Вторая жена

— Иногда мне кажется, что Натан придумал эту историю с опекунством просто от скуки. Она давала ему пищу для размышлений. — я прекрасно знала, что была несправедлива к нему.

Роуз, очевидно, была согласна с ним:

— Ты считаешь, что Натан был настолько эгоистичным? — она послала мне взгляд, который не сулил никакого взаимопонимания. — Он думал только о близнецах. — она постучала пальцем по пакету, правда без особого энтузиазма. — Я могу заняться этим?

Чувствуя жгучую боль, я повела ее в сад. Но если я и была неправа, обвиняя Натана в жестокости, это не значило, что его мотивы были совершенно чисты.

Близнецы сидели в своем убежище за сараем. После нашего возвращения из Корнуолла их головы были забиты пиратами, пещерами и крепостями на скалах. Они разбили в саду лагерь, который, как они мне сообщили, был их великой тайной.

— Где они? — спросила Роуз.

Я указала на сарай.

— В своей штаб-квартире. Думаю, команда джедаев готовится к битве.

— Ах, — вздохнула Роуз. Она наклонилась и потянула веточку старого куста лаванды. — Ты не заботилась о моем саде.

Густая трава с проплешинами мха. Кустарники, нуждающиеся в обрезке. Заглохшие клумбы. Полная заброшенность, результат моей небрежности и безразличия.

— Нет, я никогда им не занималась.

Она выпрямилась с веточкой лаванды в пальцах.

— Забавно. Мне казалось, каждая травинка и листик будут запечатлены у меня в памяти. Но как только я покинула это место, я забыла его. Или скорее оно забыло меня.

Я провела не так уж мало времени, пытаясь представить, что чувствовала Роуз после изгнания из своего сада.

— Ты хочешь сказать, совсем забыла о нем?

— Нет. — она перекатывала в пальцах стебелек. — Оно словно ожидало меня… нас.

— Тропинка, подъем, отдых? — озадаченная, она нахмурилась. Потом ее лоб разгладился. — Ты говоришь о плане сада, что я послала Натану? Значит, он тебе понравился? Он попросил у меня несколько идей, и, кажется, они его заинтересовали. Я знала, что он захочет восстановить сад в конце концов.

— На самом деле он никогда не упоминал о нем. Я нашла план сада в его записной книжке.

— О, — Роуз пламенно покраснела и сжала губы. — Если хочешь, я могу отправить тебе свои предложения, у меня есть копия.

— Нет, — сказала я. — Нет.

Через некоторое время она добавила:

— Я думаю, Натану не очень понравилось, что я согласилась обсудить с ним план сада. Возможно, он ожидал услышать, что я не хочу иметь с ним ничего общего. Думаю, он был очень удивлен, что я не стала возражать. И поэтому он заказал розу, тебе так не кажется?

— Все может быть. — я показала на сломанную изгородь. — Мальчики играли в мяч. Надо было починить, но я никогда не интересовалась садом. Натан не… Я имею в виду, Натану было некогда. Иногда у него случались приступы совести, и он отправлялся копать. Когда я только переехала сюда, он сказал, что сад был исключительно твоим делом. Я поняла его так. что меня это тоже не касается.

— Жаль, Минти, — сказала Роуз. — Сколько общих интересов у вас могло бы быть.

Из-за сарая раздался крик, и Феликс, весь красный и рыдающий, бросился ко мне:

— Мама! Он стукнул меня. — он упал на колени.

— Ш-ш, — сказала я, — Он не хотел.

Феликс завопил сильнее, и я слегка встряхнула его:

— Ш-ш, Феликс. Поздоровайся с миссис Ллойд.

Но Феликс считал, что имеет право на скандальчик и повысил громкость:

— Не позорь меня, — шепнула я ему, когда Феликс упал на спину и задрыгал в воздухе ногами.

Он был похож на рассерженное насекомое. Краем глаза я видела ухмыляющегося Лукаса, который размахивал палкой с прикрепленным к ней Бланки Феликса. Я переключила свое внимание на насекомое, которое теперь икало. Я похлопала его по спине.

— Перестань, — решительно сказала я, что, впрочем, не возымело никакого эффекта.

Роуз сказала:

— Ах, боже мой, — с веселой интонацией зрителя, который на самом деле думает: «Ты не справляешься со своими детьми».

Уже знакомая мне черная ярость затопила меня. Сама ужасаясь этому чувству, я вздернула кричащего Феликса на ноги более грубо, чем собиралась.

— Не смей ничего говорить, Роуз.

— Зачем мне это? Это не мое дело.

Она вытащила из сумки пару резиновых перчаток.

— Можно заглянуть в сарай.

Я склонилась над Феликсом.

— Покажи миссис Ллойд сарай, а я пока поговорю с Лукасом.

Но Феликс отказался сотрудничать и прижался к моей руке. Когда мы проходили мимо сирени, Роуз потянула сухую ветку. Она тихо хрустнула. Провисшая на петлях дверь сарая заскрипела, когда Роуз открыла ее. Интерьер был щедро украшен паутиной. К стене были прислонены вилы, их зубцы были облеплены землей. Еще здесь был ржавый совок, лопата и стопка вазонов. Пакет удобрений был настолько стар, что весь порошок спекся в камень. Я ткнула его ногой.

— Натан собирался вывезти все это на свалку.

Пока я загоняла Лукаса в угол и отбирала у него Бланки, Роуз разбиралась в сарае. Она вышла оттуда с вилами и совком с расколотой ручкой. Она умудрилась накопать им горсть удобрений.

— Сейчас, — она внимательно осмотрела кривые тропинки на лужайке, кучу сорняков и травы на месте срезанных клематисов. Она прикрыла глаза рукой, и я знала, что она вглядывается в прошлое.

— Честно говоря, я не хотела, чтобы ты садовничала, Минти. Только не в моем саду, — ее глаза выдавали внезапное оживление. — Но об этом я могу не волноваться. — она взяла пакет. — Где мы посадим розу?

— Мне она вообще не нужна.

Она обняла пакет, словно защищая:

— Но ее прислал Натан. Он, должно быть, думал о нас обеих. Она должна быть здесь, только надо понять, где он хотел ее посадить.

— Какой смысл? — я оглядела сад. — Ею никто не будет заниматься.

Роуз разрезала обертку секатором.

— Я так понимаю, ты собираешься и дальше здесь жить?

— Ты сама прекрасно знаешь, что собираюсь. Во всяком случае, школа близнецов здесь недалеко. — я посмотрела на нее. — Думаю, ты уже поговорила с Тео о завещании.

— Да, у меня. — она не собиралась развивать эту тему. — Если вы останетесь здесь, тебе придется подумать о саде.

Пальцы Феликса сжали мою руку.

— Роуз, я не думаю, что это твое дело.

Это заставило ее замолчать. Без сомнения, Роуз была благодарна обстоятельствам за некоторую долю приобретенного иммунитета — у нее было время привыкнуть к жизни без Натана. У меня этого времени не было, я не контролировала себя. Она не стала протестовать против моей грубости, просто улыбнулась Феликсу, который наконец поднял голову. Он перестал плакать и изучал Роуз с нескрываемым любопытством. Роуз присела перед ним.