Жена господина Ищейки
Шрифт:
– Но перед этим обманули меня, что пытаете Эмиля.
– Лучше, чтобы это оказалось правдой? Странный упрёк от той, что пыталась обмануть и обокрасть целый город.
– Мне нужно время подумать…- неожиданно произнесла девушка.
– Думай, - легко согласилась я, скрестив руки на груди и прикрыв глаза.
– Одной поразмышлять, - правильно поняла она, что я не собираюсь никуда уходить.
– Можно и одной. Но чем дольше ты будешь думать, тем меньше у нас времени составить такой план, в котором ни одна Пчёлка не пострадает в лапах Зверя. Поэтому я здесь подожду.
– Хорошо, Анна. Рассказывай, что вы там придумали. Я в деле.
Около
Расстались мы с ней, конечно, не подругами, но сообщницами точно. Марко молча проводил меня до кареты и лишь в ней нетерпеливо спросил.
– Анна! Ну как?!
– Пчёлка согласилась. Марко! Лучше бы она отказалась! Мне безумно страшно отправлять даже такую закоренелую преступницу на встречу со Зверем! А вдруг мы где-то ошибёмся! Лучше я…
– Успокойся. Самое плохое, что мы сейчас можем сделать для Пчёлки - это запаниковать. Тогда точно совершим непоправимые ошибки.
Муж взял мою ладонь и нежно поцеловал её. Так и не отпустил мою руку до самого дома, молча гладя и даря через лёгкие прикосновения своих пальцев спокойствие.
Домой приехала уже не такая взвинченная. Да, Марко абсолютно прав! Спокойствие и только спокойствие! Трезвая голова сейчас важнее всего! Но… Как же тяжело оставаться рассудку холодным…
44.
Два дня до отбытия “Черепахи” мы провели практически без сна. Началось всё с тайного совета, на котором присутствовали не только мы с Ищейкой, бургомистр с казначеем, но и начальник порта Габриэле Россо. Он нам был необходим для того, чтобы правильно оценить обстановку в порту. Муж Мелани оказался полезен не только своими знаниями, но и идеями.
Он сразу же предложил затянуть отплытие “Черепахи” до утра, не дав команде судна спать ночью, чтобы Зверь смог увидеть рыжеволосую девицу. Привлекая к себе внимание, Пчёлка должна сойти с только что прибывшего судна. Для этого, по словам Россо, нужно было всего ничего: задержать дневной груз для “Черепахи” и дать место стоянки рядом с ней. Для начальника порта такое провернуть легко.
Дальше начались мучения с выбором места ловушки. Тут я скромно помалкивала в тряпочку, так как славный город Борено ещё не очень мне знаком. А вот мужчины спорили до хрипоты, выдвигая свои версии, в каком тупике лучше всего устроить западню.
Наконец-то они определились с несколькими местами, и мы поехали их рассматривать. В результате: из дюжины предложенных выбрали два тупика. Опять разгорелся спор между горячими южными парнями, какой из тупиков будет оптимальнее. Но тут веское слово сказала я, обратив внимание на высоту стен. Безоговорочно выбрали те, что намного выше своих конкурентов.
Потом были бочки и их расстановка, инструктаж бойцов отряда Ищейки, тайная транспортировка Пчёлки на стоящее на рейде судно, которое в нужный момент должно пришвартоваться рядом с “Черепахой”. Голова от всего кругом! А если ещё учесть и жуткий недосып у всех организаторов западни на Зверя, то удивительно, как мы нигде не накосячили. Кажется…
– Итак!
– подвёл итоги наших мучений Марко, стоя у карты города с указкой в руках.
–
Если Зверь находится на “Черепахе”, то он обязательно клюнет на такую приманку и попытается совершить очередное убийство за несколько часов до отплытия... Во всяком случае, Анна уверена в этом. Будем надеяться и мы.
Зверь крадётся за Пчёлкой, выискивая удобное место для преступления. По пути есть три подходящих подворотни, ведущие в тупики. Первые две нам не очень подходят, поэтому рядом с одной мы устраиваем пьянку припозднившихся гуляк, а у другой - громкую ссору супругов. Вариантов, кроме как затащить жертву в третью подворотню, у Зверя не останется: дальше начинается широкая улица с частыми фонарями.
Как только Зверь затаскивает Пчёлку, наш наблюдатель подаёт сигнал: вой собаки. Дальше мои люди выскакивают из бочек, спрыгивают с крыш и вяжут душегуба. Кажется, я ничего не забыл?
– Ничего, - кивнул господин Россо.- Только мы упустили два маленьких, но важных нюанса. Первый: как Зверь в темноте рассмотрит рыжие волосы Пчёлки. Это я легко исправлю, разведя дополнительные огни, якобы чтобы облегчить погрузку “Черепахи”. А почему неместная женщина вдруг решила прогуляться по незнакомому городу ночью? Ни одна нормальная особа так не поступит! Я бы насторожился на месте Зверя.
– Чёрт… - ругнулся Джузеппе.
– Недодумали!
– Значит, ей нужен проводник, - предложила я.
– Но так как особа жутко склочная, она через сотню метров умудрится разругаться и с ним. Проводник уйдёт, а Пчёлка, психанув, продолжит свой поход до гостиницы. Ну, а чего ей ещё остаётся делать, если ни экипажа, ни провожатого нет? Да и идти по тёмным переулкам недолго - минут пятнадцать, не больше. Но дорогу Пчёлка обязательно должна демонстративно спросить у кого-нибудь из наших подсадных, чтобы действительно выглядеть пришлой дурочкой и ещё раз обозначить свой маршрут для преступника.
– Пусть будет так. Пошлём к ней человека рассказать об этом - кивнул Марко.
– Ещё у кого-нибудь есть замечания?
Все отрицательно покачали головами.
– Тогда, господа и дама, предлагаю всем нам вздремнуть перед бессонной ночью. А то ведь от усталости и проспать случайно Зверя можем.
Ага! “Проспать”! Да я вообще могла не просыпаться! Перед самым отъездом на операцию сволочной Ищейка заманил меня в подвал и запер там! Ещё и извинился, гад, через дверь! Мол, если вдруг что-то пойдёт не так, то не хочет, чтобы я участвовала в погоне за маньяком. А то, что первая ломанусь за сбежавшим Зверем, он нисколечко не сомневается!
По его милости я пропускала операцию, план которой сама же и придумала! От такого жестокого коварства и вселенской несправедливости хотелось разнести всё в подвале к едрёней фене. Но… Жалко стало. Всё ж денег стоит. Поэтому я укуталась в заботливо приготовленную этим мерзавцем шерстяную накидку и стала мысленно придумывать новый план. План мести для Марко и Люции, которая наотрез отказалась открывать дверь. Ещё одна предательница!
Сама не заметила, как уснула.
Лязг в замке заставил открыть глаза. Увидев Ищейку, я сначала хотела повыцарапывать глаза его бесстыжие, но любопытство пересилило праведный гнев.