Вундергай-сыщик

Балыкина оторопело посмотрела вслед удирающему петуху и, опомнившись, закричала:

— Чего стоишь?.. Беги, хватай его!..

— Чтобы вы его сварили? — ухмыльнулся Вундергай.

— Послушайте, участковый… — произнесла Балыкина, придвинувшись к столу инспектора Али. — Прикажите ему, чтобы догнал птицу.

— Вундергай, прошу тебя, помоги гражданке Балыкиной, — сказал инспектор Али, дружески положив руку на его плечо.

— Если только для порядка… — с горькой усмешкой вздохнул тот и направился к выходу. Но в прихожей раздался топот и в следующее мгновение в кабинет ввалилась взбудораженная компания подростков во главе с Бабашкиным. Он бережно прижимал пойманного петуха к груди. Все поздоровались вразнобой.

— Ваш? — спросила раскрасневшаяся Мамура, командир дворового отряда, в прошлом звеньевая в подшефном классе Вундергая. — Она погладила перепуганного петуха, которого держал Бабашкин. — Он слетел с этого балкона…

— Держи, Вундергай! — сказал Бабашкин, торжественно вручая петуха. — Скажи спасибо, что мы под балконом сидели.

— Тебя ждали… — пояснил Гани, стараясь заглянуть в кабинет через головы девчонок, загородивших проход.

— Бабашкин сообщил нам, что тебя милиционер вызвал, — неизменным своим баском сказала Мамура.

— Мы так испугались, — жалобно протянула Сайёра.

— Даже аппетит потеряли, — подтвердила ее сестра-близнец Нигора.

Вундергай поправил на плече ремешок сумки и благодарно посмотрел на друзей:

— Спасибо… всем спасибо. Со мной все в порядке. Только нашего Куку придется вернуть этой гражданке.

Шесть ребячьих голосов слились в один протестующий гомон. Вундергай резко вскинул руки.

— Тихо! Не выступайте зря. — Он с подчеркнутой вежливостью показал на Балыкину. — Перед вами, друзья мои, бывшая, а теперь настоящая хозяйка петуха… Мы обязаны ей вернуть бедного Куку. Отдай, Бабашкин, Куку гражданке… для бульона…

Бабашкин испуганно прижал к груди петуха.

— К чему это, Вундергай?! — урезонил инспектор Али. — По-моему тебя не надо учить, как вести себя со старшими.

Балыкина вырвала из рук Бабашкина петуха и подхватила свою сумку-тачку.

Ребята молча переглянулись, собираясь выйти. Инспектор Али сочувственно развел руками, и, как бы оправдываясь, сказал:

— Ничего не поделаешь, закон, в этом случае, на ее стороне. Вундергай, как известно, не купил петуха, а поймал. Он и сам это признает. Петух-то от Балыкиной сбежал.

— Я же ей предлагал деньги… — вздохнул Вундергай.

— По-моему, ей не деньги надо было давать, — сказала Нигора. — Вручить бы ей взамен Куки жирную курицу… Или — петуха, похожего на Куку.

— Где ты раньше была с этой идеей? — расстроился Вундергай.

— Надо спасти Куку! — решительно сказала Мамура. — Помогите нам, пожалуйста, товарищ милиционер!

— Это очень сложно, — ответил, раздумывая, инспектор Али. — Балыкина может всем назло отрубит петуху голову сегодня же. — Он вернулся к письменному столу и, полистав конторскую книгу, переписал в свой блокнот адрес Балыкиной.

Через минуту ребята молча проводили глазами удаляющийся сине-желтый мотоцикл инспектора Али…

К делу подключается бабушка

Мудрецы древности советовали страшиться беды, пока она не пришла, а когда уж пришла — бороться с ней. Легко сказать «пришла беда — борись». А собственно, с кем бороться-то? С Балыкиной? Конечно, обидно, что инспектор Али не смог отстоять Куку…

