Трель соловья

Девушка мигом просветлела лицом.

— Да! Мне очень нужна помощь, — жалобно сказала она. — А вы понимаете что-нибудь в ценах на одежду? Я — нет, и у меня такое чувство, что меня дурят… Я же не торговка, я — портной, а лавка досталась по наследству от дяди, и я не знаю, что с этим делать.

— Да, меня обучали этому, — уверено ответила Лирен, успокаивая за одно и слишком активную хозяйку.

— Ой как здорово! — совершенно по-детски обрадовалась та, но тут же снова приуныла. — Только я вряд ли смогу вам поначалу много платить, у меня сейчас денег едва на ткани и налоги хватает… Вас не устраивают условия, да?

Лирен вздохнула. Огорчать хозяйку было жалко, с такой наивностью неудивительно, что ее дурят, но прежде всего ей самой нужны были деньги. Поборовшись с собой несколько минут, она все-таки согласно кивнула.

— Нравится, все нравится. Не подскажете только, где здесь дешевый постоялый двор?

— А можно на ты? — получив еще один кивок, хозяйка представилась: — Меня Джоанна зовут, можно Джо.

— Лирен.

— Лирен, тебе негде жить? — все так же по-детски спросила Джо, глядя на нее широко раскрытыми глазами.

— В некотором роде, — уклончиво ответила девушка. — Я не так давно в Дартве, еще не успела обустроиться.

— У меня на втором этаже есть свободная комната, — Джоанна улыбнулась. — Я все равно живу одна, иногда бывает страшно. Оставайся! И ходить далеко не надо будет, и проблема с жильем решена.

Лирен возвела глаза к потолку и мысленно возблагодарила Май Ше за такую милую девушку на ее пути.

Казнь прошла быстро и без особых происшествий. Никто не пытался лезть на помост или скинуть вниз, в разъяренную толпу, палача — случались на памяти Карстена такие случаи. Но воров никто не любил, поэтому и не возражали.

Капитан выбрался из улюлюкающей толпы и побрел в сторону ближайшего кабака, по пути бросив ненавязчиво подсунувшему какую-то бумажку помощнику городского судьи, чтобы заходил позже. Парень явно оскорбился, но взял себя в руки и с бесстрастным видом пошел в сторону департамента. Ничего, судья мужик толковый и с капитаном сотрудничает не первый год, поймет.

На душе было паршиво.

Не то, чтобы ему было жалко глупого парня, оказавшегося не в том месте и не в то время — да черты бы с ним, сам напросился. Вот только мужчина хорошо знал Джоанну, милую наивную девчонку-подростка, которой не повезло остаться одной и которой вскружил голову таинственный образ молодого вора. И теперь ему предстояло сообщить Джо, что ее друг к ней больше не придет — чтобы не ждала зазря.

И ладно если она просто возненавидит так подло, по ее мнению, поступившего капитана — мало ли, как поведет себя подросток, если его оставить наедине со своим горем. А постоянно торчать рядом Карстен не мог, все-таки какой бы нелюбимой ни была служба, пренебрежительно относиться к ней тоже не стоило.

И ведь не сделаешь ничего. Сказать правду, что в петле болтается другой человек, — так разболтает, не сможет язык за зубами держать. Не говорить вообще тоже нельзя — расскажет кто-нибудь другой или сама по городу пройдется, и не сложно догадаться, как на это отреагирует.

На пороге его встретил щуплый серьезный мужичок — Гайрен, хозяин заведения, собственной персоной.

— Капитан, какая честь! — он поклонился. — Давно не заглядывал.

— Повода не было, — буркнул Карстен, заходя в прохладное полутемное помещение, забитое людьми. — Слушай, Гайрен, у тебя нет тут тихого пустого угла?

— Для дорогих гостей всегда есть, — заверил его хозяин и крикнул куда-то в зал: — Эй, помощничек! Устрой нам быстренько в моем кабинете стол, да поживей! Ты чего пить-то будешь, пиво или чего покрепче?

Хотелось чего покрепче, но потом ему предстояло пройтись по кварталу лавочников, и ронять еще больше авторитет стражи перед ними было плохой идеей.

— Пива, — со вздохом сказал капитан, проходя в небольшую комнатку, которую Гайрен гордо именовал «кабинетом».

Следом протиснулся привыкший ко всему помощник хозяина, с каменным лицом сгрузил с подноса кружки и закусь и, не меняя выражения лица, удалился пугать посетителей.

— Ну, рассказывай, чего нажраться решил, — прямо спросил хозяин, разваливаясь в облезлом кресле. — По глазам вижу — именно этого хочешь.

— Хочу, — согласился Карстен, вцепляясь в кружку. — Но нельзя, так что посижу у тебя немного и пойду.

— Что у тебя случилось-то, что ты прямо в рабочее время?..

— Тебе доводилось когда-нибудь сообщать кому-нибудь, что его близкий человек был убит?

— Боги миловали.

— А мне придется, — уныло сказал капитан, быстро опустошая кружку. — Не взрослому человеку, который сможет справиться с эмоциями. Подростку. И ладно бы, незнакомому…

— А кому? — поинтересовался Гайрен, щедро подливая.

— Джоанне.

Хозяин некоторое время помолчал, жуя вяленную, крепко соленную рыбку и пристально глядя на капитана. По его вечно серьезному лицу никак не удавалось понять, о чем он думает — как обычно, впрочем. Гайрен всегда ревностно относился к конфиденциальности своих мыслей и никому не позволял в них копаться, даже городскому магу.

Свои плюсы у его принципиальности, впрочем, тоже были — сказанное ему лично никогда не выходило за пределы кабинета, кто бы как бы его не просил — ни градоправителю, ни Карстену, ни Нире. Капитан сильно подозревал, что даже самой королеве Гайрен бы не выдал чужих секретов.

— Малышка Джо привыкла получать неприятные известия, — наконец сказал он, расправившись с рыбкой. — Сначала родители, потом через два года дядя. Ей удалось справиться с этим, теперь она даже лавкой занимается.

— Ты хоть представляешь, сколько раз ее хотели ограбить?! — неожиданно взорвался Карстен. — И не только из гильдии воров, там у них какие-то свои представления о порядочности есть! Просто разбойники, сошедшие с кораблей пираты. А обычные горожане?! Девочка же не смыслит в том, как за деньгами следить, если бы я не появлялся там хоть изредка и не шугал этих гадов, давно бы обобрали как липку! Еще и с вором этим спуталась, а я ее предупреждал…

— А, так вот чьей кончиной ты собрался ее радовать, — кивнул в такт своим мыслям хозяин. — Я-то думаю, что из родственников у нее никого, ты — вот он ты, сидишь и пиво хлещешь.

— Твою ж ты мать.

В дверь просунулась невозмутимая физиономия заместителя. Гайрен кивнул ему и, получив принесенный кувшин, плеснул из него Карстену. Тот хмуро посмотрел на это дело, но промолчал, даже не стал требовать честного слова, что про Джо никто не узнает.

— Не бойся, — все-таки напомнил он, глядя на взвинченного капитана. — Об увлечении малышки Джо от меня никто не узнает.