Детективы

Ладно, пора идти ужинать. Мама меня зовёт. Завтра с утра работа, будем тестировать новую броню в лаборатории. Глава 2: Хлопоты 17 мая 2280 года Коперник -3. Крепость «Суворов» 20 час 09 мин В общем, ничего у нас не вышло. Совсем ничего. Новые бронекостюмы оказались: а.)…

— Это факт. — Не беда, подтянем. — В «Пегасе»? — Не иронизируй. Там такая штучка обслуживает… — Боря, я постарел больше твоего. Это запеленгуй сразу. — Боялся, но учел. Думаю, не смертельно. А «Пегас» — это кафе в бывшем Доме творческих союзов. — Почему бывшем? — Почти. Что-то там бывшее…

Она постоянно приходила в восемь пятнадцать. И дядя сделал ей предупреждение, старательно отводя глаза от бейджика, уютно разместившегося в ложбинках ее белой блузки. Но она халатно к этому отнеслась. И продолжала появляться позже восьми. Я видел ее заплаканные глаза и капельки слез, делавшие ее…

Некоторое время парни молчали. Потом Вова нервно хохотнул и сказал: — Так понимаю, ты не шутишь. — Нет, — ответил я. — Кстати, по деньгам поднимете гораздо больше, чем рассчитывали. — Сколько? — уточнил Вова. — По десятке на каждого. Саня присвистнул. — Так. Ты скажи главное: что с руководством?…

Или разрыдаться. Не выберет, конечно. За дверью стояли такие девушки, что против них Варя была как грязный потрепанный воробей в стане кошек, которые лоснились от ухоженности и лоска. Для Лекса выбирали самых лучших — все словно модели. Длинноногие, с такими фигурами, что можно сразу на разворот…

Даше казалось, что попала в страшный сон, сейчас откроет глаза и проснётся в ночи, где одуревшая от счастья, занимается любовью с самым лучшим мужчиной на свете. Она прижимала руки к груди. Слёзы потекли из глаз, хоть давала себе слово не плакать. Понять бы, в чём её обвиняют и тогда решить, что делать.…

«Благодать» выталкивает роман о Великом голоде в пространство еще более насыщенное и странное. Как писатель Линч неповторим. Его стиль смел, грандиозен, он зачаровывает. Линч стремится воздействовать сильно, подступаться смело к масштабным идеям. Цитируя Мелвилла, он – из тех писателей, кто осмеливается…

Роман всегда просыпался раньше сына, так что о его бессоннице Виктор не догадался бы. Приготовление завтрака не напрягало старшего из Милютиных, а успокаивало. Знакомые действия и ароматы еды дарили иллюзию дома, нормы, уюта даже… Все хорошо. Все под контролем. Никаких мертвецов не было, все они остались…

– Конечно. Можно и по частям. А можно и натурой. – Как так? – Она все-таки была очень непонятливым человеком для занятий подобного рода. – Ну, натурой. За каждый часик будем снимать с тебя десятку, – заулыбался незнакомец. – Нет, – решительно сказала она, как будто действительно собиралась работать…

Мэри?.. Это имя внезапно пришло в голову, как будто все это время дожидалось своей очереди в скрытых тайниках его памяти. Мэри О'Брайен. Разумеется, сейчас ее зовут по-другому. Ведь она замужем. За кем? Как же его звали?.. Если он когда-то и знал, то сейчас напрочь забыл это имя. Да и какая разница…

Она резко развернулась и ушла в кабинет, оставив горничную в полном недоумении. Маргарита Федоровна понимала, что Анжела тут ни при чем, но ей необходимо было дать выход своим эмоциям – ярости, гневу и, чего греха таить, страху. Железная леди была напугана, как школьница в ночных трущобах. Она слышала…

— Ну, козел, ты попал! — прорычал Славик, остановившись перед дверью. — Мимо меня ты не пройдешь! Теперь тебе всю жизнь придется на лекарства работать! Из-за двери донеслось невнятное бормотание. Едва за торговым агентом закрылась дверь туалета, с ним произошли удивительные превращения.…

— Слушай, мне жутко некогда! — отмахнулась Катя, и Ирина изумленно вылупила глаза. Чтобы Катька отказалась от еды? Да они с Жанной, третьей их подругой, чего только не делали, чтобы заставить Катерину не есть столько сладкого и вообще есть хоть чуть-чуть поменьше, предрекая, что если так будет продолжаться,…

В правой руке у него щелкнул выкидной нож. Антон бросился к смельчаку, одновременно убирая корпус от летевшего в живот лезвия. Мгновение, и запястье нападавшего схвачено левой рукой. Удар по внешней стороне кисти, и нож упал. Наркоман не успел моргнуть, как Антон двумя руками крутанул его предплечье…

– Я… и… не считал, – резко заметил он и тут же про себя добавил: «Уж этот мистер Шерингэм! Пропади он пропадом!» – О! Я подумал, что вы, должно быть, заранее подсчитываете добычу, – произнес мистер Шерингэме, не вынимая огромной трубки изо рта. – А какой ваш рекорд, Уильям? Я полагаю, он насчитывает…

– Прекрасно, – ответил я и сел на нечто напоминающее образчик мебели в стиле «Американа». – Никак не надеялся вернуться так скоро в Санта-Байя – в последний раз я был здесь около шести месяцев назад. – В самом деле? – Мне это любопытно, – честно признался я. – Обычно я работаю поблизости от нью-йоркской…

Вспомнив вновь о своей значимости и возможностях, Антон Бенедиктович не на шутку осерчал, треснул кулаком по столу и стал медленно приподниматься со своего места. – Не советую, – сухо сказал незнакомец. – Сядьте, Антон Бенедиктович, и успокойтесь. Давайте поговорим, как цивилизованные люди. Поверьте,…

– Не мог бы господин пассажир открыть мне дверь, чтобы позволить возвратить ему паспорт? Произошедший инцидент сделал Юбера осторожным. Он снова сунул руку под подушку и вытащил свой «люгер». Затем, прижавшись спиной к стене, отодвинул левой рукой задвижку, включил свет и улыбнулся проводнику, спрятав…

– Начну сначала... Неделю назад Франц Халлейн, наш постоянный агент в Триесте, узнал от своего друга журналиста, что один бывший немецкий ученый, выдворенный из Египта, прибывает в свободный город Триест. Этот ученый якобы сконструировал в Германии, незадолго до ее разгрома, первые летающие тарелки.…

– Что ж, не забудь пригласить на свадьбу, коли таковая случится, – сказал Бофранк, собираясь. Аксель принялся благодарить, но конестабль его уже не слушал, размышляя о том, что завтра вновь придется вещать с кафедры о прелюбопытных вещах людям, каковым нет до них никакого дела. – …И не стоит думать,…