Прочий юмор

— Я не был бы так уверен. Последнее время я ощущаю нечто нехорошее, описать точнее не могу. Просто предчувствие насчёт Совета. — Они не посмеют нарушить Клятву, — ощетинилась Анора. — Согласен, — кивнул Маркус. — Тогда им придётся вернуть всё то золото и серебро, что я им уже передал. Последние три…

Вряд ли Иза была в курсе, какие еще дополнительные пункты включил ее муженек в свое «благородное» предложение. Я могла бы дрогнуть, если бы в договор не входила обязанность ублажать лорда Дантесоля по его первому требованию. Однако раскрывать Изольде глаза я не собиралась. Она либо мне не…

Тем обиднее было понимать, что из толпы его поклонниц я не выделяюсь – так же краснела под его взглядом, так же жадно всматривалась по время лекций. Правда, несколько контрольных и семинаров слегка улучшили мое положение – учебой я не пренебрегала, а потому отвечала правильно и без глупых запинок, чем…

С тонкими ножками, непонятно каким чудом держащие тяжелый, надутый живот. Тот едва-едва спасался в штанах и сорочке широким, шелковым поясом, замотанным в несколько слоев. В руках с кожей, нежнее, чем у детей, господин держал длинную трость с набалдашником в виде вороньей головы. Опирался на неё всем…

«Ты не идиотничай! Если взбредет обратиться в полицию или привести кого-то с собой, мы порежем эту бл*дь на куски! Сразу, как увидим кого-то кроме тебя! Уяснил, тупой сученок?! Чтобы был здесь не позже полдесятого! Все, сука! Это окончательный срок! Ни минутой позже!». Вот и чудесно, выиграл полчаса.…

— Пари? Это любопытно, — наблюдатель молниеносно просчитал в своей голове варианты этого состязания. — Что ж, я готов его заключить. В качестве ставки готов выставить свой исследовательский комплекс. Но если мой модификант сможет выдержать месяц в вашем мире, то в ответ я хочу получить зерно черной дыры.…

— Так… — пробормотал он. — Поднимай ребят. Но тихо. Чтобы ни одна мышь… — Да погоди… Я один пойду, а с тебя ОМОН. Ребята с ним пускай подтянутся. — Как это — один? Я повел плечом, мол, да что там разговаривать. — Боюсь, утечет инфа… Нет, я нашим верю… Но… Понимаешь, Валет всегда был на шаг впереди.…

Я уже перебежал за другую стойку, скрутив с металлического древка щётку. Провёл пальцем по краю древка. Дешёвка необработанная. То, что нужно. — Парень! — крикнул второй, тот, что Джим. — Твои родители у нас. Если сдашься, обещаю, мы возьмём тебя живым. И может быть, удастся с ними пообщаться. …

Потея от усилий, она попробовала снова, и боль была такой сильной, что перед глазами вновь вспыхивали звезды. С четвертой попытки ей удалось, и блок ножей с грохотом упал на край стойки. Теперь ножи торчали горизонтально и почти на уровне столешницы. Полная надежд, она повернулась к ним спиной и связанной…

Но привлек моё внимание не стол, а видный с моего места узкий проем, ведущий в глубину горы. Почему я решил, что вглубь? Потому что этот проем находился ровно напротив двери, наглухо закрывающей вход в пещеру в самом углу пещеры, рядом с печью. Возле четвёртой стены, полукруглой, стояла пара довольно…

Поэтому я смотрел на противоположный край воздушной пристани. Там как раз пришвартовывался небольшой дирижабль с парой неплохих пушек сверху и снизу. Простой, серый, без ярких гербов. И явно очень манёвренный. Такие любят контрабандисты и воздушные пираты. Его можно даже в лесу замаскировать, настолько…

А вот пятый депутат от Союза, Демьяненко Фёдор Петрович, сейчас не с нами. Он — человек в годах, старинный товарищ Власова, дослужившийся до полковника, и сейчас стоит где-то в сторонке, зацепившись языком с кем-то из своих бывших сослуживцев. Зная Демьяненко, можно не сомневаться — разговор затянется.…

— Алекс! Вот ты где! Как результаты? — на меня катился мой одногруппник Роберт Абрамов, он же Боб, он же Бобер. Именно катился, потому что ни с каким другим движением он не ассоциировался. Боб был толстым, громким, умным и очень добрым, а еще он был моим единственным другом, не считая профессора Симонова.…

— Сука, — Аскольд болезненно морщился, прижав к себе сломанную руку. Лишних движений он благоразумно не делал. — Сав, делай то, что он говорит! Его прокляли! Он сейчас может вытворить всё что угодно! Не провоцируй его! — П-понял… — Сав — это Савелий? — спросил я. — Д-да, — закивал паренёк, удерживая…