Чтение онлайн

ЖАНРЫ

Шрифт:

Кормилица

Тибальд, Тибальд, мой ласковый Тибальд, И лучший друг, какого я имела, Тибальд, такой честнейший господин!.. И дожила я до его кончины!

Джульетта

Какой на нас нанесся ураган? Ромео мой убит, Тибальдо умер! Мой дорогой кузен и мой супруг, Что мне еще дороже. Если так, Труби, труба, всеобщую погибель! Кто жив еще, коль этих двух уж нет?

Кормилица

Тибальд убит, его убил Ромео, И изгнан он.

Джульетта

О, Боже, неужели Тибальда кровь Ромео пролил?

Кормилица

Да. Злосчастный
день! да, да, он пролил, пролил!

Джульетта

Цветущее лицо, с змеиным сердцем! Скрывался ли в таком прекрасном гроте Когда-либо дракон? Злодей-красавец! Ты, ангелу подобный падший дух! О, ворон злой, но в перьях голубицы! Свирепый волк во образе ягненка! Тварь гнусная с божественным челом! Контраст всему, чем кажешься ты с виду! Святой в грехах, в почете негодяй! О, что ж тебе, природа, остается Творить в аду, когда ты духу зла Дала приют в раю столь нежной плоти? Видал ли кто столь чудный переплет На книге с столь позорным содержаньем? Как мог обман подобный обитать В таком дворце роскошном?

Кормилица

Нет в мужчинах Ни совести, ни честности, ни правды; И все они лгуны и лицемеры: Никто из них не соблюдает клятв. Где мой слуга? – Подай мне aqua vitae [456] . Несчастие такое, это горе До времени состарило меня… Позор тебе, позор тебе, Ромео!

Джульетта

Пусть волдыри покроют твой язык, За эту брань. Не на позор Ромео Родился в свет, и на его чело Бессовестный позор взойти стыдится: Оно есть трон, где восседает честь, Единая властительница мира. О, что за зверь была я, что его Бранила так!

456

Живая вода (лат.). Здесь: водка.

Кормилица

Но неужели хвалит Того, кто был убийцею кузена?

Джульетта

Могу ль о нем я дурно говорить? Он мой супруг. – Мой бедный муж, кто имя Твое добром помянет, если я, Твоя жена не больше трех часов, Его уже так истерзать успела? За что ж убил, негодный ты, кузена? За то, что он, негодный мой кузен, Хотел убить тебя, мой муж. Прочь слезы Безумные, вернитесь к своему Источнику: вы – данники печали, И счастью дань ошибкой принесли. Живет мой муж, которого Тибальдо Хотел убить, а сам Тибальдо умер… Все радость тут; из-за чего ж я плачу? Но слово здесь я слышала одно, Что хуже, чем Тибальда смерть: убило Оно меня, и позабыть его Желала б я; но в памяти моей, Увы! оно настойчиво гнездится, Как тяжкий грех у грешника в уме. Тибальд убит, а мой Ромео изгнан! И это «изгнан», только слово «изгнан» Убило мысль о тысячах Тибальдо. Тибальда смерть – достаточное горе, Хотя бы все несчастье было в ней. Но ежели, сообщество любя, Беда с бедой должна соединяться, То почему за вестью, что Тибальд Убит, тотчас не сказано мне было, Что мой отец иль мать моя, иль оба Скончалися они? Такое горе Я выплакать могла бы. Но сказать — «Тибальд убит» и вслед за тем прибавить: «Ромео изгнан» – значит умертвить Отца и мать, Тибальдо и Ромео, И самую Джульетту, – всех убить! Ромео изгнан! Ужасу сих слов Нет ни конца, ни меры, ни предела, — Их бедствия нельзя изобразить. Где мать, отец?

Кормилица

Рыдают над Тибальдом. Ты к ним пойдешь? Я провожу тебя.

