Детективы

— Во всяком случае, — заявила Джоанна, — я смотрюсь в деревне неплохо. Я критически оглядел ее и не счел возможным согласиться. — Нет, — сказал я, — ты одета неправильно. Ты должна носить старую причудливую твидовую юбку с хорошеньким кашемировым джемпером, подобрав их под пару… но, может быть, предпочтительнее…

Так рассуждал капитан Кольцов, чтобы не прорвались наружу боль и обида, потому что в глубине души он все-таки прекрасно понимал: ставить его, оперативника с огромным опытом (и, между прочим, с юрфаком Ленинградского университета за плечами), участковым — это все равно, что микроскопом гвозди заколачивать……

Головной трейлер мигнул тормозными огнями, замедляя ход. Караван, преодолевая инерцию, начал смыкаться, сокращая дистанции, напирая всей массой на голову колонны и маленькую яркую "мазду", - будто стадо буйволов занимало оборонительную позицию, встретив опасного зверя. Раздался хлопок, и…

– Я расспрашивал о вас, мистер Джексон, – сказал он, изучая меня своими крошечными глазками. – Я слышал, что вы действительно заслуживаете внимания. В свой последний визит лейтенант Редферн говорил мне примерно о том же, правда, в более грубых выражениях. Я ничего не сказал на это, выжидая и удивляясь,…

Я прервал излияния Леоры. Она знала Билла только три года и не видела, каким он был до смерти матери. Я не мог осуждать Билла за то, что было виной Фелиции. — Хорошо, Леора,— похлопал я ее по плечу.— Когда он придет, впустите его. Это все, что я от вас хочу. А я приму ванну. — Пустить его? Конечно,…

  Где-то залаяла собака. За переплетом окна, в искаженном свете казавшимся перекошенным, цикада начала резать тишину своим пиццикато. К западу от церковного шпиля в отчистившемся от туч небе засияла луна, похожая на венецианский золотой дукат. Донован, лежа в полутьме, не сводил с неё глаз. Цвет ночного…

Надзиратель кашлянул. – Как насчет последнего желания, Варен? – спросил он все тем же невыносимо фальшивым, преувеличенно бодрым голосом. Верно, у него есть право на последнее желание. Как он мог забыть? – Я бы хотел… Он запнулся. Сто шагов отделяют его от смерти – сто шагов и всего лишь несколько…

– Мам… Это все-таки очень опасно. – А что ты предлагаешь? Она разведется с тобой, и ты останешься на улице! Я, конечно, приму тебя, но зачем такие жертвы? Еще и деньги ей за машину заплатишь! А так – детей у вас нет, кому она нужна, чтобы копаться в ее смерти? Каждый день людей убивают, тоже мне –…

— Ты слышал? — спросил он своим гнусавым голосом. — Говорят, шериф Лейверс был не против, когда его бюро превратили в курилку, но когда он увидел, что его секретарша во время перерыва пьет кофе в чем мать родила… — Угу, — с серьезным видом кивнул Бэннистер. — Из-за таких штучек у бюро шерифа скверная…

– Основной шрифт абсолютно не в тему! Почему здесь совершенно нет агрессии, текст весь какой-то бледный и жалкий? И это твой наглый призыв к действию?! Скажи честно – эти слова у тебя рассчитаны на дистрофиков? Это горячее предложение для богатых и здоровых людей или же ты делал недвусмысленное объявление…

Мне это предложение показалось достойным, но на улице было так холодно, что у меня начинались судороги, и я решил ходить кругами, чтобы согреться. Воплощая эту задумку, через несколько минут я заблудился. Как копы смогут арестовать меня, если я потерялся? Логично было бы попробовать поискать их самому.…

– Ты думаешь, это как-то связано с Максимильяном? – Теперь физиономия Димки выражала сомнение. А еще беспокойство. Он беспокоится за Бергмана, а на меня ему, похоже, плевать. Я что, ревную? – Ворон – вестник несчастья, – усмехнулась я. – Тебя это беспокоит? Появление птицы, я имею в виду? – Ты меня…

В передовом дозоре на данный момент шел прапорщик Вадим Елисеев. По основной специальности он был стрелком, но ввиду того, что срочную отслужил сапером, в группе ему часто приходилось иметь дело с минами и различного вида взрывчаткой. Вадим – ровесник капитана Гурьева и единственный среди бойцов, успевший…

Какие чувства рождает неудача? Горе или отчаяние? Она не знает ответа. Очень часто горе и отчаяние прорастают друг в друге. В дверь больше не стучат, но она знает, что он будет стоять на пороге в терпеливом ожидании. Понимая, что она растягивает удовольствие предвкушения. Впрочем, как и он. Она в…

– Да, помню, – ответил я, смягчаясь. – Интереснейший случай. Я даже написал о нем нечто вроде повести под интригующим названием: «Этюд в багровых тонах». – Я видел вашу повесть, – без энтузиазма покачал головой Холмс. – И, должен признаться, не могу поздравить вас с успехом. Расследование преступления –…

– Каким образом, мистер Холмс, могли вы все это узнать? – спросил он. – Откуда вы знаете, например, что я занимался физическим трудом? Да, действительно, я начал свою карьеру корабельным плотником. – Ваши руки рассказали мне об этом, мой дорогой сэр. Ваша правая рука больше левой. Вы работали ею, и мускулы…

Кира вздрогнула и невольно вскочила на ноги. Пригревшийся у нее на коленях Фантик слетел на пол с недовольным фырканьем. Безобразие! Разве так полагается обращаться с привилегированными домашними любимцами?! Нет, ей, Кире, еще очень далеко до идеальной хозяйки, всецело посвящающей себя заботе и уходу…

– Дама… – продолжил Сергей. – Но, кажется, она еще не пришла. – Столик на двоих? – спросила администраторша и, цокая платформой, двинулась в глубину зала. Она подвела Дуло к большому панорамному окну, возле которого стоял сервированный стол. Пока Сергей выдвигал стул и садился, к нему подошла официантка,…

Мили боже, това беше истински кошмар: седеше в средата на залата и не разбираше и дума от онова, което говореше професорът. Кой би допуснал, че могат да се напишат четиристотин стиха за някаква откачена пуста земя? Като стана дума за „пусто“, чувстваше главата си като натъпкана с памук. Това не му беше…

Все эти мысли вихрем промелькнули у меня в голове. Платформа была набита битком. С противоположного перрона поезд уже отходил, а огни моего поезда, идущего из центра, уже показались из туннеля. Старичок повис на мне, заглянул куда-то мне через плечо, и вдруг боль на его лице сменилась нескрываемым ужасом.…