До потери пульса

Обсудив детали предстоящего обыска, мы с Натальей Петровной спустились на первый этаж. Она отправилась готовить фронт ремонтных работ для Николая Мазурова, а я вышла на улицу, дабы забрать из «Ситроена» инструменты, которым позавидовал бы любой медвежатник, а также сумку с прочими своими шпионскими прибамбасами.

– Привет, – услышала я, открыв дверцу своего авто. В боковом стекле отразился знакомый силуэт.

– Привет, – ответила я Кузьмину, не оборачиваясь.

– Уже уезжаешь?

– Допустим, – холодно ответила я. – А тебе-то что?

– Да ничего, я просто увидел тебя, вот и подошел. Танюша, а не сделать ли тебе фотосессию с машиной? Ты бы прекрасно смотрелась на фоне этого авто, – Кузьмин погладил рукой капот, – где-нибудь на берегу Волги. Я знаю одно местечко под Тарасовом, там можно прямо к реке подъехать. Представляешь, в перспективе – Шумейский остров, а на переднем плане – ты и твое авто? Волна накатывает на передние колеса…

– Илья, ты опять за свое? Я же сказала, что мне это совершенно неинтересно!

– Танюша, ты только представь – в твоей электронной рамке будут крутиться не любительские, а профессиональные фотографии! Подружки обзавидуются! Ты же в принципе ничего не теряешь, так?

– Как это – ничего? – изумилась я. – А мое личное время?

– Неужели ты такая занятая?

– Ты даже представить себе не можешь, насколько!

Кузьмин уже начал меня напрягать, но тут ему кто-то позвонил.

– Да, Ярослав Федорович, – ответил он и отошел в сторонку, а потом и вовсе направился ко входу в Дом быта.

Я взяла из бардачка пакет с необходимыми принадлежностями, закрыла машину и пошла обратно. Когда я остановилась у лифта, двери его раскрылись, и оттуда вышел Мазуров со своим саквояжем. Он учтиво поклонился мне и направился в сторону «Пальмиры». Я поехала на четвертый этаж. Корнилова встретила меня у входа в «Ирис».

Глава 11

– Татьяна Александровна, ну где вы ходите?! Пора приступать к работе! У нас не так-то много времени. Света по моей просьбе уже начала читать лекцию о новых швейных технологиях. Пока она этим занимается, никто не выйдет из цеха, но, боюсь, ее надолго не хватит. Светлана ведь не понимает, зачем это нужно, поэтому сознательно затягивать процесс не будет. Не хватало еще, чтобы кто-нибудь застукал нас за взломом! Не понимаю, как я могла поддаться на ваши уговоры? – сокрушалась Корнилова. – Это ведь авантюра чистейшей воды! Если что, объясняться с персоналом будете вы!

– Хорошо, я найду, как выкрутиться.

Мы вошли в бытовку.

– Вот, – Ольга Николаевна остановилась напротив дверцы в углу, – это его шкафчик. Справитесь?

– А как же иначе?

Замок оказался мудреным, словно он предназначен был не для шкафа с одеждой, а для сейфа, где хранились большие суммы денег и редкостные драгоценности. Наверняка Мазуров заменил стандартный замок на этот – повышенной сложности – собственноручно. Тем не менее опыт в подобных делах и хорошие инструменты позволили мне открыть дверь достаточно быстро и без каких-либо повреждений замка.

– Так, посмотрим, что здесь имеется. – Вначале я обыскала карманы изрядно поношенной мужской куртки.

– Что вы делаете?! Зачем шарите по карманам? Ясно же, что книга там не поместится! – возмутилась Корнилова и с опаской посмотрела на входную дверь.

Не обращая внимания на ее реплики, я полезла во внутренний карман куртки и извлекла оттуда пузырек с какими-то таблетками. Он был наполовину пуст. Я прочитала вслух название лекарства, но оно мне ни о чем не сказало.

– Интересно, и какие тут у нас показания к применению? Жаль, инструкции нет…

– Да какая разница, что это такое! – одернула меня начальница. – Разве мы таблетки ищем? Татьяна Александровна, не тяните время!

– Мы ищем любые улики, поэтому мне стоит запомнить название лекарства.

– Это еще зачем?

– Посмотрим потом в Интернете, при каких заболеваниях назначают этот препарат. Вдруг это сильнодействующее снотворное, которое Мазуров в любой момент может подсыпать кому-нибудь в чай?

– Вы слишком уж фантазируете! А если это просто таблетки от головной боли? Ищите книгу. – Корнилова не сводила глаз с двери.

Обыскав куртку, я пошарила рукой на полке и обнаружила книгу, обернутую газетой. Открыв титульный лист, я прочитала:

– К. Саввин «Выпускной бал сатаны, или Черти возвращаются». Мистический детектив. О как! А вы мне не верили…

– Пока что это еще ничего не доказывает. – Корнилова выглянула за дверь. – Там все тихо, но в любой момент сюда может кто-нибудь нагрянуть. Пролистайте ее скорее! Есть ли там поврежденные страницы?

– Вроде бы нет. Возможно, страницы, из которых вырезан текст, были вырваны целиком. Надо просмотреть все подряд. Так, вот тут – заметка на полях.

– Какая еще заметка? – Ольга Николаевна подошла ко мне.

– Вот, видите, – галочка.

– Ну, хорошо, читайте абзац, напротив которого она стоит. Да не про себя, а вслух! – потребовала моя клиентка.

– «Хайнц проделал огромную подготовительную работу для того, чтобы все эти людишки, жалкие рабы своих привычек, собрались в одном месте. Ему было легче расправиться со всеми разом, нежели гоняться за ними поодиночке. Они молили его о пощаде, но он их не слышал – в ушах у него были туго скрученные ватные тампоны…» – Я оторвала взгляд от книги и взглянула на Корнилову. Она выглядела предельно растерянной. – Мне продолжать?

– Даже не знаю… Произведение, конечно, сомнительного качества, но прямых доказательств, что в том письме были цитаты отсюда, так и нет…

Я еще немного полистала эту книжонку и обнаружила другую пометку.

– А как вам понравится вот это? Читаю только то, что подчеркнуто.

– Читайте!

– «Дал им последний шанс… исправить ошибки предков. Кто не смог убежать, того… подхватили черти и понесли. Да будет… с вами подобное!» Ольга Николаевна, из подчеркнутых слов складываются стройные предложения! Они вырваны из этого контекста, в них звучит некая угроза. Вы с этим согласны?

– Не знаю… А вырванных страниц вы так и не нашли?

– Похоже, это другая книжка. Здесь шрифт помельче.

– Возможно, эти пометки делал вовсе не Николай, а человек, читавший эту книгу до него. Не скажу, что у Мазурова хороший литературный вкус, но чтение мистических детективов еще не является преступлением. Мы должны быть объективными, а посему – это не улика против Николая.

– А вкупе вот с этим? – Я нашла на полке ножницы и клей-карандаш и показала все это канцелярское хозяйство Ольге Николаевне. – Зачем все это технику по ремонту швейных машин? Он увлекается аппликацией?