовали. Только

она ответила, что, если его посадят, толка ей от этого не будет, и пусть он

катится к черту. Сейчас она на гастролях со Старром. Можешь написать ей, спросить, не слышала ли она чего. Но она бы наверняка сообщила Люсии, если бы

что-то узнала. Иногда она с ребенком приезжает к нам на неделю-другую. Сюзи

сейчас года четыре. Очень похожа на дочку Лисс… Стой, ты же никогда не видел

маленькую Клео?

Томми качнул головой.

– Получается, вы не знаете, где он? Даже догадок нет?

– Ни малейших. Но он больше не летает под своим именем или именем семьи – это

точно. Он может быть где угодно. На какой-нибудь ярмарке. Может, танцует…

он много танцевал, хотел пойти в шоу-бизнес в детстве. Может, во флоте… да

хоть в Китае! Один Господь знает. Мы уже почти готовы сдаться. Наверное, мы

бы знали, если бы он умер. Никогда не думал, что буду благодарить Бога за его

судимость, но, если с ним что-то случится, его опознают и наверняка свяжутся с

семьей.

Томми передернулся, и Джо одарил его сочувственным взглядом.

– Да, вы были добрыми друзьями. Партнерами.

– Скорее, братьями.

– Я знаю. Мы все любили тебя, Том. Особенно Анжело. Он все еще иногда

вспоминает тебя. Слушай, – Джо встал, оттолкнувшись обеими руками от лавки, –

я бы не прочь посидеть и поболтать, но работа не ждет. Где ты остановился?

– Нигде, – ответил Томми. – Просто мимо проезжал.

– Пошатайся поблизости, а потом вернемся домой вместе. Лу обрадуется, в доме

достаточно места. И мои дети… вы с Барби дружили, когда учились, я помню.

– Барби была отличной девчонкой. Чем она занимается?

– Танцует, – ответил Джо. – Снялась в паре фильмов. В одном появляется минут

на десять, на втором плане. Еще была дублершей в фильме про цирк. Кажется, актриса из нее так себе, зато она хорошая танцовщица и отличная акробатка.