Сказки

Дураком или дилетантом, также восторженным энтузиастом тоже не выглядит — последние от реальности часто оторваны, в отличие от него. — Мне нужна ваша оценка, — его взгляд становится острее. — Субъективное, за ангажированное мнение конкретной персоны. Пожалуй, нужна — не совсем верное слово, — спохватывается…

— Сперва снова выпьем за успех! Перспектива покорить Германский рынок меня очень сильно будоражит, поэтому пьём снова за то же самое! Воронцов неодобрительно покачал головой, но молча чокнулся и осушил бокал. Вино с виноградников Варзухиных в самом деле было отменным. — Так что ты хотел? — спросил…

— Я бы посидел да поглядел… — Железяка вдохнул. — Руслан, пошли поможешь с управлением. Будет теперь что в барах рассказать. Тут он был совершенно прав! Настроение у всех поднялось. На сенсорах мы видели, как ксентари перестраиваются, поскольку с противоположной от них стороны появился превосходящий…

— Что там происходит? — сразу же спросил Бари. «А вот и оно нарисовалось!» — подумал про себя. — Второй раунд начался. Нападающие снова полезли, — ответил ему. — Это хорошо. В этот момент яркая вспышка осветила всё вокруг. Повернув голову, увидел, что бронетранспортёр взрывом подбросило вверх.…

У меня брови поползли на лоб. А папенька был не промах. Коброва, будто прочитав мои мысли, горько усмехнулась и добавила: — Да, отец у тебя был ещё тот кобелина, но красивый, этого не отнять. Девчонкам головы кружил без разбору. Мы с Машей Виноградовой тоже повелись. Она согласна была даже второй…

— У нас серьёзная фирма, и на нас давить бесполезно. Уже не раз пробовали. — Хорошо, как с ней связаться? — Вот её контакт. Она сейчас свободна, можешь поговорить с ней. И переключил меня на неё. — Привет, Солара. — Привет, Алекс. Рассказывай, что у тебя за проблемы. — Проблема с посредницей.…

Поэтому я смотрел на противоположный край воздушной пристани. Там как раз пришвартовывался небольшой дирижабль с парой неплохих пушек сверху и снизу. Простой, серый, без ярких гербов. И явно очень манёвренный. Такие любят контрабандисты и воздушные пираты. Его можно даже в лесу замаскировать, настолько…

– Возможно, стоило. – Тогда кто бы помогал оперировать вас, государыня? – Не пытайтесь разжалобить меня, князь! За оказанные услуги вы и ваши знакомые вознаграждены весьма щедро. Отвечайте по существу! Что сделала Ольга? – Вручила Елизавете Давыдовне жалованную грамоту, после чего отвела меня в…

Жуткий грохот и скрежет сходящих с путей вагонов раздавался рядом, но наше убежище осталось нетронутым. И я наконец-то выдохнул. Секунду или минуту мы втроем сидели тихо. Я прикрыл глаза и просто слушал мир за металлической броней. Магия сочилась сквозь щели в броне, и я призвал стихию Воздуха, чтобы…

Его глаза округлились от вспыхнувшего гнева. Я сдерживался, чтобы не рассмеяться в голос. Карта сыграла идеально. Будор пошёл на меня широкими шагами. В его глазах вспыхнул синий огонь. Члены его свиты спохватились слишком поздно и не успевали образумить своего господина. Он уже поднял руку, чтобы…

— Я буду писать письма, матушка, — передразнила я ее и оправила платье. Вновь надела перчатки, серые и изрядно поношенные, и вышла. Слуги сновали по дому, наводили порядок и подготавливали дом к новому дню. Господа завтракали в малой столовой, а мой путь лежал на кухню. Пару лет назад меня поймали…

— Комааарииин! — разносился вой над болотами. — Сдохни уже как мужик! Почему над болотами? Так сырость, чавкающая грязь при любом движении и этот вездесущий гнус, зудящий на грани восприятия. Вы не подумайте, я не жалуюсь. Зад у меня до сих пор припекает от воспоминаний и не только. Так что болото…

— Это не имеет смысла, генерал, — покачал головой мальчишка. Он прекрасно видел, что в показателях Гекаты ничего не изменилось. Избыток кристаллического материала наглухо блокировал любые попытки пробиться к сознанию девушки. Как она себя чувствовала, находясь в плену собственного тела, оставалось только…

Не успеваю поправить её локоны, как какая-то подружка, почти силой утащила «госпожу» в зал. А я, как приказано, примостилась на стуле в уголке и сижу, караулю хозяйские вещи. В полумраке меня и не видно. Из бального зала доносится красивая музыка, она успокаивает, заставляет улыбнуться, вот бы покружиться…