Жена-22

Уильям вздыхает.

– Послушай, ты совсем не обязан крутиться вокруг меня, пока я занимаюсь хозяйственными делами. Подозреваю, последнее, что тебе хочется делать – бродить за мной по теплице.

– Ничего не имею против, – говорит Уильям, почему-то раздражаясь.

– В самом деле – впрочем, пожалуйста. Спросить Кэролайн, может, она хочет поехать с нами?

– Зачем?

– Ну, я просто подумала – если вам будет скучно, вы можете побегать вокруг “Хоум Депо”.

После моей позорной пробежки с Кэролайн с ней стал бегать Уильям. Начало было тяжелым. Он потерял форму и первые пару дней выбивался из сил. Но теперь они несколько раз в неделю пробегают по утрам пять миль и потом пьют коктейль из спирулины, который Кэролайн пыталась навязать и мне с обещаниями снизить заболеваемость простудами и улучшить работу кишечника.

– Очень остроумно. А что плохого, если мы поедем просто вдвоем? – спрашивает Уильям.

Что плохого в “просто вдвоем”, так это то, что в последнее время нет никакой разницы, вдвоем мы или это только “один из нас”. Я – инициатор всех разговоров, я сообщаю ему новости о детях, о доме и наших финансах, я же задаю ему вопросы о том, что происходит в его жизни. Он редко отвечает тем же и очень неохотно делится какой-либо информацией о себе.

– Ничего, совершенно ничего. Вдвоем – замечательно. Можем делать что захотим. Как здорово! – говорю я полным избыточного энтузиазма голосом Мэри Поппинс – Леди Совершенство.

Я жажду, чтобы наша с ним жизнь стала более богатой. Я знаю, что это возможно. Люди рядом с нами, например, Недра и Кейт, живут гораздо более насыщенно. Пары вместе готовят мусаку, пока по радио “Пандора” для них играет Оскар Питерсон. Вместе ездят на фермерский рынок. Конечно, они все делают медленно и неторопливо (неторопливость – ключевой элемент богатой жизни), заходят в каждую лавочку, пробуют фрукты, нюхают травы, чтобы отличить лимонник от лимонной мяты, садятся на крыльцо и едят вегетарианские бутерброды. Я не имею в виду “богатой” в смысле денег. Я говорю о способности наслаждаться настоящим, а не думать постоянно о будущем.

– Посмотри-ка, Элис, – Кэролайн входит на кухню, размахивая книгой.

Пока что Кэролайн не везет с поиском работы. У нее было множество собеседований (в Заливе по-прежнему нет недостатка в новых технических проектах), но, за малым исключением, никто не перезвонил. Я знаю, что она нервничает, но я велела ей не волноваться; она может жить у нас, пока не устроится на работу и не соберет достаточно денег, чтобы внести аванс за квартиру. Жить вместе с Кэролайн совсем не в тягость. Помимо того что она прекрасный собеседник, она еще и самый полезный гость, который у нас когда-либо был. Когда она съедет, мне будет ее по-настоящему не хватать.

– Посмотри, что я нашла! – почти поет она.

Кэролайн вручает мне книгу. “Креативная драматургия”. У меня вырывается невольный вздох. Эта книга много лет не попадалась мне на глаза.

– Когда-то это была моя библия, – говорю я.

– Это и сейчас библия моей мамы, – кивает Кэролайн. – Ну что, друзья, проводите уикэнд вдвоем? Какие планы? Хотите, чтобы я временно канула? – Она вопросительно смотрит на нас.

Кэролайн часто употребляет старомодные словечки вроде “канула”, и мне это кажется очаровательным. Подозреваю, это последствия того, что она – дочь драматурга и видела чересчур много постановок “Нашего городка” [31] . Еще раз вздохнув, я наугад открываю книгу и попадаю на 25-ю страницу.

31

“Наш городок” – пьеса американского писателя Торнтона Уайлдера, за которую он получил в 1938 году Пулитцеровскую премию.

1. Не начинайте писать, пока у вас нет идеи.

2. Все годится как потенциальный материал: барбекю на заднем дворе, поход в магазин за продуктами, званый обед.

3. Самые лучшие герои бывают списаны с тех людей, которые живут с вами рядом.

Я захлопываю книгу и прижимаю к груди. Я держу ее в руках, и одно это наполняет меня надеждой.

– “Креативная драматургия”. И это было твоей библией? – спрашивает Уильям.

То, что Уильям забыл об этой книге и о том, насколько важна она была для меня – книга лет пять лежала на прикроватной тумбочке! – меня отнюдь не удивляет.

Мысленно я посылаю ему эсэмэс: “Прости, я дура. Но и ты осел”.

И говорю Кэролайн:

– Мы собираемся поехать по всяким хозяйственным делам, хочешь с нами?

37

Праздничный марокканский обед у Недры

19:30 Кухня Недры

Я: Привет, Рейчел! А где Росс? Держите баранину.

Недра (снимая с дымящегося противня фольгу и хмурясь) : А ты все делала точно по рецепту?

Я: Да, но с одним прелестным нюансом!

Недра: Из прелестного нюанса не может выйти ничего хорошего. Линда и Бобби все-таки решили прийти.

Я: Я думала, они идут на футбол.

Недра (нюхая баранину и делая гримасу) : Они не смогли устоять перед твоим кулинарным искусством. Где дети?

Я: Питер здесь. Зои дома делает приседания. А где Джуд?

Джуд (появляясь на кухне) : Хотел бы оказаться подальше отсюда.

Недра: Дорогой, ты к нам присоединишься? Элис, правда, было бы замечательно, если бы Джуд к нам присоединился?

Я: Правда. Да, Недра. Это было бы просто замечательно.

Недра: Вот видишь, дорогой. Видишь, как все хотят твоего общества. Пожалуйста, скажи, что останешься.

Джуд: (молча смотрит в пол) .

Я: (молча смотрю в пол) .

Недра (вздыхая) : Слушайте, что вы ведете себя как дети. Может, наконец помиритесь?

Джуд: Я пойду к Фрицу играть в Покемонов.

Я: Ну да?

Джуд: Нет, я пошутил. Я пойду к себе в комнату.

Недра: Пока-пока, дорогой. Настанет день, и вы снова полюбите друг друга. Такова моя предсмертная воля.

Я: Может, не надо так мелодраматично, Недра?

Джуд: Да, может, не надо?

Недра: Вы оба говорите на языке мелодрамы.

19:40 Гостиная

Недра: Мужчины, подойдите поближе. Начинается костюмированная часть вечера. Из нашей последней поездки в Марокко мы с Кейт привезли всем по феске.

Питер (не в силах скрыть испуг) : Я бы предпочел обойтись без фески, раз я уже ношу трилби [32] .

32

Трилби – мягкая мужская шляпа с полями.

Недра: Так феска и нужна, чтобы ты снял эту проклятую трилби.

Кейт: По-моему, трилби – это круто.

Уильям: Я на стороне Питера. Будучи женщинами, вы не знакомы с правилами и символикой мужских шляп в двадцать первом веке.

Бобби: Да, это не так, как в пятидесятых, когда вы снимали шляпу, садясь за стол. В двадцать первом веке можно сидеть в шляпе на протяжении всего обеда.

Я: А если вас зовут Педро, то на протяжении всего июня.

Уильям: И если вы начали вечер в одной шляпе, вы не меняете ее на другую. Шляпы – это вам не кофточки.