Ussr

И теперь непонятно - ночь это или день. Илми энергетическая метель. Мы остановились, чтобы пересчитать друг друга. Бензина еще много. Мы не проехали далеко. Звезды - словно грозди, словно там их растят.

– А я все равно считаю, что я такой, какой я есть, - сказал Сачик.

– А какой ты еще можешь быть?
– осведомился Дро.

– В натуре. Да.

– Нет, ты говори.

– В душе, знаешь, слышь, поднимается что-то. Мне не страшно. Мне нормально. Вон смотри, Цмыкало свою жизнь пересмотрел. А я нет, я не буду.

– И что с того?
– зевнул Клинских.

– Я не прикалываюсь, - сказал Сачик.

– Многое не важно.

– А я тоже пересмотрел, - проговорил Днепров, - я согласен ехать с вами.

– Куда?
– спросил я.

– Куда возьмёте. А тут что делать? Ара, я смотрю, уже давно с вами работает. Да мне деньги и не нужны. Что с ними делать? Я не голодный. И шмотка есть. А в бабах я разочаровался. А вообще, что у вас там со шмоткой?

– Любая, - сказал я.

– А штатовская есть?

– Есть.

– А рестораны?

– Полно.

– Нет, по натуре, можно хоть одним глазком взглянуть?

– Сейчас ответа нет, - сказал Клинских, - вас приняли типа в комсомол по типу - принятие перед последним боем. Нет, не обижайся, друг. Влас умный, он нас сюда завёл, он и выведет. А я понял теперь, чего он так приклеелся к Наде, или Надя к нему. Потому что у них что-то общее. Черт, я сам себя за язык дернул. Влас тоже утонул. Только на тот момент, когда они познакомились, он еще не утонул. И вот, их и потянуло друг к другу.

– Это меня не трогает, - сказал я.

– Я тоже просто так треплюсь.

– Ты уменьшаешься.

– А я хочу здесь остаться, - проговорил Ованес.

– Прямо здесь?

– Нет, дома. Не надо мне берегов заморских. Дома у меня жена и дети. А вот этот сюка ножик хотел в меня всадить.

– А чо плачешь?
– осведомился Сачик.
– Где товар?

– Я не плачу.

– А товар?

– Забудь про товар, - сказал я, - не гори по мелочи. И не маши ножом. Иначе попадёшь в концлагерь.

– Сосны лобзиком пилить, начальник?

Я промолчал. Мы все еще сидели на сидениях, глядя на то, как шипит опускающийся от звезд газ. И там, наверное, на многих планетах, структура жизни была сложно и непонятна - еще более трудная для ума. Темнота так и не наступала - видимо, она вообще не клеилась к местному ландшафту. И потому была ширь. Да, такой шири больше нигде нет. Но это и понятно. Мы стояли, быть может, в километрах двух от странного города. Ничего не менялось. Я не знал, чего именно ждать.

79. ССССР

И мы выбрались? Но куда? Мы ехали по неширокому шоссе среди мелколесья, потом нам встретился посёлок Дачное. Был день. Надо отметить, припомнить, то есть, что покидали мы Воронеж в девятом часу. Возле Дачного всё вроде бы было как надо. Но я не решился идти к киоску, будучи в сомнениях. И верно - дай я продавщице пятак, где красовалась на одну "С" меньше, не знаю, что бы было. Впрочем, как бы она вызвала милицию? Телефона в киоске нет. Все люди на работе. Конечно, на улице виднеется пара бухариков, но и те, скорее всего, тоже на работе - где-нибудь рядом находится овощной магазин, где надо пару раз в день что-то погрузить. А в остальное время они шатаются. Пойти, конечно же, особенно некуда. Потому что.... Нет, это не СССР, лучший мир. Нет. Я подошёл к стенду с газетами, и стало ясно: мы - в ССССР.

– Ну чо делать, шеф?
– спросил Сачик.

