Тропы Раздора. Восстание

– Ты понимаешь, что такая мысль совсем не утешает? – за саркастичным тоном Хаарги прячется тревога.

– Мы – не какие-то эльфийские оборванцы, – произнёс имперец с ноткой превосходства.

– Гжодрас, как всегда, чересчур серьёзен, – слегка усмехнулся Тарк. – Но он прав – втроём мы стоим десятка бойцов. А при поддержке магии – двух десятков.

– Мне бы твою уверенность, – Хаарги покачал головой.

– Раз так, чего тянуть время? Идём сейчас? – спросил Гжодрас.

– Да. Налбидий, готов?

– Всегда, Тарк. Эльфы у меня попляшут!

Разведчик скрылся где-то в лесу. Через несколько минут с той стороны послышался крик:

– Эй, остроухие черти! Вы чего тут забыли?

Эльфы в лагере мигом встрепенулись. Раздались гортанные выкрики – командир собирает людей. Вскоре повстанцы покинули лагерь – точно по плану разведчика. Остался только одинокий часовой у двери Раур То-Гара.

– Что делаем? – Афлоций ткнул пальцем в сторону повстанца.

Тарк не ответил – он уже идёт вниз, к лагерю. Агент движется бесшумно – ни единый треск или шорох не выдал присутствия. Чёрная тень мелькнула меж палаток, и вот Тарк уже позади ничего не подозревающего эльфа. Агент потянулся куда-то за пояс…

К удивлению остальных, в руке не блеснула начищенная сталь кинжала. В руке Тарка – непримечательный кусок ткани. Резким движением агент схватил повстанца за голову, ткань плотно прилегла к лицу. Эльф задёргался, что-то неразборчиво забурчал, но уже через пару секунд обмяк. Повстанец осел прямо на руки Тарка. Агент аккуратно уложил бесчувственного часового на ступеньки. Спутники увидели взмах руки – спускайтесь, мол.

Тарк скрылся в недрах самой дорогой на вид палатки. Изнури раздалось удовлетворённое хмыканье. Вскоре агент выбрался наружу; в руке блеснула зеленью бутыль бренди.

– Решил поживиться трофеями? – спросил Хаарги с усмешкой. Ульшакец с чародеем как раз добрались до входа.

– Почти, – Тарк отхлебнул глоток.

Изрядная доля пойла, к вящему негодованию спутников, оросила ближайший куст. Бутыль с остатками агент поставил рядом с лежащим в беспамятстве эльфом.

– Лихо ты его уложил, Тарк! – Афлоций искренне впечатлён.

– Небольшой фокус из арсенала Братства Эбена. Парень очухается через пару часов с пересохшим горлом и гудящей головой – всеми признаками хорошего похмелья. Даже если он вспомнит, что не пил… сами понимаете, как это выглядит со стороны.

– Хитро, – одобрительно заметил Гжодрас. Имперец отвесил часовому лёгкого пинка – молодой эльф лишь всхрапнул.

– Идём. Времени у нас в обрез.

Сухой тон Хаарги вернул всех к действительности.

Тарк медленно потянул старую, тяжёлую дубовую дверь. Заскрипели проржавевшие, веками не знавшие смазки петли. Взорам путников предстал узкий каменный коридор; вдали, там, куда не проникает солнце, ход теряется во мраке. Изнутри веет затхлостью.

Агент повернулся к спутникам.

– Надеюсь, долго там, – он ткнул пальцем во тьму, – бродить не придётся. Да помогут нам боги… Стоп, это ещё что?!

Бирюзовые глаза Тарка расширились от изумления, взгляд застыл где-то позади спутников.

Гжодрас среагировал первым – рефлексы стремительно развернули имперца. Мгновением позже обернулись остальные.

Возле одной из палаток стоит фигура. Длинные заострённые уши – без сомнения, эльф. Золотая с пурпуром мантия в пол изукрашена фигурами тотемных животных, резной деревянный посох в руке – без сомнения, маг.

Клан Тапиотис.

– Проклятье! – прорычал сквозь зубы Тарк. Эльф только заметил их и так же застыл с непонимающим видом. Но шок пройдёт. В запасе – считанные секунды.

– Бегом внутрь! – заорал Тарк не своим голосом. Хаарги и Афлоций бросились к дверям. Тарк втайне надеялся, что Гжодрас последует за ними, но уже знал имперца достаточно, чтобы не рассчитывать на такое.

В руках Гжодраса блеснул кинжал. Не стоит столбом и враг – чародей бормочет какие-то заклинания, навершие посоха угрожающе заискрилось.

Тарк стоит возле самых ворот; с такого расстояния в мага не попасть. Гжодрас, напротив, совсем близко. Имперец завёл руку с кинжалом назад, тренированное тело извернулось змеёй. С шумным выдохом Гжодрас послал клинок в цель.

За мгновение до того, как сталь пронзила сердце эльфийского чародея, с посоха сорвался искрящийся огненный шар.

– Твою ж мать! – возопил Тарк. Не чуя под собой ног, агент бросился в распахнутый зев Раур То-Гара.

Едва агент скрылся во тьме подземелья, заклинание эльфа достигло цели. Огненный шар столкнулся с фасадом, исчез с громким всасывающим звуком. Воцарилась мёртвая тишина. Тарк вдохнул, чтобы перевести дух…

Страшной силы взрыв разнёс вход вдребезги.

* * *

– Проклятье!

Тарк в сердцах пнул ближайший валун. Тот даже не шелохнулся – обвал лишил всякой возможности выбраться. На разбор завалов уйдёт по меньшей мере полдня, а эльфы снаружи могут объявиться в любую минуту.

На полу негромко постанывает Афлоций – валуном чародею перебило руку. Маг прислонился к стене, здоровая рука баюкает изувеченную конечность, как малое дитя. Рядом суетится Хаарги – темнокожий воитель пытается соорудить шину из обломков досок. В бою от Афлоция теперь никакого проку, но с шиной он хотя бы не задержит отряд. На мгновение у Тарка мелькнула мысль оставить чародея у заваленного прохода. Глупая затея – в отряде у Афлоция есть хоть какие-то шансы, а здесь, в одиночестве, без припасов, парня ждёт верная смерть.

Размышления Тарка прервал глухой звон. Агент опустился на колени рядом с Афлоцием, приложил палец к губам. В тишине вновь раздались звуки – словно кто-то бьёт по камню металлической палкой.

Гжодрас! Старый вояка решил проведать, как поживаем!

Тарк выхватил меч и четыре раза ударил плашмя по ближайшему камню – сообщил, что все живы. С той стороны раздалось пять ударов – три быстрых, ещё два с задержкой. Гжодрас дал знать, что всё понял и будет ждать неподалёку, за пределами лагеря эльфов.

Агент тяжко вздохнул. Надеяться теперь можно только на себя да на двух бойцов: раненого мага и морского разбойника Гаапаны.

– Ты как? – Тарк положил ладонь на голову чародея.

– Жить буду, – процедил Афлоций. Парень морщится от боли, но держится молодцом. – Толку от меня теперь немного – я левша, – карие глаза выразительно уставились на перебитую левую руку. – Но кое-что сделать могу.

Чародей сделал замысловатый жест правой ладонью. Коридор осветился ровным голубоватым светом – в здоровой руке Афлоция вспыхнул огонёк.