Дар Евы

Тем временем мужчина забарабанил в дверь с новой силой.

– Дома кто-нибудь есть? Семья Эмер! Тут проживает Семья Эмер? Анна, Изабель, Ева! Есть тут кто?

Он знал их имена. Любопытство пересилило страх, и Ева рискнула ещё сильнее приоткрыть ставню. В этот раз, к счастью девушки, совершенно бесшумно.

Ночной посетитель отлично просматривался в открывшуюся щель, находясь буквально на расстоянии вытянутой руки от Евы. Помогала в его осмотре и яркая лампа, висевшая у него на поясе прямо рядом с изогнутой саблей. Свет бликами отражался в гравировке на её ножнах. Ева впервые видела оружие так близко: отец всегда оставлял своё на корабле, боясь, что дочери могут случайно найти его и пораниться. Засмотревшись на блеск гарды, дужкой переходящей к навершию в виде головы морской черепахи, она не сразу рассмотрела самого гостя и его одежду, а потому запоздало поняла, кто стучался в их дверь. Сердце замерло от восторга.

Добротные сапоги и кожаные штаны, плотно облегающие ноги. Расстёгнутая на груди белая рубашка, обнажающая мускулистую грудь. Куртка, которую мужчина свешивал с левого плеча, придерживая рукой. Обычная одежда мореплавателя, если бы не треуголка, венчающая голову с короткими чёрными волосами. Капитан корабля. Самый настоящий капитан чудовищного корабля стоял сейчас на пороге её дома.

Ева не сдержала тихий возглас и прикрыв за собой створку до конца, осела на пол, приложив ладони к губам, начавшим растягиваться в улыбке.

Стук прекратился, а потом возобновился вновь, более активный.

– Я знаю, что вы дома! Именем капитана Акупары откройте дверь!

«Акупара. Какое необычное имя». Ева не сомневалась, что это было не только название корабля, но и имя огромной черепахи, к которой приросло судно.

Услышав приказ капитана, Ева встала, с беспокойством уставившись на дверь. Она не могла ослушаться приказа, но и открывать незнакомому мужчине не горела желанием. Её сомнения прервал шёпот, раздавшийся с кухни.

– Ева! Не открывай!

Тихо вздрогнув, младшая из Эмер повернула голову на звук. Лишь чудом узнала она в тёмной фигуре, влезшей в кухонное окно, Изабель. Вид из кухни открывался на другую сторону острова, так что она спокойно смогла проникнуть незамеченной.

– Изи! – как можно тише прошелестела Ева. Из глаз брызнули слёзы. Сколько страха она уже успела натерпеться за этот вечер.

Изабель приложила палец ко рту, призывая к тишине, и быстрым шагом подошла к сестре, порывисто её обняв. Ева уткнулась носом в родное плечо, вбирая в себя яблочный запах, пропитавший кожу Изабель.

– Ева, слушай меня внимательно, – Изабель шептала эти слова прямо в ухо младшей сестры. – Это капитан с приплывшего корабля. Я столкнулась с его командой в таверне, когда пришла к Игорю спрашивать долг. Ни они, ни Матильда, с которой разговаривал капитан меня не увидели, зато я слышала их прекрасно, – Изи тяжело сглотнула, а на Еву упала капля пота с щеки сестры. Голос Изабель стал твёрже. – Она сдала нас. Продала, как куриц на ярмарке. Даже дешевле, чем мы были должны ей.

Говоря, Изабель всё сильнее стискивала сестру в объятиях, и на последних словах Ева пискнула от боли в рёбрах. Изи не заметила этого: её переполняла злость на меркантильную соседку.

– Не высовывайся и не шуми, – продолжала Изабель, всё же ослабив хватку. – Не думаю, что они будут ломиться в дом, не зная точно, есть ли кто-нибудь внутри. Пересидим в тишине, а завтра они скорее всего уплывут, ведь…

Всё это время капитан продолжал монотонно стучать в дверь, нервируя Еву. Каждый стук отдавался в её теле, сплетаясь с ритмом сердца. Но тут, прерывая шёпот Изабель, ночной гость забарабанил с новой силой, сопроводив удары криком, от которого глаза сестёр расширились от ужаса.

– Анна, открывайте! Я пришёл от вашего мужа Брома!