– Надо думать быстро, - сказал я, - бензин у нас еще есть. Если у нас проблемы с заправкой, то мы можем попытаться доехать на том, что у нас есть.

– Надо ехать, - согласился Дро.

– А я бы пожрал, - проговорил Клинских.

Да, надо вот еще что сказать - он, кот наш, стал теперь нормальным. Всё говорило о том, что мы находимся на верном пути. Что касается всего остального, то тут был день. Там, у нас, в СССР - ночь. Я слышал, что существует теория о рсположении миров относительно друг друга - что это вовсе не одна планета. Просто расширенная система транспортных потоков делает всякое перемещение прозрачным. Ибо глазами человека космос огромен, но со стороны, быть он может - это маленькая субстанция, заключенная в какую-нибудь колбу. Точно так же и мир молекул меньше и незначительней. Одна частичка расположена на одном полушарии, другая - на другом. Это далеко. Но никто не мешает передать их через сеть, при чем, методом переноса - то есть, когда другие частицы наследуют свойства той, первой. В общем, это запутанно. Допустим, я решил перейти в пункт А, в ССССР. Это не я. Это нечто, которое приняло свойства меня, но оно и возвращает информацию об этом назад. Таким образом, никто и не разберет, я это или не я, так как не меняется общая картина ощущений. Словом, это тема большая, и я её не разбирал. Тут больше философии, больше абсурда.

Мы ехали еще дальше, и там, через подъем и спуск, был какой-то посёлок, на въезде не было указателей. Там мы вышли. Сачик пошёл в магазин и попросил там булочек, пообещав продавщице - "милая, я скоро приду, и мы пойдем с тобой в кино". Отсюда было понятно, что ССССР чем-то напоминает СССР, потому что попади ты, например, в капиталистически-олигархическую Россию более позднего периода, там тебе хрен с маслом дадут, а не булочки. Ну ничего, я думаю, она потом их спишет, продавщица.

Мы вошли в магазин "Культтовары", там продавали много всякой всячины, в том числе и телевизоры. По одному из них (включенному) выступал Брежнев.

– Ох ты, - прокомментировал Дро.

– Чего ты?
– не понял Ованес.

– Брежнев.

– Мы дома, что ли?

– Нет, не дома. Возможно, у него другая фамилия. Например, Брежный, или что-то около того. Это - принцип отражений.

– Как это?

– Лучше пойдем, - сказал я, - а то вдруг они свалят.

– Они не свалят, - проговорил Дро, - как ты думаешь? Они же видели, что мы не дома. Что их тут ждёт?

– Сачик себя нашел, сука, - сказал Ованес.

– Не грусти, - ответил я, - главное то, что впереди. Я знаю, ты не знаешь.

– Почему?

– Увидишь.

Да, здесь всё было почти так же. Оставалось что-то. Я не знаю, что. Не все вещи возможно изучить, так как нельзя преподавать всю вселенную - человек ничтожен по сравнению с ней. Если ты имеешь в себе свойство быстро впитывать и делать хотя бы приблизительные выводы, то ты отчасти свободен. Но не всё так просто. Мизия мог прятаться и в ССССР. Разве не нашли бы мы его здесь? Стоило лишь иначе готовиться. Вот поэтому и жизнь надо ценить. Ты - важная деталь. Ды стоишь очень дорого. Вообще. Дело не в деньгах, палочках, монетах, в баллах. Ерунда это. Чем выше человек, тем ощутимее уровень абстракции.

– Домом пахнет, - сказал Днепров.

– Правильно, - ответил я.

– Едем?

– По приезду не разбегаемся, - сказал я, - Сачик, сразу начинаем получать задание. Понял? Ты назначаешься командиров группы. Ованес будет дежурным связным. Так что не будете лично пересекаться. Получаете оружие, аванс, не вздумайте валить, у нас тех, кто сбегает, ликвидируют. Чего бы это ни стоило. Даже если ты улетишь на Солнце. И там найдут, и выпустят кишки.

– Я понял, шеф, - сказал Сачик, - а какой аванс?