Змей книги бытия
Шрифт:
Маркиз де Сент-Ив в своей книге, замечательной во многих отношениях, прославляет то, что он называет Миссией Тамплиеров.Он приветствует в них ортодоксов традиционного эзотеризма, представителей социального мира, основателей и вдохновителей тех Генеральных штатов— подлинной попытки синархии, — которые в течение всей нашей истории были бесстрашным и умеренным органом народных требований и напоминали громкий, непреклонный и почтительный голос, исходивший из самих недр нации.
Если дело обстоит так, то Генеральные штаты Тура (май 1308 года) совершили «отцеубийство», отрекшись от Храма и предав Тамплиеров ярости их палачей. Впрочем, со своей обычной лояльностью, г-н де Сент-Ив сам заявляет об этом неопровержимом факте, который станет для поверхностных читателей камнем преткновения его гипотезы:
428
La France vraie, Mission des Francais,Paris, 1887, 2 vol. in-18.
Это не имеет значения. Нам известны примеры того, как сын следует традициям отца, после того как осуждает его; и как творец продолжает жить в своем творении, после того как умирает из-за него. И, чтобы не ходить далеко, св. Петр, трижды отрекшийся от своего учителя Иисуса Христа, стал, тем не менее, первым главой Христианской церкви. Поэтому мы не будем выдвигать подобные аргументы против знаменитого «апостола Миссий».
Каким бы возвышенным ни был отстаиваемый им тезис, нам хотелось бы, для того чтобы сделать его приемлемым, увидеть, что он основан хотя бы на одном достоверном историческом факте. Не вступая в дискуссию в этой области, мы скажем, почему в сфере чистой метафизики этот тезис представляется нам по меньшей мере рискованным.
Рыцари были хранителями общественной и религиозной доктрины. Это исторический факт. Но какой доктрины?
Невозможно обосновать то, что Храм обладал ортодоксальной традицией. Этот знаменитый Орден догматически «запятнан» манихейством. Миньяр, в частности, сопоставил неопровержимые доказательства, подтверждающие это мнение. Эмблематические фигуры, рельефно высеченные на каменной шкатулке из Эссаруа, вещественном доказательстве [429] (среди множества других), которое он детально рассматривает со всей компетентностью и проницательностью, не оставляют никаких сомнений на этот счет. Непристойный мистицизм, свойственный этим диархическим символам, похоже, отличается вполне типичным характером, для того чтобы служить объединяющей чертой, в данном случае, между двумя крупными претензиями, предъявлямыми Тамплиерам: манихейской гоэтией и нечестивым развратом.
429
Продолжение монографии о шкатулке герцога де Блака, или Preuves du Мапгcheisme dans VOrdre da Temple, par Mignard. Paris, 1853, grand in-4, fig.
Мы включаем в обвинение Тамплиеров только манихейство. Этого более чем достаточно для того, чтобы отказать им в традиционной доктрине триединого, математического синкретизма, или (как превосходно окрестил ее г-н де Сент-Ив) в синархической традиции.
Исконная, абсолютная вражда двух несовместимых принципов — такова суть манихейского догмата; она исключает синархический Тернер и Монаду, из которой эманирует этот Тернер.
Манихейство — это радикальное отрицание принципа возвращения к Единству. Попробуйте создать синтез на подобной основе! Несбыточная мечта: всё равно что пытаться отстроить Вавилонскую башню…
Тамплиеры, как мы сказали, не считались простыми еретиками.
Помимо обвинения в манихействе — несовместимого, по нашему мнению, с собственной доктриной г-на Сент-Ива, которую он великодушно им приписывает, — рыцарям инкриминировали черную магию и содомию.
Это были преступления, каравшиеся смертной казнью в судебной практике средневековья. Впрочем, какими бы тяжкими ни казались они судьям XIV столетия, они были лишь видимостью, на которую ссылались, и поводом для государственного переворота 1307 года. Это следует особо подчеркнуть. Какая прекрасная возможность для короля Франции и для папы, его ставленника, одним махом уничтожить могущество этих гордых защитников трона и алтаря, в сотню раз более опасных, нежели самые заклятые враги, и какой естественный предлог, для того чтобы разделить между собой оставшиеся после них чудесные трофеи!
Уже с давних пор преемник св. Петра и наследник Гуго Капета подготавливали этот мастерский удар [430] ;
они ждали лишь благоприятного момента, чтобы действовать сообща…И этот момент, наконец, настал. Несколько официальных доносов, написанных, в том числе, двумя Тамплиерами-отступниками, позволили ударить неожиданно и поймать всех рыцарей в одну и ту же сеть. Сети были расставлены в ночь с 12 на 13 ноября 1307 года, когда все наместники и должностные лица при короле получили в запечатанном конверте роковой приказ.
430
Благодаря покровительству Филиппа Красивого Бертран де Гот, архиепископ Бордоский в 1300 году, взошел в 1305 году на папский престол под именем Климента V. Чтобы добиться расположения монарха, будущий папа должен был подписать под присягой шесть определенных условий, последнее из которых, хранившееся в тайне, обязывало его стремиться к уничтожению Тамплиеров, вплоть до упразднения Ордена.
Это означает, что протесты Климента V, столь вялые и явно сделанные для вида и в назидание публике, были, с его стороны, лишь гнусной комедией. Это хорошо видно по той поспешности, с которой он затем всё одобрил после мнимого расследования в Пуатье.
Ранним утром Тамплиеры были арестованы по всей Франции, а на их имущество наложен секвестр. В Париже сто сорок рыцарей были брошены в тюрьму; с ними обращались с непривычной суровостью. Еще никогда допросы не велись с таким «пристрастием». П. о. Эмбер, инквизитор веры, руководит ими с помощью комиссаров, назначенных королем. Во главе их стоит Гильом де Ногаре, холерик, фанатизм которого граничит с манией.
В провинции инквизитор передоверяет полномочия церковным комиссарам, и начинаются допросы.
Из всех дел, возбужденных против этих несчастных, до нас дошло лишь восемь подлинных донесений: из Кана (где тринадцать Тамплиеров были брошены в тюрьму); Понде-л’Арша (десятьТамплиеров); Каора (семь Тамплиеров); Каркассона (шесть Тамплиеров); Бокера (сорок пять Тамплиеров); Труа (пять Тамплиеров); Байё (пять Тамплиеров) и, наконец, Бигора (одиннадцать Тамплиеров).
В Кане обвиняемым пообещали полное помилование; тем не менее, непокорные рыцари подверглись пыткам.
Пока расследуется это дело, Филипп Красивый призывает других властелинов Европы подражать ему в его суровости.
Германия не спешит откликаться на его призыв; но Сицилия, Италия, Кастилия, Англия и Арагон следуют примеру Франции [431] . Фландрия проявляет меньшую суровость. На Кипре могущество Ордена делает задачу преследователей трудной и щекотливой: Амаврий, регент королевства при молодом Гуго IV, вынужден отложить репрессии ввиду угрожающей позиции рыцарей, укрепившихся в Нимове.
Процесс повсюду затягивается, признания сменяются отпирательством: секретари суда несколько раз изменяли показания — отсюда долгие, нескончаемые разбирательства.
431
Мы говорим пока только об арестах и процессах: поскольку в некоторых случаях последние заканчивались оправданием рыцарей, как, например, в Равенне, Майнце и Саламанке (1310). Но каковы бы ни были эти индивидуальные приговоры, Орден, упраздненный Церковным собором 1311 года, перестал существовать повсюду, по крайней мере, открыто и под своим подлинным названием. В Португалии на его обломках возник Орден Христа.
В Арагоне гордые Тамплиеры организовали вооруженное сопротивление, имевшее определенный успех…
Тем временем, под давлением короля Франции, напоминающего ему о его обязательствах, папа издает одну за другой буллы с целью ускорить развитие событий; он провозглашает целых шесть булл подряд (1308). Новые процедуры, порученные епископам, тоже не приносят никаких результатов. Созываются провинциальные соборы…
Но мы не можем перечислять все эти подробности.
Короче говоря, папа Климент V выпускает в 1310 году последнюю буллу, призывающую к окончательному суду над Тамплиерами. Небольшое число отрицало свою вину; другие сознались; некоторые, как я уже говорил, отказались от своих показаний. Соборы в Сансе и в Реймсе разделили обвиняемых на четыре категории: одни (1-й, 2-й и 3-й классы), раскаявшиеся и возвращенные в лоно Церкви, отделались церковным покаянием или пожизненным заключением; других, объявленных вероотступниками (4-й класс), передали светским властям, и начались казни.