До потери пульса

– Да, это так, – подтвердила владелица швейного ателье.

– Думаю, что со всеми арендаторами договоры заключены примерно на таких же условиях. А что, если полностью освободить здание от прежних арендаторов, не выплачивая при этом никаких неустоек, сделать здесь ремонт в едином стиле и сдать его какой-нибудь богатой фирме или нескольким крупным фирмам – естественно, уже по новым тарифам?

– В принципе такое возможно. Только под силу ли это Земцову? Вы же видели, он уже практически на ладан дышит.

– Да, я заметила, что у него одышка, – скаламбурила я. – Но это отнюдь не значит, что он не хочет повысить уровень своего благосостояния!

– Надо рассказать об этом Наташе. – Корнилова вновь принялась названивать подруге: – Это я! Да, мы успели. Давай не по телефону, поднимайся к нам. У нас тут еще одна версия появилась… Позже так позже.

– Наталья Петровна занята? – спросила я.

– Да, у нее какая-то важная клиентка сидит. Ладно, я потом введу ее в курс дела. Так, Татьяна Александровна, как бы нам поскорее установить здесь камеры?

– В принципе с этим нет особых проблем. Я могу заняться этим лично, но только после того, как весь персонал разойдется по домам. Единственное, что меня волнует…

– Что?

– Вдруг он уже на сегодняшний вечер что-то запланировал, какую-то акцию, а мы к этому еще не готовы. Поэтому требуется, чтобы Мазуров не просто покинул в шесть часов вечера ателье, а действительно вышел из здания и больше сегодня сюда не возвращался.

– Пожалуй, я знаю, как это организовать. Я отправлю его после работы в гипермаркет, он работает до девяти вечера, попрошу купить кое-что для хозяйственных нужд. Мне и раньше приходилось озадачивать Николая подобными поручениями, и моя просьба его не насторожит.

– Да, это хорошая идея. Именно так и следует поступить.

– Ну что ж, до окончания рабочего дня осталось полчаса. Пойду и скажу ему об этом.

Мы вышли из директорского кабинета. Корнилова отправилась в цех, а я подошла к соседней двери. Она оказалась закрыта.

– Елена Федоровна уехала в банк, еще не вернулась, – уведомила меня Людмила.

Я достала из кармана ключ и открыла дверь. Вскоре ко мне заглянула Ольга Николаевна и сказала, что дала технику задание на этот вечер и он принял его как должное. Я позвонила Баутиной.

– Алло! – ответила она.

– Александра Львовна, это Татьяна Иванова, из «Ириса».

– Да-да, я жду вашего звонка.

– Я обо все договорилась. Видеослежение можно будет организовать уже сегодня. Но есть одна проблемка…

– Какая? – насторожилась моя собеседница.

– Придется чем-то задекорировать ваши голые стены, иначе камеры будут как бельмо в глазу.

– Это не проблема. Я подберу что-нибудь из нашей продукции, какую-нибудь «некондицию».

Мы обсудили с Баутиной кое-какие детали, после чего нам осталось только ждать, когда Мазуров покинет Дом быта. Я лично проследила за ним из окна и видела, что он сел на маршрутку, идущую к гипермаркету, куда его отправила Корнилова. Затем я поднялась на шестой этаж и сообщила директору учебно-производственного комбината:

– Не удивляйтесь, но камеры я установлю лично. Сегодня в «Скифе» не было свободных мастеров.

– А как же вам доверили такие материальные ценности? – удивилась Баутина. – Я думала, мне придется написать расписку. Как-то все это странно…

– Понимаете, владелец этой фирмы – мой жених, он пошел мне навстречу, – молниеносно нашлась я с ответом. – Документально мы все оформим позже. Сейчас время дорого. Вы же понимаете?

– Понимаю, – подтвердила Александра Львовна. – Татьяна Александровна, вы оказываете нам неоценимую услугу! Я даже не знаю, как вас за это благодарить.

