Безумие

– Ухмыляющиеся Коты? Церкви? Никогда бы не подумал, что такое можно скомпоновать, - теперь Пиллар кажется более заинтересованным.
– Как называются все эти города и церквушки?

– Церковь Святого Уилфрида в Граппенхолл, деревенька, которая примыкает к месту рождения Льюиса Кэррола в Дарсбери, Уоррингтоне , графство Чешир, - я вожу пальцем по экрану телефона.
– Церковь Святого Николая в Карнелай. Это городок неподалеку от Гилфорда, где жили сестры Кэрролла. А еще там он умер. Безымянная церковь в деревне Кроф-он-Тис. И, наконец, Церковь Святого Христофора в Пот Шригли.

– В каждой из этих церквей есть статуя ухмыляющегося кота?

– В каждой, - киваю я.

– И все как один утверждают, что послужили вдохновением для Льюиса Кэрролла на написание Чеширского Кота.

– Ничего себе, связь невероятна, вот только я не понимаю к чему она ведет, - отвечает он.
– Но ведь все жертвы Чешира были найдены в Кембридже, Лондоне и Оксфорде.

– Туда переехали семьи этих девушек позднее. Но все эти пятеро родились в маленьких городках с церквями. Разве Вы не видите, что все эти места посетил Льюис Кэрролл или, по-крайней мере, был как-то связан с ними?

– Дай подумать, - отвечает Пиллар.
– Чешир убивает девочек, которые родились в городках, которые неким образом связаны с Льюисом Корролом. Но не только на этом совпадения не заканчиваются - во всех этих местах есть статуи или изображения ухмыляющихся котов. Что бы это могло значить?

– Как я уже говорила, я не могу интерпретировать значение, но это не совпадение.

– А откуда Констанция?

Мои глаза широко распахиваются. Почему я упустила это из виду?

– Погоди. Быть может, ты не найдешь нашла этого в интернете, - он заглядывает в свой телефон, ищу ища секретную информацию на каком-то секретном форуме или чем-то таком.
– Минутку, - он продолжает искать.
– Ага, вот оно. Констанция Ричард, - Пиллар останавливается на середине предложения.
– Из Лондона.

– Так значит связи с остальными девушками нет?
– я расстроена. Еще один потерянный след.

– Не обязательно. Кто сказал, что в Лондоне нет статуи ухмыляющегося кота? Я просто не знаю об этом. Твоя теория очень даже возможна, - говорит Пиллар.

Над нашими сиденьями вспыхивает табло, предупреждая, чтобы мы пристегнули ремни безопасности. Мы прилетели.

– Сейчас приземлимся, - говорит Пиллар.
– Мне нужно кое-что сделать.
– Он поднимается и поворачивается лицом ко всем летящим на самолете.
– Дамы и Господа, почетные гости Ватикана, могу ли я завладеть вашим вниманием?

– Сэр, прошу Вас, сядьте, - настаивает стюардесса, но он игнорирует ее.

– Я — Архиепископ Чудных Христиан Монте-Карло, - говорит он. Уверена, таких попросту не существует.
– И мне бы хотелось, чтоб вы повторили за мной небольшую молитву, пока мы не приземлимся.

– Сэр!
– как заведенная повторяет стюардесса.
– Прошу, сядьте! Мы заходим на посадку.

– Ты думаешь, что мы сможем приземлиться без благословения Господня, юная дева?
– обращается он к ней, и в мгновение ока завладевает вниманием пассажиров.
– Думаешь ремни безопасности спасут нас от гнева Господня, если Он пожелает разбить этот самолет в щепки?

Стюардесса пожимает плечами, а толпа начинает повторять за Пилларом молитвы.

– Ладно, только быстро, - она опускает голову и уходит.

– Повторяйте за мной, пожалуйста, - он вздымает руки к потолку самолета и начинает: - А теперь благополучно приземли нас, - а пассажиры повторяют вслед за ним во весь голос.
– Я молю Господа всем сердцем, - и это происходит на Ватиканских Авиалиниях.
– Что если я умру еще до посадки, - поверить не могу, что у него столь слабо развито стихосложение. Почему все эти люди вообще повторяют за ним?

– Прошу, не забирай меня в Страну Чудес!

– Аминь, - говорят все, а у меня возникает навязчивое желание выкопать Льюиса Кэрролла из могилы и спросить у него, кто же такой Пиллар на самом деле.

Глава 44

Ватикан

Когда мы приземлились, Пиллар остановил такси и защебетал на итальянском. Говоря “защебетал”, я имею ввиду именно его. Он словно перевоплощается в другого человека, когда разговаривает на этом звучном языке. Я слушаю его мольбы и смотрю, как он складывает ладони чашечкой, как это делают итальянцы. Водитель такси очарован Пилларом, хотя я не понимаю, о чём они говорят. Все, что я понимаю - Пиллар решил ненадолго стать Профессором Карло Поллотти.

Наконец, мы остановились на красивой площади с узкими улочками. Пиллар берёт меня за руку и показывает мне все вокруг. Он говорит, что мы идём к Святому Петру, одной из самых старых церквей в мире.

– Церковь Святого Петра в Ватикане, - он указывает на самую великолепную церковь перед нами.

– Мама мия!
– говорю я. Я не дразню его. Это место и церковь на самом деле прекрасны.

Не могу поверить, что всё это время меня держали взаперти в психушке. Мир снаружи безумен, но всё же прекрасен. Если бы у меня не было задания, я целый день ходила бы по этому месту и фотографировала.

– Подождите минуту, Профессор Карло Полотти, - говорю я.
– Какое отношение все это имеет к Белой Королеве?

Пиллар не ответил. Он повёл меня на ближайший парад. И это не карнавал с танцами и полуголыми девушками. Это очень респектабельное празднование, Все люди выглядели спокойными и сдержанными. Все они смотрели в одном направлении, будто ожидая кого-то. Экипажи медленно проезжали с обоих сторон от наблюдателей. Похоже на парад в честь самОй Королевы Англии, о котором я только что видела брошюру в самолёте.

Пиллар снимает шляпу и прячет её в костюм. Он говорит, что для нахождения рядом с церковью нужно соответствовать определённому дресс-коду. Шляпы не разрешены.

– Так чего же мы ждём?
– Спрашиваю я.

– Мы ждём её, - отвечает Пиллар, гордо стуча тростью по земле.
– Саму Белую Королеву!

– Я заметила, что Вы не курили с момента нашего возвращения из Лондона, - замечаю я, стоя окруженная празднующими людьми.

– Это правда, - кивает Пиллар, - Ты должна знать, что из всех врагов, которых я встретил в жизни, я уважаю только одного, - говорит Пиллар, кивая в приветствие людям, стоящим на противоположной стороне.
– Белую Королеву.
– Он кивает на красную повозку, запряжённую парой белых лошадей. Она заполнена монахинями и жрицами, торжественно приветствующими нас и людей вокруг.

Я чувствую, что должна склонить голову и помахать рукой в ответ. Они красивые. Пожилые. Мудрые. Их улыбки расслабляют. Будто в их сердцах нет ни зла , ни беспокойства. Интересно, почему таких как они не посылают психушку медсёстрами вместо Вальтруды и Оджера.

Но, как мне кажется, среди них нет Белой Королевы.

– Протокол Ватикана формально требует, чтобы женщины, католические принцессы и королевы, одевали длинные чёрные платья с воротником, длинными рукавами и мантильей, - шепчет мне на ухо Пиллар, приветствуя их вместе со мной.