Встреча с чудом

Длинный, яркий и будто твердый луч метался, рассекая тьму. Он то становился коротким, толстым и дымящимся, упираясь в сосну, то копьем уносился вдаль, бесконечно вытягиваясь, делаясь тоньше.

Яма расширялась, углублялась, потянулась по всему руслу, извилисто разрезая сопку. Уже бурлил, гудел двухметровый водопад, и над ним висел мостиком толстый корень с бахромой.

«Придет! Ее и дождь не остановит», — весело подумал Анатолий.

А дождь все усиливался, ручейки и малые потоки неслись в большой поток. С шумом летела вода с вершины сопки, хлюпали, отваливаясь, куски берега и растворялись в ней. Шагни в поток, и он собьет, закрутит, потащит. И все это совершалось в непроглядном мраке, среди пустынного леса и дождя.

Колоколов кутался в плащ, прижимался к толстой сосне. Он любил вот так подсматривать за тайнами природы.

И вдруг треснул выстрел, и красная ракета шипя взвилась во тьму и дождь, на миг озарила мокрые палатки и выбегающих людей.

Анатолий вспомнил: «У подножия сопки выгружено имущество буровиков». Он побежал к палаткам, бросил плащ с пиджаком под навес.

— В воде будь осторожней, а то собьет! — крикнул он Славке.

— Такую тумбу, как я, рычагами не своротишь!

Поток уже хлестал между ящиками, валил железные бочки с горючим.

Бородатый Грузинцев, в одних трусах и сапогах, кричал:

— Без паники! Сначала выносите все продукты! Мешки с мукой. Сахар, масло. Космач! Организуй свою группу, вытаскивай ящики с инструментами!

— Эй, тюха-матюха да Иван Колупай! Идите сюда! — закричал Космач Бянкину и Комару.

Славка вошла в холодный поток. Вода была уже по пояс. Она гудела во мраке, катясь с сопки. Славка рывком бросила себе на спину мешок с чем-то и даже крякнула, присела от тяжести. Но тут подоспели Ася с Максимовной, и они втроем потащили мешок на берег. Рядом, пыхтя, тащили большой ящик Чемизов и Колоколов. Скользя по грязи, спотыкаясь, они едва-едва выволокли его из воды.

— Аж кости трещат, — донесся голос Анатолия.

А Славка уже схватила небольшой ящик с консервами. Посохов с Грузинцевым вкатывали на сопку железную бочку с горючим.

Рев воды, сбивающей с ног, дождь, мрак, крики, тяжелое запаленное дыхание, шлепанье по грязи, вспышки фонариков, команда Грузинцева, громыхание далекого грома — все это слилось вместе и огорошило Славку. Но потом она стала разбираться что к чему. Вон Ася с Максимовной вцепились в мешок, вон покатило бочку с горючим, Анатолий бросился за ней и все никак не мог задержать, и все бежал, пытаясь ухватить ее. Вот он уже далеко, скрылся. «Одному не осилить — где тут! В Чару унесет», — подумала Славка.

— Помоги! — позвала Ася.

Космач орал кому-то:

— Эй, слушай сюда! Кого там делаешь? Бери инструменты!

«Как смешно он говорит: «кого делаешь» — на секунду подумалось Славке.

— Ну, заваруха! И чего только нам не пришлось хлебнуть! — сказала она Асе и уцепилась за ящик, закричала: — Раз, два — взяли! Еще — раз!

— Чего ты веселишься? — заворчала Ася.

— Так заваруха же!

Наконец все перетащили. Кучу всякого добра накрыли брезентом.

Славка оттягивала прилипшие к телу шаровары, отжимала воду.

— Брр, противно, — проговорила она и огляделась, разыскивая Анатолия. Но его нигде не было. Чемизов сел на ящик, сдернул с ног туфли, вылил воду, отжал носки, снял брюки и принялся выкручивать их, бормоча что-то похожее на елки-палки. Шумела вздувшаяся Чара. В темноте мелькали фигуры, но Анатолия не было видно.

Грузинцев нещадно ругал рабочих, сгрузивших привезенное где попало. Чемизов потянул через голову прилипшую рубаху. Космач, должно быть, довольный всей этой историей, возбужденно говорил:

— Эх, мать честная! А Бянкин — молодец! Ишь как ящики таскал. Его еще оглоблей не зашибешь. Он, брат, кули ворочать может!

Славка все отжимала свою одежду. Грузинцев собрал людей у палаток, спросил:

— Все на месте?

Славка вглядывалась в мокрую, грязную толпу.

— Ты не видишь Анатолия? — спросила она Асю. Та тоже начала смотреть по сторонам.

— Да где же он? — опять спросила Славка. Грузинцев выкликал фамилии. Славка ходила среди геологов, заглядывала всем в лица.

— Вы не видели Колоколова? — спрашивала она. — Тот, что из Чапо, зверовод. — И она опять заглядывала в лица.

— Он все время таскал с нами ящики, — сказал Космач, — а потом бочки выкатывал.

— И я с ним таскал!

— И я тоже! Старался вовсю парень! — послышались голоса.

— Человека нет! Колоколова нет! — проговорила Славка, подбегая к Грузинцеву.

— Как нет? — удивился Грузинцев. — Может быть, задержался где-нибудь на берегу?

Грузинцев выпустил ракету, она засыпала небо огненными брызгами.

— Ты успокойся! Ты подожди! — уговаривала Ася заметавшуюся Славку. Но та уже бросилась вниз, к потоку, где только что работали. Она вспомнила, как Анатолий пытался удержать бочку.

— А ну-ка, ребята, проверим, — приказал Грузинцев и тоже пошел к реке.

Славка стояла около несущейся воды, всматривалась в нее.

— Э-ге-гей! — зычно гаркнул Космач. — Анатолий!

Поток уже начинал уменьшаться — дождь перестал.

— Он не мог уйти! Он никуда не мог уйти, — бормотала Славка.

Грузинцев, Космач и Петрович шли по пояс в воде.

Они увидели Колоколова в затопленных кустах.

— Вот же он! Вот он! — закричал Космач.

В шуме воды Славка не слышала этих слов, она только видела, как все сгрудились, раздвигая кусты.

Потом она разглядела, что выносят человека. С него потоком лилась вода.

Славка подбежала. Космач, зачерпнув кепкой воду, зачем-то лил ее на лицо человека.

Славка отшатнулась: Анатолий!

Грузинцев, торопясь, положил его животом на свое колено, выдавливая воду.

— Скорее искусственное дыхание! — закричала Славка. — Дайте я буду делать! — Она рвалась из рук Аси.

Грузинцев резко разводил и снова складывал руки Колоколова на его груди.

— Это он, значит, бочку с бензином один покатил, да и упал. И захлебнулся в секунду, — хрипло объяснял Космач. — Вода-то была — силища. Смяла — и крикнуть не успел.

— В этакой темени да в суматохе разве можно было за всеми доглядеть!

— Вот чертовщина! Прямо приехал за своей смертью!

— А кто знает, где она тебя караулит?