«Волос ангела»

В ответ грохнул выстрел. Пуля срезала ветку растущего в стороне дерева. Неизвестный побежал.

"Врешь, не уйти тебе! – Генка прицелился и выстрелил в ответ. – Далеко, черт бы его совсем! Не попал".

Неизвестный запетлял между деревьев старого сада. Глухо стукнул пистолет Генералова. Еще раз. Мимо!

– Скорее! За ним!

Они побежали, стремясь прижать бандита к реке. Расстояние начало сокращаться. Неизвестный остановился и, обернувшись, с двух рук выстрелил несколько раз подряд. Генка едва успел отпрянуть за толстый корявый ствол большой липы. Заметил, как Генералов охнул и схватился за плечо.

– Что? – обернулся к нему разгоряченный Шкура-тов. – Зацепило? Давай к Психу, а я за этим…

Бандит, осклизаясь на мокрой траве, спешил оторваться от погони. Обернувшись, выстрелил еще раз.

Геннадий ответил тремя выстрелами. Целил в ноги. Желание взять неизвестного бандита живьем было очень сильным. Да и надо! Продырявить ему голову Шкуратов теперь мог быстро, расстояние сократилось, но что потом узнаешь от человека с простреленным насквозь черепом?

Внезапно неизвестный спрыгнул с косогора, на котором раскинулся сад, выходящий к реке, покатился кубарем вниз. Подбежав к краю обрыва, Гена увидел, что внизу, недалеко от моста, стоит извозчичья коляска. Какой-то мужчина – не разглядеть издали лица – тащил к ней барахтавшего в воздухе руками и ногами мальчишку, крепко ухватив его поперек туловища.

Выстрелить? Можно парнишку задеть.

Бандит внизу резво вскочил на ноги, выстрелил еще раз, целясь по хорошо видной на фоне белой монастырской стены фигуре Шкуратова, и шустро припустил к коляске. Сидевший на козлах кучер уже раскрутил над головой длинный кнут.

Прыгнуть с косогора следом за бандитом? Нет, не успеешь догнать. Неужели уйдет? И тут решение пришло само собой.

Припав на колено, милиционер тщательно прицелился в коня, но кучер уже ударил кнутом, жеребец рванул. Пуля вышибла искру из булыжника на том месте, где он только что стоял, и с визгом ушла вверх.

Бандит бегом догнал коляску, ухватился за край. Ему помогли влезть. Кучер нахлестывал коня. Тот припустил рысью.

Шкуратов плюнул в сердцах и отер выступивший на лбу пот.

– Все равно возьму! – поклялся он сам себе. – Найду и возьму зверюгу!..

Когда Геннадий вышел к месту быстротечной трагедии, Генералов сидел на земле рядом с телом Психа. Он уже успел перетянуть себе простреленное предплечье оторванным от нижней рубахи лоскутом.

Не выпуская из рук нагана, Гена наклонился к телу, взял за запястье вялую, начинающую холодеть безжизненную руку, пытаясь нащупать пульс.

– Готов… – морщась от боли, сказал Генералов. – В сердце он его.

Шкуратов выпрямился, огляделся.

– Ну чего? Ты тогда побудь здесь, а я пойду поищу телефон. Надо своим позвонить. Вон как они, дела-то, поворачиваются…

Часть третья

Пожилой доктор быстро закрыл собранный саквояж.

– Я готов.

– Тогда пошли, – скомандовал Греков, открывая дверь.

Вышли к подъезду, где их ждал Саша Жуков.

– Что случилось? Куда едем? – прилаживаясь к размашистому шагу Федора, поинтересовался он.

– К Крестьянской заставе. Опередили нас они. Психа убили.

– Дела… – помрачнел Саша. – Думаешь, они? Именно они?

– Думаю! – раздраженно ответил Греков. – Думаю, целая банда их работает. Либо засекли наблюдение за ним, либо концы начали рубить. Эй, друг, – обратился он к извозчику, стоявшему недалеко от подъезда, – ты, что ли, сегодня в наряде на разъезды?

Транспорта не хватало, и для разъездов, по согласованию с городскими властями, часто наряжали извозчиков. Сегодня выпала очередь возить милиционеров Алексею Метляеву. Он нахохлившись сидел на козлах, погруженный в свои мысли. Услышав оклик, не спеша оглянулся.

Около коляски стояли трое. Сухощавый мужчина в гимнастерке и кожаной куртке, пожилой, интеллигентного вида гражданин в темном костюме, с докторским саквояжем в руках, и молодой вихрастый парень.

Быстро уселись.

– Гони к Новоспасскому монастырю… – велел Греков.

"Гони… – неприязненно подумал Алексей. – Кобылу вы, что ли, кормите? Вам только гони, и все дела. А я, может, за сегодняшний день такой деньги лишаюсь".

Он причмокнул губами, легонько хлестнул кобыленку кнутом. Мерно зацокали по булыжнику подковы. Не оборачиваясь, Метляев из любопытства прислушивался к разговору седоков.

– Читали? – разворачивая газету, спросил молодой. – Укрепим наш воздушный флот, построим эскадрилью самолетов «Ультиматум». Общество друзей воздушного флота создается. Вот куда подамся, когда с преступностью покончим, – в летчики. Раньше говорили: пролетарий, на коня; а теперь скажут: пролетарий, на самолет! А что, хорошее дело, как думаете?

– Наш ответ Керзону, – откликнулся тот, что в кожаной куртке. – Люди добровольно деньги дают на постройку самолетов и призывают других оказать помощь.

– Построим, утрется лорд! – засмеялся молодой. – Он что же, думал, если республика ослаблена боями и последствиями голода, так и свое диктовать можно? Нет уж… И правильно эту шпионку арестовали, Гардинг… А кто он вообще, этот Керзон?

– Лорд, министр английский.

– Это я и сам знаю, а вообще? Кто таков?

– Лорд Керзон оф Кельдстон раньше был вице-королем Индии, – пояснил доктор.

– Поди ж ты, вице-король! – удивился Жуков, – а «вице» что значит?

– Это вроде заместителя, вернее сказать – бывший! – с улыбкой ответил Греков.

– Ага, вот он и бесится, оттого что бывший! Скоро все они, эти короли, будут «вице», бывшие.

– Еще не скоро, – вздохнул доктор. – Мне, по крайней мере, этого явно не дождаться.

– Ну, так-то, положим, зря думать, – не согласился Жуков. – Верить надо в победу мировой революции. В Венгрии народ поднимался, в Германии? И еще поднимутся, дайте срок.

– Я-то дам… – снова вздохнул доктор.

"Мне бы ваши заботы, про королей да лордов, – подумал Метляев-младший. – Мировые проблемы решают, думают себе самолеты строить, а у самих нету ни хрена. Небось, на деньги-то, что им на службе заплатют, и сапог хороших не купить? А пристрелить шпана вполне свободно может. И охота таким делом заниматься? Раньше, бывалоча, чиновники из сыскного свои выезды имели, а эти даже по службе извозчиков гоняют… Странные люди, в какие-то летчики мечтают…"