Вундергай растянулся на курпаче возле стеллажа в отцовском кабинете. На полках теснились книги, модные диски с записью популярных групп, спортивные принадлежности — легкие гантели, массажер. С нижней полки Вундергай вытянул маленькую потрепанную книжку с интригующим названием «Невероятно? Но факт!». Наугад раскрыл ее, перевернулся на живот, книгу положил перед глазами и наткнулся на такую информацию: «Как сообщает газета «Геральд», в Мельбурне (Австралия) открылась школа для кенгуру. В ней воспитываются и дрессируются молодые кенгуру, которые затем продаются в качестве домашних животных. Дрессированный кенгуру очень приятен и спокоен, смышлен, ласков и охотно забавляется с детьми: играет в мяч и легко приспосабливается к несложной работе. Он стрижет, например, машинкой газоны и делает это добросовестно и с увлечением…»

Вундергай отложил книгу. Из головы все не выходил бедняга Кука. Ведь, быть может, в эту самую минуту жутко даже представить себе — умнице Куке собираются отрубить голову… А может, уже?.. От этой мысли Вундергай передернулся, выронил книгу, одним рывком вскочил на ноги, заметался по комнате. Что же делать?!

Отворилась дверь и вошла бабушка, а за ней Навар. Бабушка опиралась на новенькую швабру, которую только что купила, и улыбалась.

— Ты слишком хорошего мнения о своем друге, — сказала она Назару, кивнув на Вундергая, снова опустившегося на курпачу. — Кому-кому, только не бабушке готов он помочь. Мой внук, в основном, работает на публику, — бабушка махнула рукой в сторону Вундергая, подчеркнув этим бесполезность разговора, и отправилась на кухню, сказав Назару: — Спасибо, ты мне встретился. Думала, руки отвалятся. Давай сюда товар…

Назар не сразу последовал за ней.

— А мы решили, что ты спишь при открытых дверях, — сказал он Вундергаю, едва не подпирая головой косяк. Одной рукой он придерживал за никелированную ручку сумку-тачку — точь-в-точь такую, как у Балыкиной, только бордового цвета. Другой — придерживал арбуз. — Ключи-то оставил с другой стороны… Не мешало бы тебя побить для профилактики, — не дожидаясь ответа, навьюченный Назар потащился на кухню.

Вундергай поплелся за другом.

— Под кран его надо, — сказала бабушка, протягивая руки к арбузу, но Назар, вежливо отстранившись, аккуратно положил арбуз в раковину и включил холодную воду. Хрустальная струйка мягко упала на шершавый кружок от стебля и прозрачным веером растеклась по глянцевой кожуре. — Быстренько мойте руки и за стол, — скомандовала она. — Давай-давай, Назар, не раздумывай!

Назар по-восточному прижал руки к груди.

— Спасибо, Халида-апа, не успею. Галку надо везти в поликлинику.

— А что с ней? — участливо поинтересовалась бабушка.

— Живот болит.

— Гастрит, видно, — сочувственно покачала головой бабушка. — Ты своди ее к вашему врачу, потом, если надо будет, покажем одному профессору. Это хороший мой приятель, мы одноклассниками были… Есть и у меня кое-какие травы. Словом, после анализов скажешь… — Бабушка вздохнула: — Да, нелегко быть главой семейства в шестнадцать лет…

Вундергай, хлопотавший у холодильника, смешливо бросил:

— Ну, завелась сердобольная старушка!..

— А ты, внучек, не делай вид, что вот так хлопочешь на кухне ежедневно, — сказала бабушка, помешивая шурпу в кастрюле, которую Вундергай поставил на газовую плиту — разогреть. — Расскажи лучше нам о своем первом приводе в милицию, — бабушка заговорщицки подмигнула Назару. — Садись, Назар, я тебе уже наливаю, вкусная шурпа получилась. — И она показала ему на свободную табуретку. — Успеешь еще в поликлинику…

Назар не стал ломаться и принялся сосредоточенно есть, то и дело поглядывая на часы.

— Откуда тебе известно про мое свидание с хозяйкой петуха? — спросил Вундергай у бабушки.

— Сорока на хвосте принесла, — задиристо ответила бабушка, поставив перед собой касу с шурпой, и присела с ребятами. — Петушка-то конфисковали?

Вундергай вздохнул и положил ложку на стол.

— Конфисковали… Хозяйка объявилась, некая Балыкина…

— Вот и хорошо, — сказала бабушка, покрошив в свою касу кусочек лепешки. — Петух-то ее ведь. Личная собственность, ничего тут не попишешь.