Джульетта

Нет, путь они слезами омывают Там раны у покойника, а я Об изгнанном Ромео буду плакать, Когда уже просохнут слезы их. Возьми веревки. – Бедные веревки, Обмануты вы так же, как и я: Ромео изгнан, путь к моей постели Устроил он из вас, но я, девица, Так и умру девицею-вдовой. Кормилица, пойдем, возьми веревки, Хочу я лечь на брачную постель. Ромео мой не посетит ее, Пусть смерть возьмет
девичество мое!

Кормилица

Иди в свою ты комнату, а я Найду его, чтобы тебя утешить. Я знаю, где он. Слушай, твой Ромео Здесь будет в эту ночь; пойду к нему — Скрывается он в келье у Лоренцо.

Джульетта

Иди, иди, отдай ему вот это Кольцо; скажи, чтоб он пришел проститься.

Уходят.

Сцена III

Келья монаха Лоренцо.

Входят Лоренцо и Ромео.

Лоренцо

Ну, выходи, Ромео, выйди трус; Печаль в твои достоинства влюбилась, И с бедствием повенчан ты.

Ромео

Отец, Что нового? Чем герцог порешил? Какое мне грозит знакомством горе, Которого еще не знаю я?

Лоренцо

Мой милый сын, ты слишком хорошо Знаком и так с угрюмою печалью. Известие о приговоре принца Тебе принес я.

Ромео

В чем он состоит? Не в смерти ли?

Лоренцо

Он не на столько строг: Ты присужден не к смерти, а к изгнанью.

Ромео

К изгнанию? Будь милостив, скажи, Что к смерти: мне страшней гораздо ссылка; Не говори ты мне о ней, отец.

Лоренцо

Ты изгнан лишь отсюда, из Вероны; Не унывай: обширен Божий мир.

Ромео

Вне стен ее нет никого мира; Там мука лишь, чистилище и ад. Изгнание отсюда есть изгнанье Из мира, а изгнание из мира Есть та же смерть, с названием другим, Неправильным; и называя смерть Изгнанием, ты голову мне рубишь Секирою из золота, следя С улыбкою за гибельным ударом.

Лоренцо

О, смертный грех – твоя неблагодарность! Проступок твой, по нашему закону, Смерть заслужил, но добрый герцог наш, Из милости к тебе, закон нарушил, И приговор он смертный заменил Изгнанием. Большая это милость, И этого не понимаешь ты!

Ромео

Мученье, а не милость; небеса — Здесь, где живет Джульетта. Каждый кот, Собака, мышь, последнее творенье Ничтожное – живут здесь, в небесах, — Все на нее тут могут любоваться; Ромео – нет. У мух навозных больше Почетных прав, свободы для любви, Чем у него: они свободно могут К ее руке прекрасной припадать, Бессмертное блаженство похищать, По временам, с ее невинных губок, Что, в чистоте девической своей, Самих себя касался, краснеют. Дозволено все это делать мухам, Мне ж велено от этого бежать; Им – воля, мне – изгнание. И ты Мне говоришь, что ссылка лучше смерти! Иль у тебя нет яда под рукой, Иль острого ножа, или другого Готового орудия для смерти, Лишь бы не столь ужасного, как ссылка, Чтобы меня убить? – Я изгнан… О! Ведь это слово грешники в аду Со скрежетом и стоном произносят; Как у тебя, духовного лица, Врача души, решителя грехов И моего испытанного друга — Как у тебя теперь достало духу Меня терзать ужасным словом «изгнан»?

Лоренцо

Помешанный, безумный человек! Дай мне сказать два слова.

Ромео

Чтоб опять Заговорить о ссылке?

Лоренцо

Я хочу Оружье дать тебе, чтоб это слово Ты отразил. В беде услада – мудрость. Она тебя утешит и в изгнаньи.

Ромео

Опять оно, изгнанье! – К черту мудрость! Не может, ведь, создать она Джульетту, Переместить Верону, отменить Мой приговор. Когда она бессильна, То нечего о ней и говорить.
Поделиться с друзьями: