Я здесь

Степа кивнул, продолжая разглядывать изображение. На переднем плане был изображен полуобнаженный старик с разверстым в крике ртом и горящими глазами. Он восседал на костлявом коне. Следом за ним по земле ползло чудовище с открытой пастью, собирающее проглотить лежащего на земле мужчину, по-видимому, короля. Рядом падали поверженные ужасом люди. Никто из них даже и не пытался сопротивляться.

Степан перестал разглядывать гравюру и взглянув на Мережкова понял, что сейчас услышит нечто очень важное. Так и получилось.

– Это всадник на бледном коне – Смерть. Именно его вы видели сегодня в троллейбусе.

Степа замер с приоткрытым ртом. Его голос невольно задрожал, когда он произнёс:

– Откуда вы это знаете?

– Я тоже видел его, – хотя на губах у мужчины была улыбка, глаза оставались серьезными. Степе показалось, что, произнося эту фразу Мережков весь подобрался, как хищник перед броском. – а теперь я должен сказать самое важное: вы и та девушка, что была с вами… Вы – Видящие.

– Видящие? – растерянно уточнил Степа, глядя на сидящего рядом мужчину. – А кто это такие?

Молодой человек почему-то вспомнил фильм «Вий», где потустороннее чудовище могло видеть даже тех, кто находился в обережном круге, но для этого ему необходимо было поднять веки.

– Это те, кто обладает редким даром, позволяющим им видеть то, что другим, скажем, обычным людям, недоступно.

– Например, Всадников?

– Да. И не только их, а также призраков, сверхъестественных сущностей, вселившихся в людей, и собственно самих демонов. Всадники и их прислужники могут принимать какой угодно вид, в том числе становиться людьми, и только Видящие могут рассмотреть их истинный облик.

На лице Степана, сменяя друг друга отразилось сразу несколько эмоций: неверие, удивление, страх и непонимание. Он несколько раз открывал рот, но не мог сформулировать вопрос. Пал Палыч деликатно ждал, когда молодой человек придет в себя. Наконец Степа выдохнул:

– Тот, в парке… Кем он был? Зачем он шел за мной? Хотел убить?

– Скорее, запугать, – Пал Палыч встал, и, обойдя столик, опустился в кресло. – Видящие представляют опасность для… демонов.

Степа считал себя будущим ученым-биологом. И к тому же очень уравновешенным человеком. Он спокойно выслушал все, что рассказал ему Мережков и ничем не выдал своего потрясения. По крайней мере, он на это очень надеялся. Но демоны… Это было уже слишком: сознание просто отказывалось в это верить. В голове была каша, как тогда, когда он пытался за ночь выучить органическую химию за целый семестр. Мысли метались, как угорелые, мешая сосредоточиться. К счастью, его собеседник терпеливо ждал, и Степа произнес то, что первым пришло ему на ум:

– Значит, в троллейбусе я видел Всадника, а в парке – демона. Так?

– Да, вы абсолютно правы, мой друг.

– Но вы ведь тоже их видели! – с обличающей интонацией произнес Степан. – Выходит, вы тоже Видящий? – уверенно подытожил молодой человек.

– Нет. Я Страж.

Степа вздрогнул, когда сидящая на вешалке сова ухнула и взмахнула крыльями.

– А кто такой Страж? – внезапно осипшим голосом спросил юноша, с опасной косясь на сову. В этой странной квартире он словно перенесся на много лет назад и снова стал ребенком. По крайней мере, реагировал он на происходящее так же искренне и эмоционально, как в детстве. Пал Палыч в очередной раз разлил виски и, аккуратно взяв в руку свой бокал, торжественно произнес:

– Тот, кто отвечает за жизнь на этой планете.

– Вы бог? – с ужасом выдохнул Степан, одновременно осознавая абсурдность сказанных слов.

– Не нужно мне приписывать чужие деяния, – усмехнулся хозяин, поднося к губам бокал. – Я всего лишь наблюдатель, а не творец.

От удивления глаза Степы стали круглыми, как у сидящей неподалёку совы. Улыбнувшись, Мережков произнес:

– С вашего позволения, оставим пока в стороне заданный вами вопрос. О Стражах я обязательно расскажу позже. С вашего позволения, я продолжу. Давайте поговорим о вас и той девушке. Вы увидели тех, других, впервые только сегодня?

Степа кивнул.

– Уверен, что-то спровоцировало вас, пробудив дар. Может быть, вы до этого заметили что-то необычное? Впрочем, я уверен: рано или поздно ваши способности все равно проявили бы себя.

Степан вспомнил похожее на череп облако, которое он увидел утром и которое исчезло, стоило ему только отвернуться.

– Вы сказали, что Видящие представляют опасность для тех, других существ. Но почему? – Степан вновь поправил очки. – Даже если бы я стал на каждом углу кричать, что видел демонов, боюсь, мне никто бы не поверил. Да меня бы в психушку упрятали!

– Видящие нужны не для того, чтобы сообщать обывателям о демонах. Вы правы: это бессмысленно и бесполезно. Но кроме обычных людей существуют и те, кто сражается с демонами, уничтожает их, – Пал Палыч произнес эту фразу с интонацией учителя. Он и внешне сейчас напоминал преподавателя вуза: седовласый, с аккуратной бородкой, чуть уставший, но вместе с тем спокойный и уверенный в себе.

– Спецназ? – Степан даже подался вперед, с восторгом глядя на хозяина дома.

– Особый спецназ, – подтвердил Мережков. – Вот только воины не видят демонов. Они вычисляют их по приметам или особенностям в поведении. Им нужны Видящие, чтобы направлять их действия.

– Я смотрел «Дневной дозор». Вы про таких воинов говорите?

Пал Палыч расхохотался. Утирая выступившие слезы, он произнес:

– Кинематограф иногда визуализирует интересные фантазии… Забавные, так бы я сказал. Иногда в этих творениях даже можно обнаружить песчинки правды. Нет. Воины другие. Демоны, к слову, тоже. Но давайте вернемся к нашему разговору. Как я уже говорил, такие, как вы, опасны для демонов именно потому, что видят их. Но пока Видящие не обучены, их легко уничтожить.

– Убить? – Степа вновь почувствовал неприятный холодок в душе.

– Не обязательно. Есть много вариантов: запугать, свести с ума, переманить на свою сторону. Вам нужно пройти обучение, Степан. Вы ведь студент?

Дождавшись кивка, Пал Палыч поинтересовался:

– Где учитесь?

– В универе. На биофаке.

– Это хорошо,

– Почему?

– С латынью знакомы, я надеюсь? Многие заклинания читаются на латыни.

– Заклинания?! – Степа был рад, что он не романтичная барышня девятнадцатого века, а то непременно хлопнулся бы в обморок.

– Видящие должны уметь себя защитить, – как ни в чем не бывало продолжил Мережков.

– Выходит, я колдун? В смысле маг? Нет, пока только ученик, – поправил сам себя Степа.

– Не все колдуны были Видящими. Но все Видящие были колдунами. Здесь вы правы, молодой человек. Проблема заключается в том, что учиться магии вам придется самому. Я, конечно, помогу на первых порах… Достану необходимую литературу. Но начать нужно не с этого. Необходимо отыскать девушку, с которой вы ехали в троллейбусе.