Veritas

— Захочет, — заверила Люция и сжала ладонь в кулак. Решительно взглянула на льва. — Просто подготовьте доказательства. Какие есть. И ждите официального письма из замка.

— Да как же они узнают?! — удивился Гор.

— У вас есть надёжный посланник, — весело подмигнула фарси.

Глава 19. Львица

Тронный зал в тёмных тонах исчерчен резкими, острыми, как зубья, тенями.

Факелы трепещут на ветру.

Вой.

Вьюги и чудовища.

Черная тварь крадётся из-за колонны.

Горящие глаза цвета крови на плитках пола.

Разруха.

Магия щекочет нёбо.

Ужас сдавливает кишки.

Острая боль в плече.

Крик рвётся из горла.

Пантера скалится в багровой улыбке, тает в тенях.

Левая рука дрожит, лезвие кинжала звенит, зубы стучат.

— Явись! — яростно кричит Люция.

Черный комок когтей и кровожадной злобы бросается на неё.

Мизерикорд падает со звоном.

Вопль захлебывается в сдавленной зубами глотке.

Люция с силой тряхнула головой, прогоняя ночное ведение. Предостережение. Страх. Сейчас не до этого, ей нужно сосредоточиться.

Полдень. Толпа звероголовых терринов гудела возле входа в оазис — тропический островок посреди бесплодного песчаного океана. Они добирались сюда несколько часов на повозках, запряжённых верблюдами.

И хотя прошлой ночью Люция освежилась и поспала, после повторяющихся кошмаров и утомительного пути по нарастающей жаре чувствовала себя ужасно. Навалилась усталость прошлых дней, сказалось бесконечное напряжение и страх «не успеть» спасти Далеона. Теперь ещё и сны.

То и дело фантомные боли дёргали левую руку, бесконечно ныли шрамы, а в глаза, точно песка насыпали.

Ужасно. В таком состоянии у неё ещё меньше шансов против Баст, но ничего поделать Люц не могла.

Как и сдаться.

Ни за что.

Она никому не отдаст своего короля.

Люция смахнула со лба горячий пот и крепче сжала рукоятку мизерикорда на поясе брюк — единственного послабления, которое ей позволили звероморфы. Ведь у них для защиты и атаки были когти и вторая ипостась, у фарси — ничего.

— Твоя задача, — напомнил девушке Вожак, пока она пристально всматривалась в тропическую рощу, — набрать воды из Священного Озера в центре оазиса, принести сюда до захода солнца и напоить своего избранника. Как ты это сделаешь не важно. Испытание на скорость и смекалку, но драки между самками обычно неизбежны. Я бы посоветовал тебе избегать Баст, взять воду и без оглядки бежать обратно, — очень тихо добавил он. — Не вступай в бой, девочка, тебе не победить «зубочисткой» львицу. Она просто порвёт тебя.

— Учту ваш совет, Альфа, — мрачно покосилась на него Люция и сжала-разжала кулак на прохладном эфесе клинка. Стиснула челюсти. — Но если придётся, я не стану сдерживаться и спущу с неё шкуру. Она узнает, чем прославился мой клан. Не обессудьте.

Он печально улыбнулся уголками рта и отошел в сторонку.

— Начинаем по сигналу! — объявил толпе Вожак. — Участницы состязания отправиться к озеру с разных сторон…

Люц выхватила в толпе знакомую тёмную макушку и встретилась с распахнутыми синими очами полными надежды и тревоги. Спесивый, упрямый и насмешливый король переживал за неё, хотя ещё недавно ненавидел и всячески портил жизнь?

Так странно. Непривычно.

Приятно.

В груди отчего-то разлилось тепло.

Грубый толчок в плечо заставил её очнуться и пошатнуться.

— Приготовься сдохнуть, чужачка! — прошипела ей в лицо Баст и двинулась к своему старту.

Люц цыкнула и потёрла травму. Хуже всего, что она пришлась на больную руку и теперь та мелко дрожала.

— Гадство!

Это состязание точно не будет лёгким.

Затрубил рог.

— Беги, — донёс ветер насмешливый голос Гора.

И она побежала, что есть мочи. Игнорирую песок, в котором вязли сапоги, беспощадное солнце, слепящее глаза, и непослушный локон, выбившийся на лоб из высокого хвоста.

Её дыхание быстро сбилось, чистую льняную тунику пропитал пот, ноги устали. Благо пустыня вскоре кончилась: почва стала твёрже, тени пальм упали на лицо, воздух наполнился влагой.

Люция вошла в тропический лес.

Фарси сбавила темп и теперь бежала рысцой, зорко глядя под ноги и по сторонам. Она никогда не бывала в тропиках, новый опыт восхищал и опьянял, но девушка не позволяла себе расслабляться. Опасность могла подстерегать под любым кустом, корягой, пальмой или деревом. На неё могла напасть Баст, ядовитая змея или любой другой дикий зверь.

В теории, из уроков географии, Люция знала, какая живность обитает в округе, и запрещала себе очаровываться. Потеря бдительности может стоить ей жизни, и тогда уже ничто не вызволит Далеона из лап звероморфов.

Никто в Ригеле никогда не узнает, что он застрял тут. Они даже в самом бредовом сне не представят, что Ванитас стал частью племени своих естественных врагов. Женился на звероморфе. Львице!

В горле Люции зародился рык, и она крепче стиснула зубы.

Нет. Она не позволит какой-то драной кошке наложить на него свои лапы. Она не умрёт сегодня! Не проиграет!

Спустя почти час или вечность воздух стал заметно прохладнее и тяжелее. Он испариной оседал на чуть загорелой коже, заставлял волосы виться ещё сильнее и дарил лёгкое успокоение разгорячённому жарой и бегом телу.

Люция взобралась по торчащим из влажной земли корням и лианам на небольшой пригорок, раздвинула крупные листья куста и застыла в благоговении.

Прямо перед ней раскинулось огромное бирюзовое озеро с чистейшей водой. Его ребристая гладь искрилась в лучах солнца, как грани бриллианта, и подрагивала на легком ветру.

От пекла в глазах мутилось, и Люция едва сдержалась, чтоб не кинуться в воду с разбега. Только остатки здравомыслия и врождённая осторожность удержали её на месте.

В озере могли водиться хищные рыбы, звери, змеи, чудовища. Да что угодно! Кидается в него без оглядки равносильно самоубийству. Что говорить о возможных подводных скалах и течениях, которые могли быть для неё не менее смертельными.

Однако… она достигла точки назначения. Видимо. Вода здесь должна быть питьевая, чистая, раз её конечная цель — «напоить суженого». И Люция может немножко опустить барьеры и сама напиться.