Война сердец

— Эстелла не вещь, чтобы быть чьей-то, — сказал Данте, надменно выпячивая подбородок. — Вы много на себя берёте. К тому же вы — трус.

— Я не трус! — рыкнул Маурисио.

— Не были бы трусом, не угрожали бы мне втихаря ночью, пока никто не слышит. Не желаете честно побороться за женщину, потому что боитесь проиграть.

— Я вас не боюсь! — Маурисио выводило из себя презрительное спокойствие Данте. — Может, хотите сразиться на дуэли?

— Дуэли запрещены, если вы не в курсе, да и руки марать я о вас не стану, — Данте душило желание вывести противника из себя. И чем в больший гнев впадал Маурисио, тем мягче звучал голос Данте.

— Скажите просто, что вы боитесь дуэли.

— Не хочется вас убивать, а потом попадать на виселицу из-за такого немужчины, как вы.

— Что? Это я не мужчина? — Маурисио пошёл пятнами.

— Ну не я же. Орёте, как базарная торговка, — Данте откровенно забавлялся яростью маркиза.

— Я её люблю! Оставьте её в покое!

— Могу сказать тоже самое, — перешёл Данте на бархатный полушёпот. — Я не собираюсь делить ни с кем эту женщину, тем более с вами! Ясно? Так что убирайтесь по-добру, по-здорову.

— Что ж, я вас предупредил. Потом не жалуйтесь. Имейте ввиду: я давлю своих врагов, как насекомых. Я их стираю с лица земли! У вас ещё есть время передумать, но если вы преградите мне дорогу, я вас уничтожу! — Маурисио, неуклюже развернув кобылу, чуть не вывалился из седла. Когда он поскакал прочь, Данте зловеще захохотал ему в спину.

— Сначала на лошади научись ездить, аристократишка, а потом угрожай мне! Я не боюсь ни бога, ни чёрта, а уж тебя тем более! — услышал Маурисио выкрик, а потом удаляющийся цокот копыт.

Комментарий к Глава 28. Три жениха ----------------------------------

[1] Муар — шёлковая ткань с волнистыми разводами. Громуар — муар высшего качества.

[2] Шерл — драгоценный камень, турмалин чёрного цвета.

[3] Цвет верблюда (шамуа) — светлый рыже-коричневый (от фр. chamoi — верблюд).

[4] Соутар — жемчужное колье на нескольких провисающих нитях, скреплённых одной застёжкой.

[5] Маракайбо — город в Венесуэле.

[6] Гешири (арм. — ночь) или чёрная яшма — старинное название драгоценного камня гагата.

[7] Эскалопы — ровные, круглые пласты мяса, нарезанные из вырезки (телячьей, свиной) или из других частей мякоти.

[8] Блинчики-налистники — блинчики с начинкой.

====== Глава 29. Хочу и баста ======

Ночью Эстелле приснился откровенный сон. Впервые в жизни. До этого максимум, что ей снилось: как Данте обнимает её или целует в губы. Теперь же она, как наяву, ощущала жаркие ласки Данте и его кожу, целовала его, испытывая какую-то животную страсть. И проснулась в лихорадке. Одеяло было сброшено на пол, а по телу разливался жар. Как же она хочет, чтобы это повторилось! Опять принадлежать ему, опять уснуть в его объятиях...

Эстелла села на кровати, обняв себя за колени и уложив на них голову. Вчера Данте был неподражаем. Она и не думала, что он произведёт такое впечатление на её семью. Но зачем он назвался виконтом? Глупость. Это всё от его неуверенности в себе. Главное, чтобы эта ложь не раскрылась. Он же сказал, будто приехал из какой-то Марпакуйбы, Маракайбы... чёрт знает, где это. И вряд-ли кто-то станет выяснять.

Эстелла была убеждена, что её свадьба с Данте — лишь вопрос времени.

— Люблю, — прошептала она и, спрыгнув с кровати, ринулась в ванную, напевая песенку про цветочницу, что растеряла всех ухажёров из-за своего упрямства.

В кабинете — большой комнате, заставленной мебелью цвета альмандина [1] — царило напряжение. Арсиеро, Роксана, Эстебан и Хорхелина сидели в кожаных креслах, расстреливая друг друга взглядами. Первым молчание нарушил Эстебан.

— Вы как хотите, дорогие родственники, но я отказываюсь вас понимать. Раз у нас возникла такая ситуация и у девочки сразу три жениха, так почему бы нам не сделать проще: пусть Эстелла сама решит, кто из них ей наиболее приятен.

— Я не согласна! — подбородок Роксаны дрожал от ярости. — Эта малолетняя идиотка не способна ничего решить! Понятное дело, она выберет смазливого виконта. Это уже вчера было ясно.

— Ну и что? — не соглашался Эстебан. — И пусть выберет его. Юноша вполне себе приличный.

— Мы даже не знаем, кто он такой! — артачилась Роксана. — Явился неожиданно, испортил нам обед, заявил о женитьбе. Если он приехал из Венесуэлы, где и когда он умудрился увидеть Эстеллу так, что сразу влюбился?

— Возможно, он увидел её на балу у Амарилис и Норберто, дорогая, — предположил Арсиеро.

— Ну да, или когда она сбежала из дома, — влезла Хорхелина. — Проснулся утром и увидел её у себя в кровати.

— ЧТО-О-О? — Роксана стрельнула в Хорхелину глазами. — А ну-ка быстро говорите что вам известно!

— Ничего мне неизвестно! — отмахнулась та. — Это мысли вслух.

— Может, вы в чём-то и правы, золовка, — задумчиво сказала Роксана. — Она смотрела на него, как похотливая кошка! Она раздевала его глазами, как бордельная шлюха. И это моя дочь! Если бы я могла, я бы выколола ей глаза! Позорище!

Эстебан сердито помотал головой.

— Но вы-то тоже не святая, — намекнул он.

— Да как вы можете обвинять меня в аморальности? — вскипела Роксана. — Я — первая дама, жена алькальда и я никогда не вела себя предосудительно и никогда не соблазняла всех встречных мужчин!

Как по команде, Хорхелина и Эстебан хмыкнули, впервые в чём-то найдя общий язык.

— Не смейте хмыкать! Да как вы позволяете себе сомневаться в моей порядочности? И вообще мы говорили не об этом, а вы передёргиваете и меняете тему! Сейчас важнее всего, чтобы свадьба этой неблагодарной состоялась как можно быстрее. И я остаюсь при своём мнении: маркиз Рейес слишком порядочен для Эстеллы. А этот иностранный авантюрист со своей смазливенькой мордашкой и эффектными подарочками вообще ей противопоказан. Он её развратит окончательно. Я на стороне графа де Пас Ардани. Только он должен стать её мужем. Он поставит её на место и научит вести себя, как положено.

— Дорогая, — перебил Арсиеро, — не грубите. Что-то вы помешались на этом старике. Да будет вам известно, что Эстелла ему не понравилась. Он мне вчера шепнул, что не хочет на ней жениться, потому как не любит брюнеток, и добровольно отказывается от неё в пользу одного из молодых кавалеров. Но он с удовольствием женился бы на Мисолине. Так что наша задача упрощается, выбирать надо из двоих. Положив руку на сердце, я бы предпочёл семейство Рейес, ибо согласен с вами абсолютно, Роксана, что тот иностранный мальчик интересен, но мы знаем о нём лишь с его слов. Было бы неплохо познакомиться с его семьей, но они в Венесуэле...