Вой
Шрифт:
Я сделал шаг за ним…
— Это еще что такое? — я аж обомлел от открывшегося передо мной зрелища.
— Я же говорил, ничему не удивляйся, — и волхв заговорщицки подмигнул мне. — Заходи, не стесняйся!
Глава 9
Странные бывают домовладельцы, со странными понятиями о комфорте. У кого-то баня со всеми профессиональными параметрами, кто-то джакузи посреди комнаты ставит. С подвалами та же ерунда, от ферм по выращиванию травы или грибов до садомазо-притонов и пыточных, все зависит от буйной фантазии заказчика.
Но то, что было в подвале у Радомира, я и представить себе не мог, фантазии бы не хватило. Капище. Самое настоящее капище, фотки которого я
Подвал был довольно глубоким, до первого этажа было метра четыре или поболе. Стены обшиты тесаными деревянными кольями, образующими как бы частокол вокруг капища, на них были выжжены символы рунического алфавита. К тому же по ним змеились плетения охранных и сигнальных заклинаний, неярко светясь в Волховском взоре. Вокруг были расставлены идолы славянских богов, на первый взгляд — абсолютно аутентичные, из потемневшей от времени древесины. И по размеру они как раз чуть-чуть не доходили до потолка. В центре стоял каменный алтарь — нет, чистый, без следов чего-либо криминального. А вот традиционного костра не было, да и плохая это идея устраивать кострище в подвале. Каким бы святым не был огонь, угореть от него или спалить дом можно и им.
— Капище? — озвучил я вслух свои наблюдения.
— Место силы, — поправил меня Радомир. — Здесь можно проводить обряды, которые не требуют большого участия и вмешательства богов.
— Богов? — опешил я.
Нет, конечно, я знал, что боги иногда посещают этот мир, но… Хотя что тут говорить, с их аватарами я уже сталкивался. Чего стоит та же Черская, обретшая вечное пристанище в сиворицкой дурке.
— Ну да, — спокойно подтвердил Радомир. — Именно их. А вот отправимся мы с тобой сейчас в то место, в котором подобные ритуалы и проводят. Не беспокойся, богов мы призывать не будем, но кое-что я тебе покажу, расскажу и помогу. Ты мне доверяешь?
— Не особо, — хмыкнул я.
При всем нашем будущем «добровольном сотрудничестве» уж чего-чего, а веру оставим богомольным старушкам, как говорил Великий Комбинатор. Тут собственной девушке веры нет, как оказалось, а дедуле волхву, заварившему всю эту кашу, и подавно. Нет уж.
— Неважно, — легко согласился волхв. — Поверишь. Может быть.
— Посмотрим, — неопределенно ответил я.
Волхв щелчком пальцев зажег масляные светильники, озарившее капище неверным пляшущим светом и начал нараспев читать молитву на старославянском. Честно говоря, я не вникал в то, чего он там бормочет. Этот язык нам преподавали еще в школе как факультатив, для тех, кто собирался идти по пути обрядовой волшбы. Ну тема не моя, я его так, знал середина на половину.
— Возьми меня за руку, — сказал волхв, когда пламя свечей стало больше похоже на мечи джедаев. Я подчинился.
— А теперь закрой глаза, и почувствуй. Лови эти ощущения.
Я послушно закрыл глаза и тут же появилось ощущение, словно я прорываю какую-то мембрану. Я открыл глаза…
Ну и местечко выбрал волхв для своей прогулки. Напомните мне в следующий раз, чтобы я подальше от таких экскурсоводов держался, Сусанин нервно курит в сторонке.
Место, куда мы каким-то образом переместились, выглядело очень странно. С одной стороны — вроде как среднерусская равнина, а с другой… Солнца нет, это было первое, на что я обратил внимание. Серая пелена облаков вместо голубого неба, а освещение такое, какое бывает при солнечном затмении — ни день и ни ночь, сумерки, но странные такие, какие-то неправильные. Видимо, из-за такого света пожухлая трава под ногами была какой-то серой, а лес неподалеку с реликтовыми деревьями-гигантами чернел темно-зеленой, почти черной, листвой.
— Где мы? — спросил я.
