Прочие Детективы

– История, – сообщил Калев, добравшись до конца статьи, – выглядит следующим образом. У этой семейки было два дома. Точнее, имелась старая квартира на Нарва-манте. А теперь они еще построили себе дом. – Неужели журналисты так хорошо зарабатывают? – пробормотала Диана. – Я тоже задал себе этот вопрос, –…

– Это с какой стороны посмотреть, – сказал Теллер неопределенно. – То есть? – Понимаешь, работы много, и я целый день в театре. – Ну и что? – А то, что когда я в театре, дома меня, естественно, нет. Диана смотрела непонимающе, и Теллер повернулся к Калеву. – Скажи-ка, брат твой двоюродный…

Женщина, с которой сидел за крайним столиком Янус, была блондинкой, подозрительно напоминавшей уроженку Таллина или соседнего с ним города, возможно, таковой она и была, и даже не возможно, а точно, в чем супруги убедились, пройдя в непосредственной близости от парочки, за спиной Януса, который, правда,…

- Это ж надо, - горестно комментирует мой ответ «Есенин», - врет и не краснеет… Да, так вот. Пробили мы номер мобильника, с которого звонили. И выяснилось - не поверишь: мобила принадлежит председателю городского общества слепых. А жительствует он где-то на юго-западе. Каково, а? Кто же тогда звонил?…

– Смотришь, где батяню твоего угрохали? Поднимаю голову. Возле меня стоит дед в рыжей дырявой кожанке и донельзя заношенных брюках непонятного цвета, заправленных в кирзовые сапоги. На небольшой голове – лихо набекрень – офицерская полевая фуражка советских времен без кокарды и ремешка. Там, где…

– Мам, эта одежка у него – парадно-выходная. Само собой, в гардеробе деловых людей имеются костюмы для особо торжественных событий, но они солидные и дорогие. А данный конкретный мужик напялил на себя дешевое турецкое чудо, купленное, скорее всего, на вещевом рынке. – Не слишком убедительно, сынок.…

– Следить за ним будешь? – Ага, этого еще не хватало. Для таких дел сыскные агентства имеются. Когда деньги есть, все просто. Вот только противно, что чужие мужики будут наше грязное белье перетряхивать. – Послушай, Нинка. Сын моей знакомой служит в милиции, но недавно еще был частным сыщиком, шпионил…

Далеко шагать не приходится, метров десять. Дед Мороз подводит меня к мальчишке, который потерянно прислонился к мерцающей, сложенной изо льда стене. - Познакомьтесь. Вам есть о чем поговорить. Он растворяется среди толпы и электрического многоцветья. И вот уже слышен его густой, утробный, перекрывающий…

Началом операции британской спецслужбы послужил случай убийства чернокожего американскими полицейскими при задержании. К этому времени в МИ-6 уже была разработана операция и необходим был только повод, который всегда предоставляет жизнь. Поводом и послужил этот случай. Дальше уже был подключен алгоритм…

И вот я сижу у окна. Снаружи молоденькая парочка, прощаются. Кто-то из них сядет и поедет, а другой (да, Он, ибо поедет Она) останется. Представилась эта же нежно прощающаяся парочка, но уже убелённая сединами и изборождённая морщинами. Сохранят ли этот свой запал нежности? А возможно ли? Сел рядом…

От пота и волнения зачесался лоб. Двинув к нему руку, она застыла – калитка резко поехала в сторону. «Нет! Нет! Нет!». Отец тяжелело ступил во двор. Вера бросилась к сестре. Жаркая, липкая духота отступила. Холод стянул губы. – Выходи, Вика! Скорее! – кричала она, заскочив в ванную. Сестра молчала.…

Так мы и жили втроём. Я мама и Ни. Ни была очень запасливая женщина. Одна наша комната была обустроена под склад. Там, на длинных стеллажах, занимавших все стены, висела одежда на все случаи жизни. Консервы, гигиенические принадлежности и многое другое, не доступное простому советскому гражданину. Скажу…

…Однажды Бабьим Летом я шла по аллеям, а вернее, по аллее, ещё вернее, по тропинке Форт-Трэйон Парка. Тропинка эта, посыпанная гравием (похрустывающим под ногами), вела мимо каменной стены-барьера (с видом на Гудзон) к Клойстеру, старинному замку, историческому объекту и экономическому эмигранту из ЮгоЗападной…

Все охнули. Конечно, кто мог подумать, что эта пачка окажется именно в этой тумбочке. Кто мог подумать, что в этой пачке окажутся так много тысячных купюр. Наверное, там целый миллион. А может тысяча миллионов. Из-за этой пачки начались все эти разборки и позор. Прилюдные разборки. Прилюдный позор.…

«Нет, во флягах что-то другое, – ужаснула Мерцалова лихорадочная догадка. – Это чёрная икра». До него, далёкого от прозаической жизни человека искусства, доходили слухи о спекулянтах, браконьерах, о сбытчиках красной рыбы и чёрной икры. Но всё это не задерживалось в сознании, пролетало. В памятные даты…

На его маленьком, круглом и румяном как свежеиспечённый блин лице, было столько надежды, что Лиз почувствовала себя неуютно, чтобы скрыть это, она рассмеялась заранее заготовленным и отрепетированным требующимся в таких ситуациях смехом. Она снисходительно потрепала его по руке: – Палв, прости, пожалуйста,…

– Катя, ты здесь? И снова никто мне не ответил. Зато, когда я опустила глаза, чтобы посмотреть, что мешало мне открыть дверь, я увидела на полу человеческое тело. Только это, безусловно, не была Катерина. Это был мужчина. Он лежал на полу лицом вниз, как раньше говорили, ничком, и вокруг него расплывалось…

–Тебе ведь пофиг, да? –Ты про Большой Андронный Коллайдер или заговоры масонов? Никитин поморщился и сказал с насмешкой: –Про деньги. Мы все превратились из фрилансеров на подхвате в богатеев, не разменяв и тридцатника. Но тебе ведь пофиг, да? –Вовсе нет, я радуюсь нашим успехам. Странный какой-то…

Я вывел «Феррари» со стоянки и полетел в наш гараж на встречу с подельниками. Машина стрелой неслась по пустынной дороге, сверкая в ночи своими благородными контурами. Ход был великолепен, я пребывал в упоении… Возможно, я подсознательно ждал какого-то чуда (а как же иначе в такую погоду, в такой…