Урод

Резко повернув корпус, он повернул шест, нанося удар в область правого бедра. Отражать его шестом Антраксу было неудобно. Поднимая свой шест над оружием брата, он повернулся к удару спиной, ловя шест левой пяткой и сразу направляя его вниз, одновременно стараясь ударить старшего шестом в грудь.

Дергая шест на себя, Мэдин с трудом успел поймать удар, быстро перекидывая шест через брата и пытаясь подцепить его руку.

Антракс невольно улыбнулся. Он помнил эту выходку Мэдина, зацепив оружие противника, он бил в бок, по руке, а после - по шесту, выбивая его. Уйти от этого быстрого движения можно было только отойдя назад или хотя бы убрав свое оружие, потеряв позиции. Потянув шест на себя, Антракс сделал шаг и, резко развернувшись, ударил ногой по шесту Мэдина у самой его руки.

С трудом удержав оружие в руках, старший сделал резкий выпад, надеясь задеть брата, но Антракс успел ускользнуть в сторону, выводя оружие в горизонтальную линию слева.

– Я понял! – заявил внезапно Мэдин.

Он вдруг выбросил шест и бросился на брата. Антракс едва успел отвести в сторону посох, как Мэдин бросился его обнимать.

– Ты просто гений! Отец, я женюсь!

От этого заявления обалдели все, включая младшего.

– На ком? – спросил Эеншард, мужественно сохраняя спокойствие.

– На Лен-Фень! Ты же сам сказал, что разрешишь любому из нас жениться на любой женщине в этом мире. Я хочу Лен-Фень.

– А она-то согласна? – спросил Антракс, которого Мэдин держал мертвой хваткой.

– Она еще не знает, но какая разница?

Счастливый Мэдин, хлопнул Антракса по спине и заявил.

– И ты женись, вон твоя красотка, весь бой на тебя смотрела с явным восторгом.

Он отпустил Антракса и убежал с арены.

Лилайна хотела отступить, но Эеншард поймал ее за руку, понимая, что сейчас прятать ее будет уже глупо.

Антракс выдохнул, закрыл рукой правую половину лица и посмотрел наверх. С каменным выражением лица он посмотрел сначала на Лилайну, затем на отца.

– Это было подло, - сказал он холодным тоном и быстрым шагом покинул арену следом за Мэдином, заметно хромая.

– Ну и чего он? Это же его женщина.

– В том то и дело, - шепнул Эеншард, понимая, что на самом деле происходит в голове Антракса. – Проводи ее в его комнату, а я пойду поговорю с ним.

– А мне нельзя с вами? – спросила Лилайна.

– Он сейчас зол и лучше тебе никогда не видеть его в гневе, - холодно сообщил Эеншард, уходя.

Шардар оказался молчаливым провожатым. Он ничего не спрашивал, а Лилайна не решилась заговорить с ним сама, потому тихо дошла до комнаты принца и осталась там одна. Она думала о реакции Антракса на ее присутствие, о словах Эеншарда, утверждавшего, что принца смутит ее появление, но в его лице она видела гнев и разочарование, но никак не смущение. Она понимала, что просто обязана поговорить с ним, ожидая некую неловкость. Однако Антракс появился через час с самым невозмутимым видом. Открыл дверь и обратился к ней:

– Пошли со мной.

Лилайна послушно вышла за ним, прошла до библиотеки. Он довел ее до стола, стоявшего среди стеллажей сел сам и жестом велел ей сесть напротив.

– Я надеюсь, ты понимаешь, что твое решение требует от тебя немало знаний и сил, - начал он.

Лилайна вздрогнула. Уставилась на его маску и на холодные синие глаза, которые та не скрывала. Принцесса была охвачена воспоминаниями о последнем происшествии. Ее волновал гнев, о котором говорил король, а принц внезапно заговорил о Рейне и троне. К этому она была просто не готова, в то время как Антракс холодно смотрел на нее.

– Ты смотришь на меня так, словно я говорю сейчас на непонятном тебе языке, - произнес он. – Что не так?

– Я просто ожидала, что мы поговорим о другом, - призналась Лилайна, опуская глаза.

– Да, нам действительно нужно еще решить какую именно комнату ты займешь, - холодно согласился Антракс. – Я заявил, что ты моя невеста, но это только для того, чтобы у тебя был иной статус при дворе, и ни к чему тебя не обязывает. В твоей прежней комнате сейчас поставили мебель на манер Рейна, и я думаю, что тебе стоит перебраться туда, вроде на этом все. Теперь можно я перейду к делу?

У Лилайны сжалось сердце. Она была уверена, что останется в комнате Антракса. Хотя не очень понимала причину своей уверенности, как и не смогла бы внятно объяснить своего желания остаться с ним в одной комнате, спать с ним в одной постели и вообще узнать его как можно лучше.

– Ты злишься? – спросила она с большим трудом, не понимая, почему он так холоден.

– Нет, почему ты так решила?

– Твой отец сказал, что ты будешь злиться.

– На него я зол, но не на тебя и обсуждать это я не хочу.

– Почему? Что такого я увидела? – спросила она, ловя его руку, лежавшую на столе.

– Я не хочу об этом говорить, - только и ответил Антракс, освобождая руку.

Лилайна отчаянно выдохнула.

– Сними маску, пожалуйста, - прошептала она, чувствуя, как наворачиваются слезы.

– Прости, но не сейчас.

– Но почему? Ты был прекрасен в бою. Ты сам хоть это понимаешь? Почему мне нельзя было это видеть? Или ты боишься, что я могла увидеть твое лицо? Я не видела его, но почему его нельзя видеть? Ты думаешь, я отвернусь от тебя?

Антракс молчал. Ему очень хотелось сказать сейчас что-то колючее, заявить, что женщина не имеет право ему указывать, но с трудом сделав глубокий вдох, он произнес:

– Я не могу сейчас об этом говорить, поэтому дай я скажу то, что я должен сейчас тебе сказать.

Лилайна выдохнула, чуть не плача.

– Если ты не можешь сейчас думать о делах, то мы можем отложить этот разговор совсем, - так же спокойно сказал Антракс.

– Говори уже, - выдохнула она.

– Спасибо.

Антракс встал, подошел к стеллажу и стал отбирать книги.

– Мы переговорили с графом перед его отъездом. Твое решение, конечно, благородно и я думаю, он в тайне о нем мечтал, но ты очень многого просто не знаешь и не умеешь.

Он водрузил на стол стопку из десятка книг разного размера.

– И мой тебе совет, если ты, правда, хочешь спасать свою страну, то не забивай себе голову всякой чушью, сосредоточься на главном, а главное сейчас вот это.

Он указал на книги.

– А не это.

Он повернул кисть, указывая ни то на свое лицо, ни то на маску его скрывающую.