День помощи

Рулевой крутанул штурвал, и атомный ракетный крейсер, оставляя за собой медленно таявший пенный след, шрам на теле могучего океана, развернулся, будто нацелившись на находившиеся где-то там, за линией горизонта, чужие корабли. В прочем, так оно и было.

Еремин вышел с мостика, выбравшись на свежий воздух. В лицо ударили соленые брызги, долетавшие даже до открытой галереи, опоясывавшей надстройку. Что ж, кому-то, наверное, милее было жаркое солнце Лазурного берега или, хотя бы, Сочи, но капитан первого ранга Виктор Еремин не чаял жизни без пропитанного солью ветра, бичом хлеставшего по гладко выбритым щекам. И рокот океана, под который он засыпал, еще будучи ребенком, ласкал слух офицера лучше, нежели шелест пальм.

– Товарищ капитан, – вахтенный офицер, отважившись покинуть свой пост на мгновение, встал рядом с Ереминым, облокотившись на леерное заграждение. – Товарищ капитан, что означает новый приказ? Мы как будто готовимся к войне с американцами. Что значит, наблюдать за их действиями?

Палуба под ногами офицеров чуть заметно вибрировала, и виной тому были отнюдь не волны. Просто где-то в недрах громадного, уступавшего только авианосцам – и то не всем из них – крейсера быстрые нейтроны неустанно дробили, разбивая на элементарные частицы, атомы урана, высвобождая ту самую энергию, что лежит в основе этой вселенной, энергию, без которой немыслимо само существование нашего странного и такого несовершенного мира.

– Я знаю не больше вашего, товарищ капитан третьего ранга, – покачал головой Еремин. – Несомненно одно – мы направляемся наперехват американской эскадры, и я даже не хочу загадывать, что будет, когда мы сблизимся с ними хотя бы на сотню миль.

Действительно, соединение, словно подстегнутое командой с далекой суши, разом выполняло маневр, ложась на новый курс. Следовавший в центре ордера разведывательный корабль "Урал", тоже атомоход, тоже уникальный, более того, единственный в своем роде, не нес тяжелого вооружения, но его радиоэлектронные системы были подчас опаснее любых ракет. "Петр Великий" держался по правому борту от него, а левый фланг прикрывал большой противолодочный корабль "Адмирал Чабаненко", выполнявший свои прямые обязанности, то, ради чего живет эскортный корабль, и составлявший вместе с остальными судами мощный ударный кулак. Кулак, способный, если потребуется, больно врезаться в скулу надменных янки.

"Петр Великий" был способен развивать скорость до тридцати одного узла, и, не сбавляя ее, преодолеть так несколько тысяч миль. Но сейчас ракетный крейсер шел лишь на восемнадцати узлах, подстраиваясь под одного из своих спутников – "Адмирала Чабаненко", энергетическая установка которого питалась банальным соляром.

– Не думаю, что нам предстоит бой, – с сомнение, не испытывая достаточной уверенности в своих словах, произнес Еремин, обращаясь к своему подчиненному. – Просто кто-то в Кремле хочет показать всем, что наш флот еще существует.

Не один только "Петр Великий" в эти минуты менял курс, на всех парах устремляясь навстречу армаде американцев, от кораблей которых стало вдруг тесно в Атлантике. Об этом Еремин точно не знал, но догадывался – все же настоящий офицер должен уметь не только выполнять команды, но еще и думать.

– Черт, если схлестнемся с янки, нам придется не сладко, – скривился вахтенный. – Только один авианосец обладает колоссальной мощью, а ведь есть еще и эскорт. Полсотни палубных истребителей – это серьезно!

– Они сломают зубы о нашу оборону, если посмеют атаковать. Пусть только сунутся!

Капитан Еремин верил в свой корабль. Под палубой дремали не только мощные "Граниты", но и зенитные ракеты "Форт-М" и "Кинжал", щерились в небо связками стволов и пусковыми контейнерами ракетно-артиллерийские комплексы "Кортик", разумеется, тоже уникальные и лучшие в мире. А это означало, что воздушный удар обречен на провал. Во всяком случае, зенитных ракет вполне хватит, чтобы сдержать врага и выиграть время для ответного, пусть и предсмертного удара. Хватало неприятных сюрпризов и для противника, решившего бы затаиться на глубине.

– Не знаю, что нам предстоит, – жестко произнес Еремин. – Но будьте готовы ко всему, будьте готовы встретить свою судьбу стоя, а не на коленях. Помните, что вы офицер, и не смейте запятнать позором свой мундир и свою честь. Мы будем драться, если придется, и заставим надолго запомнить себя. А теперь, товарищ капитан третьего ранга, марш на пост! Продолжать несение вахты!