– Пустяки. Главное – чтобы мы достигли цели.

Несмотря на то что инвалиды работали до семи вечера, я не переживала из-за того, что моя бурная деятельность в коридоре вызовет у кого-то интерес. Контингент-то был в основном незрячий. Александра Львовна нашла плетенки, которыми можно было бы замаскировать глазки миниатюрных камер, но вот приладить их к стене оказалось не так-то просто. Пришлось спуститься в ателье и «позаимствовать» у Мазурова дрель. Установив камеры, я вбила в компьютер Баутиной нужную программку и объяснила ей, что к чему. Александра Львовна, хоть и приблизилась уже к пенсионному возрасту, быстро «въехала» во все нюансы.

После этого я установила камеры в «Ирисе», там оставались лишь Корнилова и уборщица. Пока тетя Вера убиралась в цехе, я работала в других помещениях, затем мы поменялись местами.

Глава 12

В среду я пришла на работу раньше обычного. Кроме Людмилы в ателье еще никого не было, даже Корниловой.

– Татьяна, вы сегодня так рано, – удивилась приемщица заказов.

– Работы много, – пояснила я, и это была чистая правда.

Я вошла в кабинет, вынула из сумки ноутбук и настроила программу. Вскоре на мониторе появились картинки со всех камер. Народ потихоньку подтягивался на рабочие места. Мазуров пришел без пятнадцати девять, с большой спортивной сумкой в руках, и сразу же направился на склад, где выгрузил купленные им вчера хозтовары, а потом пошел в бытовку. Женщины к тому времени уже переоделись, там было пусто. Николай подошел к своему шкафу, открыл его и переложил что-то из сумки на полку. Что именно, я не разглядела.

– Татьяна Александровна, вы уже здесь? – спросила Корнилова, заглянув ко мне. – Здравствуйте!

– Добрый день!

– Как дела? Все работает? – Ольга Николаевна кивнула на мой ноутбук.

– Да, конечно. Хотите посмотреть?

– Нет, это как-то не для меня… Это вы уж лучше сами.

– Не понимаю, как Мелихова обходилась без компьютера? – заметила я.

– Они с Еленой пользовались одной машиной. Им как-то хватало, – сказала моя начальница и закрыла дверь.

Я продолжила наблюдать за Мазуровым. Он определенно замышлял нечто, выходившее за рамки его должностных обязанностей. Николай как-то слишком уж суетился – то и дело бегал в бытовку и ковырялся в своем шкафу. Я была вынуждена признать, что установила там камеру неправильно – невозможно было разглядеть, что именно делает Мазуров. Следовало повесить ее не напротив шкафа, а под каким-нибудь углом. (Разумеется, сообщать клиенткам о своей промашке я не собиралась.)

Мой мобильник зазвонил, и я ответила:

– Алло!

– Здравствуйте, это Баутина.

– Доброе утро, Александра Львовна! Что скажете?

– Скажу, что у нас все тихо, ночью никто к нам на этаж не поднимался. Прослежу за коридорами в течение дня.

– Если заметите что-то подозрительное, сразу же звоните мне! Я сегодня никуда из ателье отлучаться не собираюсь. Разве только спущусь на полчасика в кафе.

– Хорошо, позвоню, – пообещала Баутина, – хотя я очень надеюсь, что ничего страшного не случится!

– Я тоже. Тем не менее нам надо быть начеку.

– Постараюсь, – сказала Александра Львовна и отключилась.

Примерно через полчаса мне позвонила Бережковская.

– Здравствуй, дорогая племянница, – сказала она с каким-то непонятным подтекстом. – Неужели я даже на правах близкой родственницы не заслужила таких же преференций, как моя подружка?

– Наталья Петровна, я не понимаю, о чем вы?

– Да что же тут непонятного? Я про камеры говорю! Почему бы их и у меня в салоне не установить? Мне было бы с ними гораздо спокойнее!