Доспехи Крестоносца

Как бы тихо не были произнесены слова, Винс все же их услышал. Вор дернулся как ужаленный. Тело парня напряглось, а сам он превратил вслух, ожидая решения наемника.

– Нет, - так же тихо ответил Кронн, покачав головой.
– Своих я в беде не оставлю.

– Я бы бросил, если речь идет о собственной шкуре, - Таниэль придерживался прямо противоположного на этот счет мнения.
– Думаю, у ассасина схожее мнение. Верно?

Лейт, выглядевший скучающим пожал плечами. Выплюнув изо рта мусолящую травинку, Минтес сначала оглядел толпу, словно оценивая собственные шансы. Затем на товарищей по отряду:

– По мне, так прорвемся. С кровью и убитыми.

– Убивать ни в чем неповинных людей страшный грех, - не преминул сообщить брат Бризнер. Выглядел монах не в своей тарелке, а уж возможность скорой драки придала лицу мужчины необычайную бледность.

– Это они пока невинны, святой отец. А вот отыщется среди них заводила и нас затопчут. Похоже, кроме вас о святости жизни здесь никто не помнит.

– Ну, так как?
– Таниэль потянулся к клинку, стоило толпе прийти в движение.

Судя по всему, промедление отряда толпа восприняла, как отказ подчиняться. Люди нервно стали роптать, гремя железом. Строй крестьян ощетинился топорами, вилами и даже мечами.

– Кронн, медлить нельзя, - напомнил вновь Вэнт. Сейчас воин был напряжен до предела, словно натянутая струна.
– Нужно их смести с дороги.

– Я не позволю вам убивать людей!
– Бризнер подался вперед, загораживая Таниэлю путь. Несмотря на внешний вид, держался монах твердо.

– Да как вы не понимаете!
– рыкнул на святого отца Чемпион.
– Либо они нас, либо мы их! Другого выбора нет. И я не намерен, сложишь голову из-за ваших предрассудков и тупости членов отряда!

С этими словами Таниэль ударил коня пятками по крупу. Скакун сделал резкий скачок и врезался в напирающую толпу, смяв первые ряды. Люди с воплями ринулись в разные стороны, однако большая часть просто не успела уйти с пути, впавшего в ярость берсерка бойца Арены. Великий Чемпион сокрушал врагов без пощады. Меч молнией мелькал, пожиная острием жизни несчастных. Крестьяне пытались атаковать, но натиск Вэнта поражал. И все же его попытка прорваться захлебывалась. Видя смерть товарищей и близких мужики уже не щадили собственные жизни. Подставляясь под удары, они набрасывались на мечущегося всадника, не давая ему прорваться и пытаясь повалить на землю.

– Не стойте! Делайте же что-нибудь!
– прокричал товарищам Таниэль, рубя наседающих крестьян.

И Кронн дав знак остальным, врезался в толпу, спеша на подмогу Чемпиону. Скрипя зубами, Бренинг чуть ли не силой тащил Винса и Оливера. Видя самую настоящую мясорубку, оба парня растерялись, обещая едва ли не упасть в обморок.

– Минтес! Подсоби!

Понявший без лишних пояснений команду наемника, убийца попытался отрезать взбешенную толпу от отряда, давая им шанс вырваться и тем самым принимая урон на себя. Топча вопящих людей, Лейт дождался, когда лошади остальных членов отряда достигнут дороги, и, отражая удары, погнал коня вдогонку.

Позади воздух сотрясался от криков боли и ярости, но мужчинам было все равно. Сейчас самым важным являлось спасти собственные шкуры. Гоня лошадей, они в краткий миг достигли ворот. Не сбавляя темпа, понеслись по тракту, оставляя за собой плотную стену из пыли. И лишь когда "Золотистый край" остался далеко позади, а взмыленные лошади едва не падали от усталости Бренинг позволил отряду остановиться.

Вытирая потное грязное от пыли лицо, наемник спешился, и буквально стащив Винса с седла от души врезал костяшками пальцев вора по лицу.

От удара парень упал на землю, покатившись к канаве. Тут же поднялся, держась руками за перебитый нос. Алая кровь хлестала, перемазав рубаху и оставляя темные пятна на земле.

– Это тебе за то, что подставил своих товарищей!
– Багровый от ярости Бренинг подхватил не пытающегося даже сопротивляться Винса, словно как щенка и ударил еще раз.
– А это за то, что из-за тебя пострадали невинные люди!

Полный неистовства Кронн зарычал, поглядев на спутников. Пожалуй, таким мужчины видели всегда спокойного и сдержанного наемника впервые.

– И вы тоже зарубите себе на носу, щенки. С вами церемониться я не намерен! Не можете не найти на задницу приключений так валите домой, к мамочкам! Я тосковать не стану! Возможно происходящее для вас лишь игра. Но наша миссия слишком серьезная, чтобы подвергать ее риску. Надеюсь, вам понятно и мне не придется повторять слова дважды.

– Мы поняли, - озвучил за всех общее мнение Вэнинг.

– Вот и славно, - выплеснув злость, Кронн хмуро взобрался в седло.
– А теперь в путь!

Оливер помог забраться Винсу в седло. Выглядел вор скверно, парню крепко досталось, и он едва мог держаться.

– Да уж, не повезло тебе старик, - сочувственно покачал головой маг.

– Ничего, - с трудом шевеля разбитыми губами, прошелестел Винс.
– Бывало и хуже.

Оливер сказал что-то еще и направился к лошади.

– Эй, вор.
– Окликнул Винса Таниэль. Смотрел на парня воин с нескрываемым уничижительным презрением.
– Повторится нечто похожее, и я лично выпущу тебе кишки.

Больше никто не вымолвил ни слово, но по лицам Винс легко мог прочитать, что о нем думают остальные. Презрение Вэнта, досада и разочарование брата Бризнера, злоба Кронна. Лишь Вэнинг смотрел на парня с сочувствием. Что касается Минтеса, то и вновь ассасин не изменил данным привычкам. Убийца единственный кто не проявил вообще никаких эмоций. Видимо Лейту и, правда, было абсолютно плевать на все, что не касалось лично его самого.

Так, испытывая тяжесть на душе и неясные переживания, Винс устроился позади колоны.

На небе неизменно светило жаркое августовское солнце. Не виднелось ни единого облачка. И отряд по-прежнему продвигался на север. Туда, где находился следующий алтарь одного из Девяти небожителей. Отряд направлялся в край льда и стужи, вечных ветров и царства снега. Где-то за лесами и полями и поднимающимися ввысь горными хребтами скрывалась новая цель.

Глава 10.

Город семи ветров.

И вновь дни потянулись чередой долгих часов пути и коротких передышек. Отряд по-прежнему продвигался к далекой Бруме. Но в отличие от установившегося распорядка у мужчин, природа вокруг них не осталась без изменения. Бескрайние поля и луга с пастбищами и пасущимися стадами остались позади. На смену им пришли леса, простирающиеся на сотни лиг вокруг. Вместе с флорой изменилась и дорога. Ровный тракт, тянущийся прямой, сменился вьющимся серпантином. Дорога то петляла, как заяц, спасающийся от клыков хищника, поворачивая и создавая петли, то неожиданно выпрямлялась. С приближением к северу деревушки стали попадаться все реже и реже, а затем и вовсе исчезли. Так что безграничный край оказался во власти природы и зверей. И отсутствие вмешательства человека сделало здешние места обособленным царством дикой, первобытной природы.