Долина

– И как же брошь оказалась у тебя? Если я правильно понял, она больше десятилетия хранилась в тайнике. Если быть более точным, пятнадцать лет.

– Месяц назад… В общем, двадцатого мая я поминала в кафе «Долина» свою бабушку. Прошел уже год, а тоска не отпускала. Все разошлись, а я засиделась одна, мне не особенно хотелось идти домой. В это время ко мне кто-то подошел. Мне показалось, молодой мужчина. Он и оставил мне эту брошь.

– Как он выглядел, ты не можешь его описать? Ну, хоть что-нибудь вспомни, Лиза!

– Я запомнила только плащ и шляпу. Но даже не могу назвать определенный цвет. В тот день мне все казалось серым.

– Я зайду в это кафе. Я постараюсь что-нибудь разузнать для тебя.

– Да, я, кажется, вспомнила, Лев. Меня удивила одна странность. У него отчего-то были холодные мокрые руки.

– Мокрые руки? На улице был дождь?

– Дождя как раз-таки не было. Было тепло и сухо. И еще он почему-то не напугал меня. Я даже чувствовала к себе его расположение, слишком уж мягко он удерживал брошь в моих руках. Но… настойчиво.

– Угу, – что-то неопределенное произнес Лев, внимательно глядя на девушку.

– Может, это он влез в наш дом? – испугалась неожиданно пришедшей мысли Лиза.

– Хм-м, – что-то неопределенное вновь произнес детектив.

– Вдруг это он украл? У твоего коллекционера.

– Подожди, Лиза. Брошь из поколения в поколение, как ты только что рассказывала, передавалась в вашей семье единственной наследнице, больше одной девочки в вашем роду не рождалось. Правильно? – точно сам себе задал вопрос детектив, в знак согласия Лиза кивнула. – Тогда как она попала к коллекционеру? Хотя… Возможно, Вера Егоровна кому-то все же проболталась, чужие тайны хранить сложно. Или твоя бабушка передумала и вынула ее из тайника. Может, кому-то из них понадобились деньги? Тут предположений много. И опять-таки, как она оказалась у этого молодого, как ты говоришь, мужчины?

– Вот зачем он отдал ее мне? Гораздо выгоднее продать хотя бы твоему богатому ювелиру.

– Значит, у него была своя цель. Но вот какая? Теперь относительно Влада…

– Влада?!

– Да. Расскажи мне о ваших взаимоотношениях, точнее, о причинах конфликтов.

– Для следствия?

– Не из любопытства точно, – улыбнулся Лев.

Когда Лиза рассказала обо всем, что только смогла вспомнить за последние два месяца их трудных отношений, Лев задал вопрос:

– Так ты говоришь, Лиза, что брошь воткнулась Владу прямо иглой в ладонь?

– Да, именно так.

Лев раскрыл брошь и сквозь лупу увидел засохшую кровь у основания иглы. Он вышел вместе с брошью куда-то за дверь к напарнику. Лиза осталась сидеть в ожидании.

– Лиза, ты не могла бы оставить брошь на пару дней в лаборатории? – спросил появившийся в дверях Лев.

– Конечно. Вот только останется ли она сама…

– Что ты имеешь в виду? – переспросил детектив.

Но девушка точно не расслышала детектива и спросила о чем-то своем:

– Лев, ты помощника ювелира нашел, которого уволили? Или уже отказался от этого дела?

– Наверное, чувствовал, что моя девушка как-то будет связана с брошью и ювелиром, поэтому и не отказался сам для себя, – пошутил он.

– Ты что? Серьезно? – как-то испуганно спросила Лиза.

– Нет, я шучу. Вычислил я помощника ювелира. Но он утверждает, что никакой книги продаж в глаза не видел, что никто в ней не мог вести никаких записей о клиентах, купивших что-то в ломбарде, потому что этой учетной книги просто не существовало. Он уверен, что жадный владелец врет, нашел удобный предлог выгнать его с работы, не заплатив ни рубля.

– А что думаешь ты?

