Чукотка

– Теперь, Лена, смотри, что нужно делать дальше.

– Ох, как интересно! Никогда не видела.

Ктуге почувствовал себя в роли учителя, и, как учитель, начал объяснять:

– Берем кусок твердого снега. Ножом выстрагиваем из него возможно тоньше пластинку, как стекло, например. Теперь, когда мы имеем такую готовую пластинку, мы закрываем ею ямочку, в которую опушен капкан. Вот его и не видно. Понятно, я вас спрашиваю?
– и Ктуге при этом рассмеялся. Песец придет сюда кормиться, лапкой наступит на снежную пластинку - и... он наш.

– Ой, как интересно!

– вскрикнула Лена и, тут же сделав гримасу, спросила: - Я закричала? Не испугаешь так песцов?

– Нет! Они, может быть, сейчас километров за пятьдесят отсюда бегают... Цепочку от капкана тоже нужно вдавить в снег.

Ктуге ножом провел по снегу бороздку и опустил в нее цепь. Все это он посыпал снегом, а там, где лежал конец цепи, утоптал ногами.

– Один готов!
– сказал он.

Он очень быстро поставил второй и третий капканы, хотел было уже поставить четвертый, но Лена закричала:

– Дай, дай мне, Ктуге! Теперь я поставлю.

Она взяла нож и не с меньшим проворством, чем сам Ктуге, поставила капкан.

– Хорошо, Ктуге?
– спросила она.

– Очень хорошо. Только поперечную палочку в заднем кольце цепи надо поглубже закопать в снег. А то ведь песец будет метаться, когда попадет в капкан. Может вырвать и убежать с капканом.

– Я сейчас переделаю.

– Ну вот, теперь все правильно. Ставлю тебе "отлично", - улыбнувшись, сказал Ктуге.

– То-то! А еще не хотел брать.

– Ветерок подует, все заровняет, и наших следов не будет заметно.

– А вдруг, Ктуге, здесь ветер нанесет целый сугроб на пластинку?

– Нет. Здесь же холмик. Снег здесь не задержится. Поэтому в таких местах и ставят капканы. А потом, раз уж ты стала настоящим охотником, я должен сказать тебе, что песцы, как и собаки, на холмик забегают в уборную.

– Дурак!

– Нет, верно, Лена. Так всегда бывает. Кроме того, они с холмика разглядывают все кругом.

– А ты видел это?

– Это каждый охотник знает. Лиса, например, к капкану не подойдет. Железо чует. Хитрая она! Глаза у нее, как у тебя.

– А у тебя глазенапы, как у зайца!

– А ты видела зайца?

– Конечно!

– Живого?

– На картинке. И в зоологическом саду. Знаешь, сад, где все звери собраны?

– А вот, когда песец попадет в капкан, как ты его возьмешь?

– Лишь бы попался!
– ответила Лена.

– Надо прижать его остолом и задушить. Руками нельзя: бросается он на охотника, может укусить, а они ведь бывают бешеные. Когда-нибудь я покажу тебе, как шкурку снять.

Ктуге оглядел небо.

– Смотри, луна нахмурилась. Поедем скорей, а то может разыграться пурга.

Они сели на нарту в самом отличном расположении духа. Собаки бежали хорошо, хотя навстречу дул уже легкий ветерок, неся понизу снежную пыль.

– Лена, вот сейчас поземка. Наши следы у капканов скоро заметет.

Нарта прыгала по снежным застругам. Изредка Ктуге и Лена перебрасывались словами. Вдруг собаки круто свернули к заливу.

– Куда ты, Ктуге?

– К морю сами собаки побежали. Пусть, пусть бегут. Наверно, они что-нибудь учуяли, - сказал он.

Напрягаясь и прижав уши, собаки бежали во всю мочь. Ктуге выхватил из чехла ружье и взял его в правую руку, управляя собаками левой.

– Что, что такое, Ктуге? Может быть, там медведь? Я не хочу! Лучше поворачивай обратно!

– Вот хорошо, если медведь!
– вскрикнул он.

Но, проскакав немного, Ктуге заметил песца в капкане. Не доезжая до него, он остановил собак.

– Видишь - песец! Надо его задушить! А то ведь, если долго хозяин не придет, он оторвет себе лапу и убежит на трех.

– Ах, а я так напугалась! Я думала, медведь здесь, - облегченно сказала Лена.

– О, если бы медведь, в школе был бы праздник!

Ктуге повернул нарту вверх полозьями, забил между копыльми остол глубоко в снег, уложил собак и сказал:

– Пойдем, Лена к песцу.

– Он, может быть, сумасшедший? Не укусит он?

– Нет, он же в капкане!

Песец бегал на цепи кругом и лаял.

Ктуге ловко прижал песца винчестером и наступил ему на шею. Красный язычок зверя с хрипом вывалился, ноги судорожно забились в воздухе.

– Ну, теперь поехали. Погода портится, - сказал он, отходя в сторону.

– А почему же ты не берешь песца?

– Зачем? Это же не наш песец. Здесь охотится Гаймелькот. Это, наверно, его капканы.

– Ну и что ж такое? Откуда он узнает, что мы взяли песца? Зарядим капкан так же - пусть стоит, будто никакого песца здесь не было.

Ктуге с удивлением посмотрел на Лену и сказал:

– Нет, так нельзя!
– И решительно шагнул к нарте.

– Подожди, Ктуге! Подожди! Я тебе говорю, что песца надо взять и передать Гаймелькоту. Что же он будет валяться здесь?
– хитро повернула разговор Лена.

– Это ничего, Лена. Я задушил его на всякий случай, чтобы он не открутил ногу и не убежал. Вдруг Гаймелькот задержится где-нибудь? А теперь мы сообщим ему.

– Это что, обычай, что ли, у вас такой?
– недовольно проговорила Лена.

– Да, обычай, - ответил Ктуге.

Вскоре луна померкла, и только редкие звезды освещали им путь. Спустился мрак на землю, ветер усилился. Лена с беспокойством посмотрела кругом. Она крепко вцепилась в обочины нарты, опасаясь вылететь. Вдруг Ктуге оставит ее здесь, в этой мрачной, снежной пустыне, одну? Она отвернулась от встречного ветра и плотно прижалась спиной к спине Ктуге. Он смотрел вперед, она - назад.

– Лена, пурга!
– крикнул Ктуге.

Она встала на колени и ухватилась за его шею. Она хотела что-нибудь разглядеть впереди, но ветер со снегом больно бил в лицо и валил ее. С волнением она спросила:

– Темно, Ктуге. Мы заблудимся?

– Нет, не заблудимся, - спокойно ответил он, поглядывая вперед.

– А если заблудимся, мы пропадем, замерзнем!

– Нет, не пропадем. Собаки хорошо знают, куда везти. Ведь они бегут домой.

– А ты сам знаешь, куда ехать?

– И я знаю.