Ultraviolence

Омари собирает последние силы, несмотря на саднящую боль, срывается к Кирану, но его перехватывает высокий альфа с татуированной шеей и удерживает на месте.

– Пожалуйста, – Омари сползает вниз, стоит альфе немного ослабить захват. Он падает на колени и смотрит так, что Каан бы пожалел, но, его самого никогда не жалели, и об этом чувстве он знает только понаслышке.

– Что угодно. Все, что захочешь, только не бордель. Умоляю, – Омари еле успевает утирать катящиеся без остановки слезы и готов даже, как пес, вцепиться в ногу Кирана. Лишь бы тот сжалился. Альфа спокойно поправляет воротник рубашки, старается не смотреть на размазанного по полу омегу и думает лишь о том, как бы уйти. Из собственного кабинета, из своего же офиса, лишь бы не слышать его голос и не видеть эти напуганные глаза.

Киран его не убил, не отрезал конечности, как он любит делать со своими жертвами, он фактически его помиловал – отдал в бордель. Тогда почему этот омега будто умирает сейчас, почему он так отчаянно ползает по полу и просит его туда не отправлять. Альфа не понимает, но решение не меняет – это не в его правилах.

– Лучше убей, – скулит омега дрожащими губами и пытается вырваться из рук, тащащего его к двери второго альфы. «Шлюха» мигает красной неоновой вывеской в голове, впивается колючими шипами в мозг, и Омари продолжает выворачиваться. Он цепляется ногами о ковер, кричит, но его не видят и не слышат. Его будто стерли за секунду из этой комнаты. Киран решил, что разговор окончен, и Омари может прямо сейчас собственноручно разорвать себя на части, альфа не отреагирует.

– Я не шлюха, – уже тихо, словно на большее его уже не хватит, шепчет Омари и продолжает повторять эти три слова одними губами, пока альфа выводит его за дверь, полностью отрезая от того, кто мог бы изменить приговор.

***

– Я позвал уборщиков, думал, кровь придется отмывать, но вы меня удивили, – Риз пристально смотрит на босса и пытается понять, что все-таки произошло в кабинете с того момента, как сюда приволокли рыжего паренька.

– У меня другой план, хочу сделать больнее и не только ему, а потом убью, – спокойно говорит Киран и убирает пистолет за пояс.

– Мне кажется, вам не придется, у паренька будто травма какая-то, он сам на себя руки наложит, – задумчиво произносит Риз.

– Нельзя этого допустить, иначе это не месть даже, – резче, чем хотелось бы, говорит Каан. – Мне надо поговорить с Сюзи, чтобы за ним пристально следили. А сейчас мне надо развлечься, я буду в Wings.

Киран идет на выход, а Риз отправляется в последний раз проверить этаж.

***

Уже выезжая из подземной парковки, Каан думает, что что-то сегодня пошло не так. Что-то он упустил. Какая-то важная деталь ускользнула, и он роется в себе, ищет, но понять пока не может.

Почему с этим омегой вечно так. Киран победил Совет, добился своего, поставил омегу на колени и заставил его пожалеть о том, что тот родился, но где это чертово удовлетворение? Где эта приятная истома, наполняющая тело после каждой победы? Почему он чувствует себя так странно, а под грудной клеткой скребутся когтистые лапы. От злости альфа несколько раз бьет по рулю ни в чем не повинного автомобиля и сильнее давит на газ.

Рыжая лиса, оставившая после себя малиновое послевкусие. Сука, как он смотрит своими этими лисьими глазами, душу выворачивает. Киран даже имени его не знает и не хочет узнавать. Лишняя информация еще больше обременит мозг, привяжет, очеловечит, в конце концов, бледное лицо с манящими губами. Кирану это не нужно. Малину он заменит самым лучшим коктейлем в клубе у Люка, смешает все запахи, создаст лучший и больше об омеге не вспомнит.

И пусть сегодня ночью формально победил Киран, но в реальности проиграл он же. Альфа себе в этом признаваться не хочет. Как именно он проиграл, пока не понятно. Просто в самую темную ночь месяца в жизни Кирана Каана что-то пошло не так.

========== Я тебя съем ==========

Дилан сводит Риза с ума. И не только своим непослушанием и постоянными побегами. Ризу самому сложно определиться с бушующими внутри чувствами к омеге. Раньше альфа думал, что к маленькому омеге у него что-то вроде отцовских чувств. С тех пор, как он знаком с Кираном, Риз приглядывал и заботился об омеге, не раз наклеивал пластыри и даже дул на разбитые коленки мальчугана, последние свои копейки тратил на шоколадки, ибо омега сладкоежка, и готов был разорвать любого (и рвал), кто обидел бы его. И если сперва все это было просто заботой о брате своего лучшего друга, то чем старше становился Дилан, тем больше Риз ловил себя на мысли, что засматривается на красивого парня, что иногда еле сдерживается, чтобы не прикоснуться, что в глубине души мечтает попробовать на вкус эти, точно пахнущие ванилью, манящие губы. Но нельзя. Все последние годы Риз борется с соблазном, пытается отогнать от себя «неправильные» мысли о Дилане, но кому он лжет – альфа проигрывает этот бой раз за разом.

