Царь-дедушка

– - Но ведь для домочадцев мы ритуалы соблюдем, ваше величество?
– - встревожился Латмур.

– - Ну, разумеется!
– - я что же, за двое суток на троне уже успел обзавестись репутацией потрясателя основ и попирателя традиций?
– - Как может быть иначе? Эдак слуги почтенного Вартугена могут решить, что я у него Мортишу не сватаю, а в рабыни покупаю. Сейчас, обговорим все, и начнем соблюдать. Прямо сразу.

Купец и князь выжидательно уставились на меня. Я тоже их взглядом одарил -- умильным, надеюсь, -- сложив ладони домиком.

– - Понимаешь ли, какое тут дело, достопочтимый Вартуген... Намечается великое деяние, и в его свершении потребуется участие всех знатных и богатых людей. Что касается князей, как их организовать в единую силу, это мне разбираться, а вот людей привязанных не к земле, а связанных в своих поступках лишь границами их предприимчивости, -- о, таких должен возглавить подобный им. Подобный, сказал я, но это не совсем верно -- кроме прочего, он должен быть и лучшим!

– - на этой пафосной ноте я замолк, и, после короткой паузы, скучным тоном добавил: -- Мне рекомендовали тебя.

– - Простите, повелитель, рекомендовали... кто?
– - осторожно полюбопытствовал Пузо.

– - А вот он.
– - я кивнул в сторону Железной Руки, и, отметив начинающие подниматься брови князя, поспешил добавить.
– - В том числе.

– - Хм, не просветит ли меня повелитель, о каком таком великом деянии он ведет речь?
– - купец взвешивал каждое слово так, словно это был драгоценнейший товар, дорогая заморская специя, и он боялся обмишулиться, проторговаться.

– - Как?
– - изумлению моему не было предела.
– - Я-то был уверен, что владетельные уже всему городу растрепали, что Ашшория начинает экспансию в Большую Степь! Будем, голубь мой, ее заселять.

– - Такие слухи ходили, но... Государь, вы всерьез намерены продвинуться в земли заков?
– - теперь уже искренне удивился Вартуген.
– - Не сочтите, что я непочтителен, походы против немирных северных соседей устраивал практически каждый царь Ашшории, но чтобы вот так, поселиться на их землях... Это будет довольно сложно.

– - Это будет единственно верно.
– - я усмехнулся.
– - Уж две сотни лет с лихом в степь шляемся, а все без толку. Нет, достопочтенный, прореживать приграничные племена -- это не выход. Уже через несколько лет или молодежь подрастает, или новые на их места приходят. Ашшории нужно окончательное решение закского вопроса, и иначе, чем заселить степь своими крестьянами, построить города, да и уцелевших кочевников на землю посадить, попросту нет. Это, конечно, дело не скорое, с кондачка его не порешать, но ты только представь...

Я подался чуть вперед.

– - ...какие перспективы все это предприятие открывает для энергичных и разворотливых людей. Переселенцам, и тем, кто будет их опекать, понадобиться очень, очень многое. И доставка товаров, которые первые годы нельзя будет производить в новых землях, -- что по суше, что по морю, -- способна приумножить состояния тех, кто будет этим заниматься. Конечно, нужен будет некий центр, кто-то достаточно уважаемый, что сможет как-то распределять потоки поставок, выступать посредником в спорах... Кто-то из купеческого сословия. И, мне подумалось, что для лучшего взаимодействия с владетельными князьями, этому человеку будет вовсе не вредно иметь в сватах царя. Поэтому мы с князем Латмуром подобрали для твоей дочери достойного и перспективного жениха -- тем паче он и сам к Мортише неровно дышит, любить ее станет, холить и лелеять. Что скажешь, досточтимый Вартуген?

– - Скажу, что коли жених дочку мою любить будет, так в этом ничего дурного нет. А вот насчет держать нашего брата-купца в кулаке... Положим, с этим бы я тоже справиться смог -- при некоторой поддержке власти, конечно, но это возможно. Правда, лишь в отношении ашшорских негоциантов. А с заморскими что делать?

– - А этих-то кто в новые поселения пустит? Их нам там не надобно. Нет, конечно, если они с тобой договорятся, так я не против, но в первую очередь своим расторговаться надо дать.

Вартуген, услышав мой ответ, изрядно повеселел.

– - Ну а звать-то как того удальца, что на Мортише жениться возжелал? Кто же он таков?

Я мигнул Латмуру -- твой выход, мол.

– - Человек достойный, урона тебе с ним породниться не будет.
– - серьезно произнес князь.
– - Три года нету как в Блистательных, а уже десятник и обоих царевичей наставник. Больше тебе скажу, из рук самого царя награду на днях получит, особый знак за верное служение. Прозывается Вакой из Трех Камней.

– - Впечатляющая характеристика, ничего не скажешь.
– - в некоторой задумчивости произнес Пузо.
– - Вака, значит? Да, докладывали мне служанки, что пытался за Мортишей такой увиваться.

– - Так он и сейчас пытается.
– - хмыкнул я.
– - Видишь, даже сватов прислал.

– - А, ну и быть по сему!
– - махнул рукой купец, и хитро покосился на меня.
– - Обговорим приданное с выкупом?

– - Ты бы сначала дочку спросил, а ну как не захочет замуж за него?

– - Она мне послушна и волю отцовскую исполнит.
– - пробасил Вартуген.

– - Да исполнить-то она ее исполнит, а традиция же.
– - вздохнул я.
– - Опять же, если, не дай Солнце, он ей поперек сердца, так мое предложение насчет всего остального в силе останется. Ну, откажется она, положим, не будешь ты царским сватом -- придумаем чего еще.

– - Я ей откажусь...
– - пробормотал купец, поднимаясь.
– - Так возжами на конюшне отхожу...

Открыв дверь, он распорядился, чтобы супруга Мортишу привела.

Те, видимо, уже ожидали на низком старте, поскольку я успел лишь сделать пару глотков из бокала с вином и на стол его поставить... Блин, как хорошо, что успел поставить! Расплескал бы, ей-ей.

Блин, вылитая клепальщица Рози[vii] -- только в ашшорском национальном платье, а не в спецовке-комбинезоне. Ну и скус у тебя, десятник...

Я повернулся к Железной Руке, хотел поинтересоваться... но понял, что даже спрашивать ничего не надо. Бывалый вояка смотрел на девушку масляными глазами, и мало что не стонал от восхищения.

– - Истинная дочь своего выдающегося отца.
– - дипломатично произнес я.

– - Спасибо, повелитель.
– - купцу, судя по физиономии, было такое услышать приятно.
– - Действительно, красавица выросла -- в нашу породу. Мать та ее невысокая да худая, опасался я, когда дочь родилась, что в нее пойдет, и охотники будут до моих денег только, а не до нее, однако же -- вот!

Вартуген повернулся к Мортише и ласково произнес:

– - Лапушка моя, посватался к тебе славный витязь, десятник Блистательных, Вака из Трех Камней.
– - «лапушка» зарделась.
– - И я против вашей свадебки не возражаю. А ты что скажешь, птичка моя? По сердцу ли он тебе? Пойдешь ли ты за него?

Девица зарделась еще больше и потупила глаза.

– - Как прикажете, батюшка.
– - я-то думал, что голосина у нее будет, как у фабричной сирены, а тут, нате ж вам, ничуть не бывало. Миленький такой тембр, грудной, чувственный даже.
– - Перечить вам не стану.