— Это Лядь. Междумирье между Явью и Навью, двумя мирами. Через него проходят души, лишившись своего физического воплощения, чтобы пересечь огненную реку Смородину и попасть из Яви в Навь.
— Неприятное
местечко, — поежился я.Как от места, так и смысла его слов. К тому же вопреки распространенным свидетельствам про переход души через белый светящийся тоннель к райским вратам, это место ну никак небеса не напоминало.
Я окинул себя взглядом. Да, этого я не ожидал. Вроде и прикид не менял. На мне была полотняная рубаха и такие же портки, а на ногах — лапти. Радомир же был одет более богато, и не босой — на нем были юфтевые сапоги традиционно лубочно-картинного красного цвета, сандал для покраски здесь был видимо в ходу. Добавлял аутентичности и волхвий посох в руках.
— Не бойся, — усмехнулся Радомир, заметив, как я недоуменно оглядываю себя. — Это только здесь. Мы здесь в виде ментальной проекции, той самой души. И одеты мы можем быть как угодно, главное — соответствие. Мне положено по рангу.
— И здесь ранги…
— А как же? А вот оберег не снимай, он показывает, что ты здесь в гостях, а не мертв и направлен на путь в Навь.
То-то мне что-то мешало… Я скосил глаза. Точно, Звезда Руси из белого металла, на аутентичном шнурке висевшая на шее.
— Ну что, пойдем? — предложил Радомир и сделал приглашающий жест рукой.
Я только кивнул и последовал за ним.
Да, это место точно не для живых. Уж очень неуютно я себя здесь чувствовал. К тому же звуков, кроме наших шагов, я не слышал никаких — ни хотя бы завалящего чирика какой-нибудь пташки, ни стрекотания кузнечиков или жужжания пчелки…
В чаще раздался шум и треск, и на поляну вылезло нечто. Упс, а вот и песец. Хотя это никакой не песец, а черный котяра, плавными движениями подкравшийся к нам и вставший на нашем пути. Эта разожравшаяся до размеров саблезубого тигра скотина выглядела до омерзения реально. Горящие желтым адским огнем глаза, клыки размером с мою руку, лапы толщиной уже даже не с мою ногу с кинжалами когтей… Твою же мать…
— Брысь, гаденыш! Пшел вон, скотина, своих не узнаешь? — замахнулся посохом Радомир.
Котяра обиженно прижал уши, и в его взгляде проскочило разочарование.
— Хвост оторву, зараза! — и волхв шагнул вперед, видимо намереваясь врезать посохом адское создание по откормленной, лоснящейся черной шерстью заднице.
Котяра с обиженным мявом прыгнул с нашего пути и, дав по газам, исчез в лесной чащобе.
— Побежал другую жертву себе искать, — сказал Радомир.
— Что это было? — я непроизвольно сглотнул слюну.
— Это? А, это кот Баюн, — Радомир перехватил посох. — Одна из тварей междумирья. Обожает пугать свежие души, особенно гонять их до Смородины. Очень, говорит, забавно смотреть, как они через огненную речку прыгают в ужасе.
— Он еще и говорит? — я выпучил глаза.
— Даже заболтать может. Это же сказочник еще тот.
— И много тут таких?
— Есть немного. Это же междумирье. Особенно бойся тех, что о двух ногах. — сказал Радомир досадливо, но уточнять не стал.
Мы углубились в лесную чащобу. Да, это было похоже на те реликтовые корабельные леса под Питером, которые еще чудом сохранились. Так, петляя между древесных стволов мы пришли туда, куда меня изначально и вел волхв.
На огромной поляне стоял древний скит, каким я себе его и представлял. Огромный частокол из заостренных отесанных бревен, поставленных так, что просвета между ними не было, образовывал круглую стену, охватывающую это место.
— Нам туда, — бросил мне волхв, направляясь к резным воротам со сложным орнаментом, похожим на тот, который я видел на стенах в подвале. При нашем появлении ворота открылись сами. А внутри…
Это было самое настоящее старое капище. Резные деревянные идолы, расставленные по кругу и кострище в центре. Алтарь-жертвенник, впрочем, чистый, никакой крови или еще каких подозрительных пятен я не увидел. Это радовало. Или светлые не приносили жертвы, или у них тут астральное мыло хорошее.