Разумеется, полностью поглощенный службой Виктор Еремин, а равно и контр-адмирал Соломин, командующий оперативным соединением, не могли знать, что их скромные персоны – пускай и опосредованно – вспоминают не абы где, а в Вашингтоне, в известном на весь мир здании Министерства обороны США. Наверное, стань это известно офицерам, они все же ощутили бы некоторое чувство гордости. Хотя, возможно моряки и не придали бы этому значения – хватало иных забот, да и не одного только Соломина вспоминали в эти часы заокеанские полководцы. У них тоже забот было в избытке.

Внимание добрых полутора десятков человек, собравшихся в ситуационном центре Пентагона, было приковано к одному, генерал-майору Джейсону. И тот, принимая столь пристальный интерес, как должное, размеренно и невозмутимо излагал информацию. А этому офицеру было, что сказать.

– В последние два дня отмечается повышенная активность русской авиации в районе Кольского полуострова, – глава РУМО, американской военной разведки, стоял возле огромного плазменного дисплея, на котором отображалась карта России. В унисон с его словами на мониторе возникали те или иные символы, обозначавшие русские самолеты, корабли, военные базы. – Они явно готовятся к отражению воздушного удара. Увеличено число истребителей "Фоксхаунд" и "Фланкер", несущих дежурство в воздухе на подступах к авиационным и морским базам русских в этом районе. На двух аэродромах под Мурманском также базируются самолеты дальнего радиолокационного обнаружения "Мэйнстей", один из которых постоянно находится в небе. Всего, по нашим данным, туда передислоцированы пять или шесть таких самолетов. Это достаточно эффективная система, пожалуй, не уступающая нашим самолетам АВАКС типа "Сентри", хотя радиоэлектронное оборудование, используемое русскими, и является более громоздким, из-за чего, собственно, в качестве базовой машины при создании этого комплекса они и выбрали транспортный самолет типа "Кандид" большой грузоподъемности. Их АВАКС взаимодействует со стационарными радарами, цепь которых расположена вдоль границ, а также зенитно-ракетными комплексами, развернутыми возле крупнейших военных баз на Кольском полуострове.

– Ясно, Джейсон, – кивнул внимательно слушавший сообщение главы военной разведки генерал Дональд Форстер. – Вероятно, русские демонстрируют готовность защищать свои границы после того случая с беспилотным разведчиком, который они чуть не сбили над Мурманском. Но это меры оборонительного характера, нам их зенитные ракеты и перехватчики не угрожают. Я бы хотел услышать о действиях их флота в связи с приказом русского президента.

Совещание в Пентагоне, назначенное неожиданно, было целиком связано с приведением вооруженных сил России в максимальную боевую готовность. Все разведывательные службы выполнили свою задачу отлично, и в военном ведомстве США о действиях русских узнали едва ли не раньше, чем сами русские командиры получили неожиданный приказ. Приказ этот насторожил многих людей в погонах по обе стороны океана, поскольку пока еще мало кто представлял, чем он вызван, но многие осознавали, к чему может привести. Тем не менее, первое, что должно было сделать высшее командование американских вооруженных сил, это выработать ответные меры, поскольку любая активность любой армии мира воспринималась, прежде всего, как угроза безопасности Соединенных Штатов. Этим сейчас и занимались собравшиеся в одном из подземных залов известного на весь мир пятиугольного здания генералы.

– Сэр, – кивнул генерал-майор Тревис. – На севере, в Баренцевом море действуют две группы надводных кораблей, сэр. Ракетный крейсер "Петр Великий" класса "Киров", эсминец "Адмирал Чабаненко" класса "Удалой-2" и атомный разведывательный корабль "Урал" класса "Капуста" находятся в трехстах милях севернее мыса Нордкин. Эта группа представляет собой своего рода передовой дозор русского флота. Восточнее, в пределах территориальных вод русских находится авианосное соединение во главе с "Кузнецовым". Оно включает в себя ракетный крейсер "Маршал Устинов" класса "Слава", а также по два эсминца класса "Современный" и "Удалой". Эти корабли участвовали в морских маневрах русских, и мы полагаем, что топливо у них на исходе. Подтверждением этому служит тот факт, что в мурманском порту к выходу в море готовится танкер класса "Борис Чиликин". Еще один "Современный" по неизвестным причинам сейчас направляется в Мурманск, отделившись от эскадры.

На одном из мониторов, дополнявших огромный экран с картой, появились сделанные явно со спутника снимки стоящих у пирсов кораблей. На палубах этих судов, явно не относящихся к боевым, и на причалах возле них были видны многочисленные фигуры людей, в том числе в черной униформе российского флота.

– Полагаю, русские находятся у нас на прицеле, генерал? – поинтересовался Эндрю Стивенс. Откинувшись на спинку кресла, генерал с явным интересом слушал доклад начальника венной разведки. – Вы следите за ними, не так ли?