Матушка, всё это время неподвижно лежавшая на диване, подскочила и бросилась к двери. Ни Изи, ни Ева, расцепившие объятия, не успели её остановить, и Анна, в этот раз вспомнив о щеколде, резко распахнула дверь. Свет от лампы озарил её бледное лицо, перед которым буквально в сантиметре остановился кулак капитана.

– Вы от Брома? Он жив?

Матушка и не заметила руки перед ней: она смотрела сквозь неё на капитана, всматриваясь в его лицо в поисках ответов. Ева тоже не могла отвести глаз от лица гостя. По голосу она ожидала увидеть взрослого мужчину, возраста отца, но перед ней оказался совсем молодой юноша точно не старше двадцати. Он сильно отличался внешностью от привычных ей островитян, отличающихся бронзовым загаром от постоянной работы в садах, прямыми длинными волосами, высокими скулами и аккуратными, чуть вздёрнутыми вверх носами. У капитана же были широкие чёрные брови, опущенные внешние уголки тёмных глаз, длинный тонкий нос с горбинкой, почти орлиный, как их называл отец, – такие лица Ева видела только в книгах, рассказывающих о разных народах, населяющих медуз по всей планете. Характерные черты для людей, живущих ближе к полюсам, где воды темнее, зона дождей шире, а в короткой зоне зноя так мало солнца, что кожа почти не успевает получить загар, оставаясь такой же светлой, как у самой Евы, с детства бывшей на улице меньше раз, чем пальцев на одной её руке. На левой щеке блеснул давний шрам, проходящий от скулы до нижней челюсти и ниже, теряясь на шее за воротом рубашки.

Капитан перехватил её взгляд, и Ева смутившись, спряталась за сестрой. Изабель, напротив, гордо вскинув голову, заслонила младшую, пряча её от непрошенных гостей. Сестра не боялась опасностей, и Ева ужасно завидовала ей в такие моменты, когда она сама дрожала от страха, боясь даже пискнуть.

– Ответьте же! – матушка схватила руку капитана, привлекая его внимание на себя. Еве стало горько от мысли, что Анна как будто бы и забыла о своих дочерях, поступая так опрометчиво.

Капитан не сразу отвёл взгляд от сестёр, задержавшись с ответом на пару биений сердца, от чего матушка занервничала ещё больше.

– Вы Семья Эмер? Анна, Изабель и Ева? – уточнил капитан.

Матушка энергично закивала, не только головой, но и телом, тряся заодно руку капитана. На его лице появилась широкая яркая улыбка, сделавшая его хмурое лицо светлее. Ева приметила какие ровные и белые зубы у юноши. Отец Семьи Эмер часто страдал от зубной боли, которую он успокаивал травяными настоями. Половина зубов были неродные, а оставшиеся крошились, желтели и чернели. В общем то как и у большинства моряков, на долгое время уходящих в плавание. Но не у этого капитана, который не стеснялся широко улыбаться незнакомым женщинам. И эта улыбка была такой яркой, что Ева улыбнулась в ответ.

Приятный молодой человек. Возможно, он знал отца и хотел почтить его память с родными?

– Как здорово, что я всё же нашёл вас! – радость на лице капитана была заразной, и Ева тотчас согласилась с ним. – Жаль было бы потерять новых членов моей команды. Вик, Дом, забирайте поскорее девушек, нам скоро отплывать.

До Евы не сразу дошёл смысл сказанного, и она продолжала глупо улыбаться, глядя на рот капитана. Если бы не Изабель, она бы так и осталась стоять столбом.

– Вы, наверное, ошибаетесь, капитан, – воскликнула Изабель, одёргивая вновь погрустневшую матушку назад к себе за спину, туда, где уже пряталась Ева. – Куда вы собираетесь нас забирать? Мы не члены вашей команды.

Из темноты за спиной капитана вышли двое огромных размеров мужчины. Они угрожающе двинулись к входу, заставив Изи, а за ней и сестру с матушкой отступить на шаг. Но капитан остановил их жестом, глядя прямо на старшую сестру Евы.

– Изабель, верно? – вкрадчиво спросил капитан. – Ваш отец много о тебе рассказывал. Ты и правда на него похожа. А за тобой прячется малютка Ева? Удивительно, как у такого искусного капитана родилась Бездарная.

– Не трогайте её! – Изабель заслонила Еву, вцепившуюся в платье сестры мёртвой хваткой.