Байкер
Шрифт:
Днем в мастерскую приходили разные люди - нечасто, но регулярно. Как видно, это были те, с кем Рэндалл вел дела и кого не предупредил о своем отбытии из города. Дверь им Диана не открывала, хотя и трудно было игнорировать настойчивые сигналы. Когда кто-то приходил, она забивалась в угол и сидела там тихонько, стараясь ничем не выдать своего присутствия. Объясняться с клиентами Рэндалл ее не уполномочивал, да ей и не хотелось. Кто знает, что они за люди, и не обидят ли одинокую девушку.
Вечер за вечером Диана, как и прежде, ехала в пустошь. Насидевшись за день в одиночестве, она испытывала резкую потребность в человеческом общении. Да и по Брайану скучала... Отношения между ними оставались по-прежнему натянутыми, они почти не разговаривали, но Диане было радостно просто посмотреть на него. Если
Зато лез Стэн, и избегать его приставаний становилось все труднее. Диана не желала больше близости с ним, но он, похоже, считал, что обладает на нее всеми правами, и может требовать ее любви когда только хочет. Прояви Стэн подобную наглость недели две назад, Диана без колебаний нажаловалась бы на него брату, и потом с удовольствием поглядела бы, как Брайан делает из него отбивную. Но теперь она скорее язык проглотила бы, чем обратилась бы к Брайану за помощью. А тот наблюдал за ней, за ее тихой войной со Стэном со скрытым злорадством, и в глазах его явственно читалось: "Выпутывайся как знаешь, раз захотела показать свою взрослость, я и пальцем не пошевелю". Диане хотелось плакать от злости и обиды, и иногда, днем, когда никто ее не видел, она давала себе волю и изрядно орошала подушку Рэндалла слезами. Радовало одно: Стэн, не знавший о ее размолвке с братом, не решался применять грубую силу, очевидно опасаясь возмездия. А может быть, он и знал о размолвке, но полагал Брайана способным вступиться за сестру даже при таком положении дел.
Жить взаперти Рэндаллу было не привыкать; случалось, что он по несколько дней не покидал мастерскую, и чувствовал себя при этом прекрасно. Но вот в доме Чандры и Стюарта ему постоянно было не по себе. Стюарт выводил его из себя своим занудством, и скандала не случалось только потому, что ученый бОльшую часть дня проводил за компьютером, а Рэндалл отсиживался в лаборатории, ковыряясь в совершенно незнакомом ему оборудовании - на радость Чандре. И все-таки им приходилось пересечься не по одному разу в день; то ли не доверяя своей помощнице, то ли по какой иной причине, но Стюарт предпочитал все делать лично - и ставить уколы, и проводить обследования. Иглами он в Рэндалла тыкал, казалось, с особым наслаждением. Сначала брал кровь на анализ, потом вкалывал какой-нибудь гадостный препарат, снова брал кровь, снова что-нибудь колол; это повторялось изо дня в день без всякого видимого результата, если не считать того, что на руках у Рэндалла скоро не осталось живого места, словно у законченного наркомана. Все это жутко его раздражало, но он помалкивал, ведь Чандра его предупреждала, а дела пока шли не так уж и плохо. Правда, некоторые препараты оказывали своеобразное воздействие: одни вызывали галлюцинации - довольно забавные, впрочем; другие - болевые или неприятные ощущения. Неприятных последствий, которыми пугала Чандра, пока не было, и этому следовало порадоваться. Но радоваться не особо хотелось.
– А ты неплохо держишься, - ободрила Чандра, как-то вечером заглянув к нему в комнату.
– А что, есть с кем сравнивать - плохо или неплохо?
– поинтересовался Рэндалл без восторга.
Чандра промычала что-то неопределенное и сделала попытку унырнуть за дверь, но Рэндалл остановил ее очередным вопросом:
– Я ведь, наверное, не первый?
– Так ли это важно?
– спросила Чандра, возвращаясь в комнату.
Он усмехнулся и рукой взъерошил надо лбом волосы.
– Ты сама говорила, что допускаешь вероятность любого исхода, вплоть до летального, а теперь спрашиваешь, так ли это важно?
– То есть, ты хочешь знать, умер ли кто-нибудь по нашей вине?
– холодно спросила Чандра.
– По тому, как ты юлишь, можно сделать вывод, что ответ - положительный.
– Я не юлю, - еще холоднее сказала Чандра.
– Но я не имею права обсуждать с тобой это.
