Зверь

– Мы можем пройтись отсюда до центральной части кампуса, - Билл наматывал на шею шарф, который снял в кофейне.
– И ты покажешь мне, где все это случилось.

Захлопнув дверцу, Джо нахмурилась. Волоски на ее шее становились дыбом, как солдаты, которым скомандовали подъем, и она посмотрела на чернеющие окна. Но бросьте, разве все эти разговоры о вампирах у кого-то не вызовут всплеска адреналина?

– Ты идешь?

– О, ага, - она подошла к нему и ощутила абсурдное желание, чтобы он обладал телосложением Скалы⁶⁴ , а не парня из «Теории большого взрыва»⁶⁵ .
– Так вы знакомы со школой?

– Моя мать училась здесь.

«Как тесен мир, - подумала Джо.
– Моя тоже».

Под ногами шуршала влажная листва, а вот опавшие ветки приходилось перешагивать. А когда они достигли конца асфальта, между газоном и парковкой уже не было разницы в количестве валяющегося хлама.

– В каком году?
– спросила Джо, засовывая руки в карманы пальто.
– Выпустилась ваша мать, я имею в виду.

Черт, у них даже фонариков нет. Только телефоны.

Но опять-таки, луна над их головами светила ярко, и на темном холодном небе не было ни облачка.

– В восьмидесятом.

– А когда закрыли школу?

– Где-то в конце девяностых. Не знаю, кто теперь владеет землей, но это та еще собственность. Я хочу сказать, почему никто не привел ее в порядок?

– Экономически нерентабельно. Во-первых, зонирование здесь некоммерческое, а во-вторых, какие-то из этих зданий наверняка в реестре исторических ценностей, так что их нельзя перестраивать для повторного использования.

Билл посмотрел на нее.

– Я и забыл... ты работаешь в агентстве недвижимости.

– В следующем месяце будет два года.

– Так где, говоришь, ты училась? Ты ведь училась?

Колледж Уильямс. Английская литература с уклоном в американскую историю. Принята в магистерскую программу Йеля по английскому языку, но не смогла оплатить счет за обучение.

– Да так, неважно, - она посмотрела на Билла.
– Откуда вы знали, где парковаться?

– Я приезжал сюда подумать, когда учился в Нью-Йоркском университете Колди. Мама рассказала мне об этом месте, и однажды я просто приехал сюда на велике, посмотреть. Я уже давно сюда не возвращался.

Они прошли вдоль здания, и, как он и описывал, перед ними раскинулось открытое пространство кампуса, которое - да, опять-таки, - было завалено ветошью.

– Иисусе...
– произнес Билл.
– Какого черта?

– Колдвеллская версия кругов на полях, да?

Билл пошел вперед, она последовала за ним, держась на расстоянии... пока ей не пришлось остановиться и обернуться.

За ними наблюдали. Она знала точно.

– Эй! Подождите, - позвала она.

Когда она побежала и нагнала его, Билл сказал:

– Мне нужно вернуться сюда днем с камерой.

– Возможно, сейчас нам лучше уехать...

– Посмотри на тот склад вон там, - он указал вперед.
– Его крышу точно сорвали.

– Знаешь, если хорошенько подумать, днем приехать будет лучше. Я хочу сказать, тут толком ничего не видно...
– она принюхалась.
– Это сосна?

– От сломанных балок. Эти повреждения свежие.

Действительно, шагая дальше по обломкам, она поднимала куски расщепленного дерева, и все разломы были свежими, желтыми там, где выглядывали старые доски. И куски битумной кровли валялись повсюду вокруг сарая без крыши, усеивая примятую землю...

Нога Джо зацепилась за что-то, и она упала набок, подвернув лодыжку. Когда земля кинулась ей навстречу, девушка выставила руку и извернулась, спасаясь от падения лицом в грязь.

– Какого черта?
– прошептала она, оборачиваясь на то, обо что споткнулась.

Это был не след. Гигантский след. Нет-нет.

– Ты в порядке?
– Билл протянул руку... и тут же отвлекся на то, что она заметила.
– Что это?

– Я в порядке, но понятия не имею, - она встала самостоятельно и отряхнула брюки.
– Это только мне кажется, что все это напоминает Скуби Ду для взрослых?

Билл достал телефон и сделал несколько снимков со вспышкой. Проверив, что получилось, он выругался.

– Нет, нам точно нужно вернуться при свете дня.

Джо присела на корточки и осмотрела вдавленный след на земле с помощью фонарика на телефоне. Отпечаток был глубоким и смазанным с края, как будто то, что его оставило, отталкивалось на бегу.

Билл покачал головой.

– Твой приятель... Дуги, кажется, так его зовут... у него есть ресурсы?

Джо подняла взгляд.

– Хотите сказать, мог ли он заплатить за инсценировку этого?
– репортер кивнул, и она невольно рассмеялась.
– Ему едва хватает на марихуановые перекусы. Нет, он не делал этого, и насколько я знаю, он не знаком ни с кем, кто мог бы такое устроить.

– Возможно, это оставил трактор, - Билл тоже присел.
– Выезжал наружу.

«Даже близко не стоял», - подумала она.

– Но что тогда насчет крыши?
– Джо кивнула на четыре стены без верха.
– Не ветром же ее сдуло - недавно шел дождь, но далеко не торнадо. И как же взрыв? Ничего не обгорело, дымом не пахнет, если вы предполагаете, что это бомба.

Билл пристально посмотрел на нее.

– Хочешь быть журналистом-расследователем, когда вырастешь?

– Мне двадцать шесть. По всем параметрам я уже выросла, - хотя проживание с Дуги и подобными типами немного портило это утверждение.
– Нам правда стоит...

Когда она замолчала, Билл осмотрелся.

– Что?

Джо всматривалась в тени, и сердце ее начинало бешено колотиться.

– Слушайте... думаю, нам пора. Правда... Правда, думаю, нам пора.

– Куда... делся мой дом?

Когда Битти задала вопрос с заднего сиденья, Мэри наклонилась вперед на своем месте - как будто перемена позы могла изменить пустое пространство, на которое она смотрела.

– Мы в том месте?
– Мэри выбралась из машины и придержала сиденье, чтобы Битти могла присоединиться к ней.
– Возможно...

Рейдж покачал головой, глядя на них поверх крыши автомобиля.

– GPS говорит, что мы приехали по нужному адресу.

«Черт», - подумала Мэри.

– Там была клумба с плющом, - девочка закуталась в пальто.
– Ее мамэн посадила. И яблоня. И...

Дом, должно быть, был признан непригодным для жилья и его снесли, решила Мэри, потому что ничего не осталось, ни кучи расщепленных досок, ни покрытых углем камней от дымохода, лишь сорняки и побеги деревьев, которыми здесь все заросло. Начало подъездной дорожки выжило, но и оно отступало под натиском растительности.