Дилан Каан никогда не будет принадлежать Ризу, и дело не в том, что омега не проявляет к альфе каких-то чувств, кроме как благодарности за заботу, между ними стоит Киран. Риз слишком уважает Кирана, чтобы позариться на его брата. И потом, Киран вряд ли когда-нибудь согласится на то, чтобы его брат связал жизнь с его работником, и пусть Риз больше, чем обычный помощник и правая рука, этому не бывать. Риз не привык строить воздушные замки, поэтому продолжает давить внутри с каждым днем все сильнее разгорающиеся чувства и топит свои желания к Дилану в других омегах.

***

Риз, как и всегда, с утра проверил своих людей в Royal Group и, попросив кофе, присел в приемной, в ожидании дальнейших распоряжений от босса. Альфа только успел сделать глоток обжигающего напитка, как ему позвонил шофер Дилана и доложил, что занятия закончились уже как полчаса, а омега из здания университета так и не вышел. Риз матерится в сердцах, откладывает чашку и, встав, идет к лифту. Альфа искренне не понимает, чего Дилану не хватает. У омеги есть все, о чем только может мечтать любой человек. Но при всем при этом он вечно ходит с недовольным выражением лица и при любой возможности срывается с цепи. Лучше Ризу быстренько найти пацана и вернуть в особняк. До того, как о побеге узнает Киран. Альфа уже привык играть в эту игру в кошки-мышки: обычно омега находится где-то в кальян-барах, кофейнях, редко у своего друга. Вот и сейчас Риз заводит свой Порше Кайен и первым делом решает проверить любимую кофейню Дилана.

Дилан сбежал из университета еще со второй лекции. Омега, как минимум, три раза в неделю проворачивает этот сценарий, когда вместо уроков сидит с друзьями в каком-нибудь уютном местечке, а за несколько минут до окончания последней лекции возвращается в университет. Вот только сегодня все пошло не так. Придя с двумя другими омегами в свою любимую кальянную, Дилан обнаружил, что ее закрыли на небольшой ремонт. Так как с уроков они все равно сбежали, а возвращаться назад никакого желания нет, Дилан соглашается на предложение одного из омег пойти в недавно открывшийся кальян-бар, который чуть ли не в тройке лучших города. Бар и вправду оказывается отличным местом для проведения времени. Дилан с удовольствием выкуривает свой любимый кальян на грейпфруте, много смеется над рассказами друзей и усиленно игнорирует непрекращающиеся звонки от Риза.

Альфа омегу раздражает, чуть ли до бешенства не доводит. Цепной пес брата хуже Кирана в тысячу раз. Омега больше боится и сбегает от Риза, нежели от Кирана. Этот альфа ходит по пятам, вечно все знает и всегда находит омегу, как бы хорошо он ни спрятался. Так как время на часах показывает семь вечера, а Дилан уже должен быть дома, омега все-таки отвечает на звонок Риза и коротко говорит ему, где он. Дилан решает перед выходом сходить в уборную и поправить макияж. Вот только из-за того, что он впервые здесь, и хотя официант, куда-то махнув рукой, показал ему дорогу к уборным, Дилан все равно умудрился заблудиться. Он прошел весь узкий коридор, который ему показал официант, до конца, но в результате уперся в большую орехового цвета дверь, без каких-либо признаков того, что именно за ней уборная. Дилан все-таки решает проверить и, повернув ручку, входит. Это точно не уборная. Скорее, закрытый кабинетик для тех, кто бы не хотел светиться. В кабинете трое альф и то, что они курят, точно не кальян на табаке.

– Извините, ошибся, – говорит омега и снова тянется, к закрывшейся за спиной двери.

– Заблудился? – альфа, который сидит посередине, встает на ноги и идет к Дилану. И чем ближе подходит мужчина, тем меньше кислорода для Дилана в этой прокуренной комнате.

Омега не может оторвать от него глаз. Альфа это замечает и довольно усмехается. От него волнами исходит аура самоуверенности и силы. Альфа останавливается всего в шаге, если поднять руку, то можно его коснуться. Дилан перестает дышать, перестает втягивать в себя воздух, который до этого был пропитан запахом марихуаны, а сейчас четким запахом имбиря. У альфы очень знакомое лицо, но вспомнить не получается, так как стоило войти в эту дверь, как мозг сразу же отказался выдавать трезвую информацию. Дилан думал, что так только в кино бывает, что вот видишь человека, и дыхание спирает, и бьет мелкая дрожь. Альфа продолжает сверлить парня взглядом и, видимо, ждет ответа на свой вопрос.