– Пока сложно сказать, я не люблю торопиться с выводами. Учетной книги могло и не быть. Возможно, это был способ заставить меня поверить в существование старинной рубиновой броши, чтобы я взялся за ее поиски. Как заставить поверить? Придумать историю, что ее украли и потом сдали в ломбард. Стефановский и владелец ломбарда могли быть в сговоре. Проще говоря, Стефановский просто заплатил владельцу ломбарда за ложь. Возможно, брошь вообще никогда не появлялась в этом ломбарде. Разберемся, Лиза, во всем разберемся, – уверенно подытожил детектив.

– Но у тебя была ее фотография.

– Да. Весьма сомнительного качества. И больше ничего.

В дверях показался напарник Льва. Он молча показал какую-то цифру на бумаге. Лев кивнул.

– Не пора ли нам немного проветрить свои мозги? – улыбнулся отчего-то детектив.

– Наверное, пора, – кивнула Лиза.

– Тогда пройдемся по парку? Знаешь, за окнами этого здания есть, кажется, солнце.

– Да? – улыбнулась Лиза.

– Да, – ответил с улыбкой Лев.

Гуляя с детективом по парку, Лиза вдруг почувствовала, что ей не надо ничего бояться и больше нечего от него скрывать – ведь он поверил ей. И она это знала. Лев не спешил, наслаждался прогулкой. Втянувшись в беседу о хобби и увлечениях, Лиза не заметила, как совершенно забыла о горестях, свалившихся на нее за последнее время. В прежнее беспокойное состояние девушка вернулась только тогда, когда обнаружила, что уже стемнело. Лиза медленно оторвалась от безумно горячих поцелуев Льва. «И откуда ты такой свалился на мою голову, Лев? И какое счастье, что ты все-таки свалился!» – подумала она.

Когда они вернулись в дом, Лев прежде всего потребовал совместного ужина.

– Лизонька, не может быть рабочий день двадцать четыре часа в сутки! У нас, конечно, есть проблема, но мы не будем на ней зацикливаться, мы обязательно решим ее завтра. Не сейчас!

Лиза, видя, что Лев настроен решительно, отступила и не стала возвращаться к разговору, начатому в частном агентстве. В конце концов, это ее первый столь приятный вечер за почти истекшую неделю.

– Хорошо, будем ужинать, – ответила Лиза. – Кто шеф-повар?

– Ты! А я на подручной работе.

– Это мне нравится. Значит, приготовление ужина будет нескучным. Я за отбивные в кляре. А ты?

– Двумя руками. По крайней мере, хоть узнаю, что это такое, на тридцать первом году холостяцкой жизни!

Лиза хозяйничала на кухне. Лев с удовольствием отмечал про себя, что в поварском ремесле она мало кому уступит. По просьбе девушки он полез за мукой и, споткнувшись на ровном месте, тряхнул березовым туеском несколько раз, крышка соскочила – и мука взвилась, окутав клубом белого дыма детектива. Лиза рассмеялась, запустила узенькую руку в туесок и, зацепив пригоршню муки, ловко метнула во Льва. Лицо молодого детектива покрылось белой маской.

– Новое лицо популярного детектива Льва! – расхохоталась Лиза.

– Как? – спросил остолбеневший Лев.

– Будущий заголовок в газете! Появится после раскрытия загадочного преступления с брошью!

– Ну-ну. Неожиданно, однако, – в тон ей рассмеялся детектив, смахнув муку с лица.

И тут Лев начал атаку:

– Крупных самцов трогать не рекомендуется! Ты забыла, кто тут царь зверей?

Белая мука сплошным туманом стояла на кухне. И сквозь этот туман долетали веселые голоса: один – высокий и звонкий, другой – низкий и густой. Лиза и не заметила, как оказалась в объятиях Льва. Ее губы, лицо, шею покрывали страстные поцелуи уверенного в себе мужчины. Они были нежны, напористы, настойчивы. И Лиза отчетливо осознавала только одно: это ее мужчина! Фартуки были брошены, еще не рожденный кулинарный изыск предательски оставлен, и лишь мучная буря, осев пылью на пол, оставалась торжествовать на кухне. И пара следов на ней – мужской и женский.