Бессмертные

— Вивьен Валетта, — произносит он, делая несколько шагов к нам, — Как жаль, что нам приходится знакомиться в такой прискорбной ситуации.

Голос его как мед, сладкий, даже приторный, он облизывает им каждого к кому обращается. Я сейчас прямо почувствовала его шершавый язык на моей щеке. Элиаш преклонил колено и голову перед стоящим в центре Алхимиком. Анзель этого не сделал.

Тот внимательно оглядел меня.

Не знаю, что выражает сейчас мое лицо, но мужчина улыбается. Улыбка у него больше похожа на оскал, а его манера говорить теперь больше похожа на маску. Сколько раз он разрешит мне вести себя так как сейчас прежде, чем вытащить плеть? Элиаш хотя бы не притворяется, что ему важна моя сестра и я. Но кто же ты?

— Мое имя Безадан Галемир, — словно читая мои мысли, произносит мужчина в светлой одежде, — Я глава этого замка, глава этого королевства. Я давно жду тебя.

Галемир бросает многозначительный взгляд на Анзеля, но ничего не говорит ему, а просто приглашает всех присутствующих:

— Прошу, зайдите.

Не знаю, как охарактеризовать это место. Гостиная, кабинет, оранжерея или спальня? Начну с того, что комната очень большая, с такими же неприлично большими окнами, которые делают это место ярким, солнечным, слишком открытым. Несколько окон плавно переходят в необъятный балкон с широкими перилами из мрамора цвета топленого молока. Этот балкон больше, чем весь наш первый этаж в доме! Цветы и растения здесь растут в огромных горшках и кашпо, их листья вьются на стены и колонны, делая это место похожим на райский сад. Тут же, немного в стороне, стоят несколько больших диванов в ярких подушках, часть этих подушек осталась на полу, рядом с одним из растений с большими листьями и без цветов, стоит молодой парень, он сложил руки в необычный жест. Приглядевшись, я увидела, что растение стало будто больше и ярче. И, Боги… Он может управлять землей… Такой редкий, но интересный дар. Я перевожу взгляд на Галемира, который присел на краешек стола из орехового дерева и наблюдает за мной с легкой полуулыбкой. Он меня раздражает. Все эти люди меня раздражают.

Я поворачиваюсь к Анзелю, тот стоит совсем рядом, справа от меня и смотрит на Галемира темнеющим взглядом.

— Что вам нужно? — голос мой резкий как удар хлыста, разрезал этот воздух, юноша с цветами повернул ко мне голову и вытаращил на меня полные ужаса глаза.

Галемир упёр в меня свой пронзительный взгляд и заговорил медленнее, словно подбирая каждое слово:

— Для начала я хотел бы извиниться за Элиаша, он бывает слишком отстраненным на вид, что действительно может вывести любого, кто не знаком с его натурой. Но это не так, Элиаш очень м-м-м… Эмпатичен.

Я снова слышу за спиной вызывающее хмыканье. Анзель встал за моей спиной, так что я его не видела, но слишком остро чувствовала присутствие. Он стоял так словно… Защищал меня? Что за глупости. Я так зла, что нужно защищать отнюдь не меня.

— Что касается мрачного повода, из-за которого вам пришлось посетить нас, — его голос стал глубже, таким словно ему не все равно. Это меня взволновало. Гнев внутри переплетался с жуткой болью, — Мадлен…

— Как вы могли это допустить! — мой голос дрожит от злости и горя, — Мадлен пришла сюда служить, а не умирать!

Галемир склонил голову на бок, продолжая рассматривать меня так, будто я не человек, а интересный цветок из его импровизированной оранжереи.

— Какая дикая и необузданная красота, — наконец вымолвил он, — Ты совершенно не похожа на свою сестру.

— Кто ее убил?

— Наверно Элиаш тебе сообщил — пособники бездушных, — Галемир мягко оттолкнулся от стола и обошел его с другой стороны, его указательный палец слегка касался дорогого дерева стола, — Знаешь ли ты почему их называют бездушными, дитя?

