Дар халифу

— Николь, - сказал он, отказавшись от духов и ароматического масла для кожи. Волосы он сам завязал в хвост, как делал это всегда.

— У себя, она еще не выходила сегодня, - доложил камердинер, прислуживавший еще Гордону и капитанам, помимо графа.

— А который час?
– Кристиан поднялся со стула и надел бледно-желтый камзол.

— Скоро полдень, милорд, - слуга, невысокий молодой парень, учтиво улыбнулся, ожидая еще распоряжений.
– Желаете побриться?

— Нет, потом, - ответил граф, потрогав подбородок, порядком обросший щетиной.

— Как пожелаете, - кивнул тот и, получив разрешение, удалился.

Кристиан направился прямиком к Николь, еще не зная, что скажет ей, но чувствуя, что ему необходимо увидеть ее.

Около королевской спальной дежурил конвой. Граф попросил сообщить девушке, что он желает говорить с ней. Солдат постучал и вошел. Спустя несколько минут Кристиан стоял посреди комнаты, ожидая аудиенции. Николь вышла из смежной гардеробной и сложила руки на груди, глядя на него суровым взглядом. Она все еще была в ночной сорочке и халатике.

— Доброе утро, - начал граф, улыбнувшись.
– Я пришел... я хотел...

Он пытался подобрать слова, чтобы объясниться, хотя оскорбил он не ее, но чувствовал себя виноватым перед ней.

— Во-первых, покажи мне свои раны, - заговорила резко Николь, глядя на него как на самое ничтожное существо. Он редко видел у нее такой взгляд, но когда видел, понимал, что отшутиться не выйдет.

— Раны? О чем ты?
– не сразу сообразил он, больше увлеченный ее покрасневшими от слез глазами.

— Вчера вы с Виктором подрались, - пояснила она, подойдя ближе.
– Из-за меня, я полагаю. Больше вам делить нечего.

— Ты сама догадалась или он уведомил?
– Кристиан понял причину ее негодования и слез.

— Он уверял меня, что драки не было, - ответила Николь, не сводя с него испытующего взгляда.
– А он никогда не обманывает меня.

— Если так, значит, не было, - криво усмехнувшись, ответил граф и прошел к окну. Видеть ненависть Николь ему было неприятней, чем слезы.

— Кто я, чтоб сомневаться в его словах?
– добавил он, рассматривая горизонт.

— Опровергни, покажи, куда он ударил тебя. Ну хотя бы синяк должен был остаться?
– не отступала девушка, следуя за ним.

— Он правду сказал, мы не дрались, - признал Кристиан и повернулся к ней.
– Твой муж тебя и в этот раз не обманул.

Николь дала ему пощечину. Граф отступил на шаг, упершись спиной в раму. На лице его сменилось несколько выражений, от крайнего изумления до негодования.

— И не смей спрашивать, за что!
– опередила его Николь.
– Я доверяла тебе, считала другом.

— Боги, Николь, я и вправду не понимаю, за что?
– Кристиан умоляюще посмотрел на нее, словно опасался еще одного удара.

— Я не буду разговаривать с тобой, я вообще забуду твое имя!
– крикнула она, теряя самообладание.
– Что он тебе сделал?! Разве он виноват, что я больше не люблю тебя?!

Кристиан опустил глаза, догадываясь, наконец, что так возмутило девушку.

— Ты не говорила прежде, что не любишь меня, - произнес он тихо.

— После твоей подлости, я видеть тебя не желаю, - повторила Николь твердо.
– Как ты опустился до такого? Ведь ты был другим.

— Он провоцировал меня, - граф и не заметил, как начал оправдываться.
– Он хотел, чтоб я убил его. Ведь ты знаешь, что я демон.

— Ты человек, - возразила Николь.
– Во всяком случае, был им до недавнего времени. Что с тобой происходит? Опять скажешь, что мое безразличие сделало тебя чудовищем?

— Он постоянно доводит тебя до обмороков и нервных припадков, - возразил Кристиан.
– Я не могу стоять в стороне и наблюдать за этим.

— И ты решил избить его?
– девушка понизила голос, заглядывая ему в глаза.
– Даже, несмотря на то, что он не желал драться? Тебе не приходило в голову, почему?

— Он трус, где ему тягаться с демоном, - Кристиан осекся, но было уже поздно. Николь отошла, мотая головой, не желая верить ушам.

— Николь, я не контролирую этого, не всегда, - попытался исправить оплошность граф.
– Я боялся за тебя, а он еще и смеялся надо мной.

— Ты перевоплотился?
– спросила она, представляя, какой опасности подверг себя Виктор.

— Да, но он ведь жив, - Кристиан пожалел о своем импульсивном поступке. Теперь драка предстала в совершенно ином свете. И в глазах Николь он был настоящим чудовищем.

— А ты готов был убить?
– тихо спросила она, опустившись на край кровати, теряя силы.
– Безоружного, не желавшего драться? Моего мужа?

— Ты не видела всего, - граф представил, что было бы с ней, убей он Виктора.

— Я видела его шею, на которой нет живого места, и раны на спине и затылке, - сказала она упавшим голосом.
– Свои ты мне не показываешь. Их нет?

— Мои раны внутри, - Кристиан отвернулся к окну, пытаясь припомнить, когда успел так разукрасить короля. Хотя в демоническом обличье силой он во много раз превосходил простого смертного.
– Я не могу показать тебе свое сердце.

— Поверь, каким бы истерзанным ни было твое сердце, это ничто в сравнении с моим, - Николь поднялась.
– Уходи. Я достаточно узнала.

— Николь, - он подошел и попытался взять ее за руки.
– Не отталкивай меня. Ради всего, что было между нами.

— А касательно того, что было между нами, я отвечу, - она брезгливо отняла руки.
– Я не сравниваю тебя с ним, потому что я не помню какой ты. В первую же ночь с ним, я забыла все, что было раньше. А теперь забуду тебя самого.

Кристиан понял, что вчера его слова слышали не только Гордон и Бьянка. Он виновато опустил голову, не зная, как оправдать себя. Не зная, есть ли смысл теперь вообще что-то говорить, после всего, что он сделал.