– Дело дошло до военных тайн?
–
У тебя просто навязчивая идея: военные базы, военные тайны! Могу сказать одно: если хочешь побеседовать на эту тему, обратись к Стюарту.– Он станет со мной беседовать?
– Не могу сказать.
– Ладно, - кивнул Рэндалл, решив до поры замять эту тему.
– Не можешь говорить - не говори. Но в город ты можешь меня отвезти? Ненадолго. На пару-тройку часов.
– Нет, - быстро и решительно отозвалась Чандра.
– Почему?
– Вернешься, когда мы закончим свои дела. Не раньше.
– Почему?
– начал раздражаться Рэндалл.
– Можешь объяснить?
– Причин несколько. И первая из них: ты можешь внезапно почувствовать себя плохо. Так плохо, что я не успею довезти тебя сюда и откачать. Понятно?
– Понятно. А вторая?
– Я не хочу, чтобы ты кому-то рассказывал про наш уговор, - проговорила Чандра, глядя ему в глаза.
– Обещаю, что не расскажу.
– Нет, Рэндалл.
– Вот это интересно, - протянул он, скривив по своей невыносимой привычке рот.
– То есть я даже не смогу разорвать уговор, если передумаю?
– Нет.
– Почему же ты раньше не сказала?
– Ты не спрашивал, - ядовито улыбнулась Чандра.
– Что, уже готов пойти на попятный? Или на всякий случай интересуешься?
– На всякий случай.
– Ну так я повторю: нет, нет и нет. И не думай, что сможешь просто уйти, как только вздумается. У нас есть способы тебя удержать.
Против воли Рэндаллу вспомнился рассказ Дани, и по спине пробежал противный холодок. Но, сделав над собой усилие, он усмехнулся Чандре в лицо:
– Дрожу от страха.
– Рэндалл, - сухо отозвалась она, - ты впутался в очень серьезную авантюру. Я не рассказала тебе всего, и теперь не расскажу, потому что права не имею, но имей в виду: все очень, очень серьезно. И для тебя, и для Стюарта. И для меня.
Некоторое время они молчали. Рэндалл закурил сигарету, сделал несколько глубоких затяжек, а потом бросил в помутневший от дыма воздух:
– Я ведь говорил тебе уже, что ты сука?..
Часть 3. Глава 2
Глава 2
Поначалу Диана не придала никакого значения утренним недомоганиям, и лишь когда к ним добавились некоторые другие симптомы, встревожилась не на шутку. Предаваясь любви со Стэном, она не задумывалась о последствиях и теперь, кажется, настало время пожалеть о своей беспечности. Поразмыслив, кто бы мог подтвердить или опровергнуть ее подозрения, Диана решила, что кроме Чандры, ей никто в этом деле не поможет. Но где Чандру искать? Она бывала у Брайана, но Диана к нему пойти не могла. Потом она вспомнила, что зеленоглазая зловещая красавица была из числа клиентов Рэндалла, и несколько дней с надеждой ждала ее появления в мастерской. Ведь Чандра, как и остальные клиенты, могла ничего и не знать о том, что мастер отбыл в неизвестном направлении.
Но Чандра не приходила.
Тогда, проглотив гордость, однажды ночью Диана сама подошла к брату, когда он, в стороне от шумной веселой компании, возился с колесом своего байка. Заранее она убедилась, что он трезв и настроен не агрессивно.
– Чего тебе?
– хмуро спросил он, едва на нее глянув снизу вверх.
– Неужто надумала домой вернуться?
– Брай, ты давно видел Чандру?
– кротко спросила Диана.
– Зачем она тебе?
– Нужно с ней поговорить.
– Господи, теперь еще и ты с ней спуталась?
– с нескрываемым удивлением вскричал Брайан, бросая на землю ключ и поднимаясь на ноги.
– Да что же это такое? Что у нас за семейка: куда одного тянет, туда и остальных?!
Диана пожала плечами, не находя в этом ничего странного.
– Что у тебя с ней за дела?
– Просто хочу спросить ее кое о чем, вот и все.
– О чем?
– А вот это тебя не касается, Брай, - холодно ответила Диана.
– Кажется, я вообще уже ни при чьих делах, - пробормотал Брайан, снова опускаясь на одно колено рядом с байком.
– Ни твои дела, ни дела Дани меня не касаются... Ладно, я попрошу ее заглянуть в мастерскую.
– Спасибо, Брай!
– Иди к черту, Ди.