Веха

Матрёна нас не будила, да и вообще молчала, чтобы нас не стали тормошить родные.

У Галины Ивановны уже тоже никого не было, кроме девочек, за которыми она и приглядывала. Она тоже нам очень обрадовалась, исцеловала всю Аню и меня.

Имя Галя за день произносилось раз сто не меньше, и я снова несколько раз Аню назвал Галей, отчего она только засмеялась, и сказала. – Милый! Да мне тоже нравится, когда ты меня называешь Галей, так что не переживай!

Сказала она это, когда мы все вместе, к этому времени появились Сашка с Марией, сидели за столом у Галины Ивановны, куда пришла и Матрёна со своими угощениями. Все поздравляли нас с женитьбой, радостно разговаривая за столом.

В этот момент к нам и зашёл наш Василий. После того, как у него закончилась эпопея с НКВД, Вячеслав уехал домой по другой дороге, а Василий решил заглянуть к Александру, чтобы перевести дух, да собраться с мыслями, и попал на наше торжество.

– Опять ты, Пашка, без меня веселишься! И по какому поводу? – выпалил он сходу, едва зайдя в дом.

Мы все кинулись к нему, и потащили к столу, Галина Ивановна стала наливать ему борщ, освободив для него место рядом с собой.

Вася хоть и улыбался, но выглядел похудевшим, и каким-то уставшим, на что мы не очень-то обратили внимание.

Пришлось достать ещё одну бутылку водки к той, которую мы достали к обеду, да остатку из ночного ужина, который принесла с собой тётка Матрёна.

Отпраздновали, нашу с Аней женитьбу, шумно и весело. Лишь после того, как вышли во двор покурить, Вася и поведал нам свои приключения, которые я и описал в предыдущей части. Курил, правда, один Василий, а мы с Александром как-то не втянулись в эту заразу, чему были рады несказанно.

Рассказывал он сумбурно, но долго, выплёскивая нам свои переживания от всего того, что с ним произошло за эти две недели.

– Всё, братки! – промолвил он в заключении. – Отпрыгался я окончательно, партийный билет забрали, с работы выпроводили, и если бы не Николай Позан, то уже может быть и расстреляли бы! Ну, ничего, буду работать в колхозе! Не пропадём!

Потом он спохватился, и направился на улицу, где и привязал своего коня, забыв даже попоить, да покормить его.

– Вот дурень! – донеслось оттуда. – Забыл своего Орлика попоить! Как привязал его к столбу, так и стоит, бедолага!

Сашка тут же вынес ведро с водой, вылили её в большую кадку, после чего подвели коня к ней. Потом он побежал в сарай и вынес оттуда полведра овса, поставив ведро возле лошади.

– Слушайте! А как вы будете до Малышевки добираться? – вдруг спросил Вася, глянув на меня. – Я же верхом!

– Ничего страшного! – вклинился в разговор Саша, не дав мне даже ответить. – У нас в школе есть повозка, и неплохая, вы её у нас возьмёте, а потом, когда будете возвращаться, привезёте назад.

– Да! Хитрец! – засмеялся Вася. – Видно мне их придётся и везти обратно сюда! Ну, ничего, братуха! Как я всё-таки рад вас всех видеть, братки! – снова воскликнул он, и принялся нас душить.

Недолго думая, мы втроём, забрали Васиного Орлика, и пошли в школу Александру за повозкой, чтобы завтра с утра не суетиться и не тратить понапрасну время. Солнце уже спускалось к горизонту, поэтому Саша нас подгонял.

– Надо дотемна успеть, а то ещё подумают, что директор повозку ворует со школы! – произнёс он на полном серьёзе. – Ты мне там напишешь расписку, что в течение десяти дней обязуешься возвратить повозку обратно, а то чем чёрт не шутит! Сейчас откуда угодно может беда прийти! Вон у нас у троих учеников родителей забрали, их хотели выгнать из школы, даже Роно подключалось, но я отвоевал детей, сказав, что дети не в ответе за родителей! Так что и у меня врагов достаточно, но я стараюсь им противостоять, хотя, если честно, то и боязно иногда! Что тогда Маруся будет делать с двумя девочками!

– Во-во! – воскликнул Вася. – Я тоже так думал, сидя у Славы! Одну девочку ещё куда ни шло, но после появления Надюши, да с животиком на третьего, это уже перебор! Да! Конечно, родители не бросят, но всё равно, каково ей самой-то было бы! Кошмар! Я когда начинал думать об этом, то хоть в петлю лезь!

– Да! – согласился Саша, вышагивая впереди нас к школе. – Надо будет зайти к Николаю, да хоть пару бутылок водки ему принести!

– Ну, это понятно! Я буду Павлушу с молодухой подвозить, и ему чего-нибудь подкину! Четверть самогона первачка подкину! – улыбнувшись, отозвался Вася.

Я как-то не встревал в их разговор, всё-таки они были старше меня, и, естественно, более опытнее. Сашка на шесть лет, а Василий так вообще на одиннадцать лет старше меня. И тот и тот были коммунистами, хотя Василия уже исключили, и посему было заметно, что его это обстоятельство сильно угнетало. Но всё равно, в данной ситуации, это был выход из создавшегося положения, как говорили, с малой кровью. Я вспомнил разговор отца с Василием, когда он ему говорил, что тебе ещё припомнят женитьбу на дочери кулака, так оно и вышло.

Забрав повозку, довольно-таки неплохую, я стал запрягать Орлика, а Саша увёл Василя к себе в кабинет, и вернулись оттуда тогда, когда я уже выехал со школьного двора, а сторож, дед со смешной бородкой, закрыл за мной ворота.

– Ну, что Митрич! – произнёс Сашка. – Мы поехали, а если кто будет спрашивать, так и говори, что повозку забрал директор! Понял?

– Хорошо, Харитонович! – произнёс Митрич, и помахал нам вслед.

– Вот жизнь! – в сердцах кинул Саша, едва мы отъехали от школы. – Что ни сделал и оглядывайся, чтобы тебя не зацепили и не потащили, да или просто не стали задавать вопросы!

Чуть помолчав, он, вдруг, сказал. – Да! Ты представляешь, Вася, чтобы было с нами, если бы тебя тогда зацепили, как врага народа? Да нас бы всех перешерстили, и меня погнали бы не только из директоров, но и детей бы обучать запретили! Это факт! Хорошо, что всё так обошлось! А ты говоришь, зачем идти к Николаю с водкой!

Так, перебрасываясь фразами, мы незаметно приехали к дому Галины Ивановны, где Василий и решил заночевать, а я, забрав Аннушку, вместе с Матрёной, отправились к ней, так как время уже подходило к десяти вечера, и на улице уже давно наступила ночь.

Попив с ней чай с пышками, которые она напекла, мы уединились в своей комнате и, раздевшись, юркнули в холодную постель. Анюта прижалась ко мне своим хрупким тельцем, и замурлыкала мне под ухо. Я нежно обнял её, и мы провалились с ней страну любви.

Разбудила нас Матрёна, постучав в дверь. Она сказала, что пришёл Вася и собирается ехать. За окном уже было светло, и значит, что наступил день, а мы планировали выехать с рассветом.

– Да не хотел вас, голубков, будить! – произнёс Вася, когда мы с Аней прибежали к Галине Ивановне, собрав все свои вещи. – Ничего, к обеду домчим! У меня Орлик шустрый малый! Дома-то меня заждались, а про вас и духом-то не ведают! Вот и прикатим со сплошными сюрпризами!