Вдова

Праздновали с размахом — в порту проводились состязания гребцов, корабли украшались флагами и вымелами принадлежавшие пятью древним родам. Улочки были украшены флажками и живыми цветами под магической пыльцой, которая прзволяла цветам оставаться дольше свежими и живыми. В городе шли гуляния, а под вечер над морем устраивался салют.

Элен и Ронан намеривались после посещения отдела приграничной безопасности посмотрететь на вечерний салют. Но планы, как правило имеют привычку меняться.

До ратуши их подбросил наемный кеб, так как после дел Ронан хотел показать Элен праздник, он сомневался, что она за всю свою жизнь она видела хоть что-то подобное.

Всю дорогу Элен ощущала какое-то напряжение в нутри себя. Что-то упорно не давало ей расслабиться и почувствовать себя счастливой хоть на гран. И это что-то было не прошлым и не настоящим, а чем-то более зловешим и загадочным.

В ратуше их встретила миловидная госпожа секретарь и кокетливо улыбнувшись герцогу, быстро проводила их к архиву.

Ронан уже успел где-то достать доступ с королевскрй печатью.

— Вот милорд, здесь все данные о тех, кто пересекал границу за последние три недели. — Прощебетала девушка, не стечняясь при этом стрелять своими синими глазками в герцога Роури.

— Спасибо, дальше мы сами! — Гневно сверкнув глазами в сторону настырной девицы, проговорила Элен.

— Да миледи. — Скрывая усмешку присела в реверансе девушка.

Элен только закатила глаза и достала первую папку из стопки. Ронан уже просматривал третью, пока Элен заканчивала с первой.

— Я не понимаю что мы ищем? — Начиная злиться проговорила она.

— Все, что может показаться необычным. — Задумчиво произнес Ронан. — Вот это похоже на зацепку. — Он протянул папку Элен и та быстро пробежала по ней глазами.

— Думаю нужно найти все похожие случаи. — С азартом проговорила Элен откладывая драгоценную папку в сторону.

В папке были данные о мелком бане под именем Иман Оглы и он вез в свой дом новую кухарку из Дотрийско герцогства. Кухарка, которой на вид не более пятнадцати, при этом и слова вымолвить не смогла, лишь хлопала глазами и кивала. Что означало только одно — магия. Либо ментальное вмешательство, либо зелье подчинение, что вероятнее всего.

Через два часа упорных поисков Ронан нашел еще четыре подозрительных случая вывоза на территорию Вакхании молодых маронских девушек. Это были и флейтистки и компаньенки и вышивальщицы. В общем придраться было не к чему, документы грамотно обделаны и даже подписи самих девушек присутствовали, что те по доброй воле едут в услужение к вакханцам, чего собственно почти не случалось. Подозрительным было только то, что девушки как одна молчали. А это наталкивало на ряд нехороших мыслей.

На улице было тепло и народ потоком лился к порту чтобы посмотреть на салют.

Элен опёрлась на предложенную руку мужа, и они не спеша тронулись по улице в направлении к портовой площади. Если быть честной, Элен была рада прогулке. От пыльных папок и тяжелых мыслей голова шла кругом и глоток свежего воздуха был как нельзя кстати.

На портовой площади толпился празднично одетый народ. У помоста, где бесплатно разливали красное вино творилось что-то несусветное. С другого конца площади, от балаганного шатра, доносились взрывы хохота. Элен любила кукольный театр и не отказалась бы посмотреть, как мельникова дочка обдурила короля, приехав к нему в гости в рыбачьей сети на козле верхом. Не важно, что наяву представить себе такое было затруднительно, но в сказке это смотрелось очень и очень забавно.

Пока пробирались к лучшим местам, Элен рассказала Ронану о том, как жила в Билморт-Холле и как ортачилась, чтобы не ехать на помолвку в королевский дворец. Со своими замечаниями по этому поводу. Ронан фыркнул и улыбнулся.

— Мне изначально показалось, что с тобой будут проблемы. — Покосилась на него Элен и добавила: — И не зря!

Он снова фыркнул.

Увы, на мельникову дочку поглядеть не удалось.

— Пошли, скоро начнется салют, — Проговорил улыбась Ронан и проталкиваясь вперёд он потянул Элен за собой прочь из толпы. — Зря мы сюда влезли…

Элен двинулась следом, крутя головой. Странно, поначалу ей казалось, что вокруг было много женщин, а сейчас вокруг стеной стояли одни мужчины. Она ускорила шаг, спеша за мужем, продолжая смеяться, и совсем не была готова к тому, что случится. Элен сильно толкнули в спину, а потом что-то ударило по голове. Чувствуя, как подгибаются ноги и темнеет в глазах, попыталась крикнуть, предупредить Ронана — но не успела. Мелькнула, опускаясь на голову мужа, волосатая ручища с зажатым в кулаке кнутом а потом всё исчезло.

????

Эфенди* — вторая, третья и т. д. жена без право на наследников, а по сути узаконенная наложница.

Баш-кадым* — старшая жена имеющая все привелегии, вплоть до телесных наказаний.

Икбал* — гаремная рабыня. Но ее статус может измениться от желания хозяина.

Глава 8: Действия и их последствия

Последним, что почувствовала Элен, были подхватившие ее неласковые руки.

— Что делать с женщиной? — Раздалось над головой Элен. Говоривший был явно из другой страны, так как говорил с ужасным акцентом, отвратительно каверкая слова

— Свяжи покрепче! — Крикнул другой, совершенно чисто. — Она еще пригодиться. Чахран сказал, за такую можно вдвое больше выручить. Внутри у Элен все похолодело. Неужели и она угодила в лапы к похитителям? Но додумать ей не дал все тот же противный, голос каверкающий слова.

— Руки за спиной я ей связал. Кляп в рот запихнул. А ноги тоже? Давай просто верёвку к решетке в стене прицеплю, пусть сидит — куда она денется до утра?

— Чего маешься, жалеешь что ли? — Послышалась сталь в голосе второго похитителя. — Всё равно она тебе не светит, ее отдадут одному из ачи, если дар найдут, а нет — свезут на невольничий рынок. Она только и нужна, чтобы этому хмырю язык развязать.

– Аргуз, хочешь, сам ей ноги связывай. Говорю — к стене я её привязал.

— Ноешь и ноешь… — Бас говорящего звучал недовольно. — Ладно, герцога связали, дверь и слону не вышибить, пошли праздновать. А утром вернётся Чахран, пусть сам разбирается. Мы своё дело сделали.

Хлопнула закрывшаяся дверь.

Элен молча терпела боль в вывернутых плечах и молчала. Главное она была предупреждена и теперь точно не оплашает, главное не спешить. Только темно так, что хоть глаз выколи… Вот бы знать где Ронан? " — Если сказали, что я нужна, чтобы развязать ему язык, значит, жив. Но где?" — Думала Элен пытаясь выплюнуть кляп.