Я молчала, сжав зубы.

— Бездушные, означает — лишенные души. Они создания тьмы, не способные к привычной для нас жизни, — его голос такой же мягкий, такой же убаюкивающий, такой голос можно слушать вечно, — Они не знают, что такое сострадание, любовь и сама жизнь. Они не могут иметь детей, как обычные вампиры. Ты спросишь, как они появились? Ведь всего тридцать лет назад их не было. В церкви скажут, что это наша кара за незамоленные грехи перед богами, кто-то скажет, что они явились, чтобы очистить наш людской род от скверны. А я скажу, что это неудавшиеся эксперименты изгнанных алхимиков.

— Алхимиков? Как алхимики могли создать что-то подобное?

— О, моя дорогая, алхимики очень могущественны. И уверен, что им было под силу создать нечто подобное.

— При чем тут моя сестра.

— Твоя сестра много лет помогала мне найти их пособников, а также старалась обнаружить место, где они скрываются.

— Пособников? Кто станет помогать таким как они? — мое лицо скривилось от отвращения.

— Бездушные хоть и без души, полные людских пороков и агрессии, но все же бессмертные. А бессмертие — избавление от страха о конце такой короткой человеческой жизни.

— Кто пойдет на такое… — прошептала я, не веря своим ушам.

Я не представляю ни одного человека, который согласился бы превратиться в настоящего монстра, убивать, пить кровь и никогда не видеть солнечного света.

— Поверь мне, таких хватает, — фыркнул Галемир, обойдя стол и остановившись прямо напротив меня. Позади стояли Элиаш и Анзель. Спереди Галемир, все такие высокие, опасные и могущественные. Я как маленькая девочка съежилась от страха, но старалась не подавать вида. Получалось плохо. Сердце отбивало такую чечетку, что я боялась, что мне сейчас сделают замечание, чтобы не шумела.

— Как она помогала?

— Знаешь ли ты самую сильную ее способность, Вивьен? — голос его был вкратчивым, пленительным, он говорил так тихо, что мне приходилось напрягать слух.

Я покачала головой, сильнее сжимая кулаки. Ногти больно впивались в кожу, удерживая меня в этой реальности.

— Мадлен могла читать мысли, эта ее способность была просто потрясающей, она была единственной в своем роде. И кто-то решил ее убить.

— Признайся, Галемир, убийств стало слишком много, ты больше не контролируешь ситуацию, — голос Анзеля разрубил пополам спокойствие, которым гипнотизировал меня Галемир, я несколько раз моргнула и бросила угрюмый взгляд на вампира.

Он смотрел мрачным, тяжёлым, все ещё темнеющим взглядом на Главного Алхимика. Его глаза стали такими зелеными словно море перед штормом. По какой-то интересной и неизвестной мне причине Анзель недолюбливает Галемира и бездушные на него нападали. Хоть в чем-то мы с ним схожи. Враг мое врага — мой друг. Но Анзель вампир — мой враг. Но он может стать моим союзником, надо лишь сделать вид, что я ему доверяю больше, чем Галемиру. А еще лучше — свалить отсюда раз и навсегда. Но вместо этого я сказала резко, с легким отвращением:

— Почему здесь вампир? Почему он присутствует на этом разговоре?

Я намеренно подливала масла в огонь, их неприязнь друг к другу можно было потрогать руками, такая она была сильная, как они сдерживались и говорили вежливо, мне вообще было непонятно.

— Этот вампир, — Галемир сделал акцент на последнем слове, — Граф Анзель Гортер, прибыл к нам издалека и представляет Королевство Андант за горным перевалом. Королевство, в котором правят вампиры. Убийства — это осквернение дара Богов — жизни. И между нашими Королевствами было заключено соглашение, что убийства бездушными и его последователями должны быть прекращены любой ценой.