Элунея

Однако можно сказать, что не сам Йимир был таким уникальным сенонцем, ведь этому его обучил Моран, драг света. Но этот могучий наставник не взялся бы за это обучение, если бы не видел, что для Йимира это возможно. Так что отчасти юный чародей и сам приложил усилия. А он и не скрывал этого. Когда совет собрался ради него во второй раз, сын Талата сразу же об этом и рассказал всем им. В глазах могучих финтаров, в которых и так читалось уважение, теперь это самое уважение стало ещё более явным, и один из учителей произнёс такую мысль, что, раз уж сам Моран ведёт с ним дела, то Йимир точно какой-то особенный. Теперь зенте-октар ощущал, что эти грациозные чародеи смотрят на него как на равного, он, наконец-то, мог сказать, что стал своим среди этого прекрасного общества возвышенных мастеров воздушной магии. Один за другим учителя стали расспрашивать его, а он отвечал им. Их интересовало, какой жизненный путь для себя выбрал Йимир, чего он хочет взять от магии воздуха, как собирается распоряжаться своими силами, которые он получит в стенах этого урина, и прочие подобные. Будущий финтар понимал, к чему они все клонят – учителя желают уговорить его остаться в Финтарисе и стать новым преподавателем, что будет помогать ученикам, которым трудно даётся их стихия. И, в конце концов, когда расспрос был завершён, они ему об этом прямо так и сказали. Конечно, Йимир тут же примерил на себя это обличие и погрузился в эти грёзы. В принципе, ему эта перспектива была по душе. Финтары очень нравились ему. И то, что он будет считаться в землях воздушных чародеев своим, было очень привлекательно. И он бы согласился, непременно согласился на это предложение. Однако в голове всплыло другое словосочетание, которое всё изменило – великое предназначение. Вместе с этим словом появилась также и внутренняя сила, которая как раз таки вела его дальше, к своей цели – он должен стать талами. А следом за этой силой в голове воскресли воспоминания о том самом пророчестве, в котором говорилось, что потомок кольера должен занять его место. Конечно, уже эта перспектива нравилась ему не так, как возможность стать особым учителем, однако, если таков путь великого предназначения, что был уготован ему, он обязан пройти его. А потому совету учителей он отвечал, что не может принять их предложение и остаться тут навсегда, потому что должен идти дальше, потому что цель его жизни – это быть талами, властелином всех четырёх стихий, кого будут уважать не только в Финтарисе, но и везде, куда бы он ни ступил. Да, о пророчестве он не говорил ни слова этим финтарам, потому что не хотел, чтобы кто-нибудь узнать о том, что может вовсе не произойти. Совет финтаров с пониманием отнёсся к выбору Йимира, однако ж учителя всё-таки предложили ему перевоплотиться в учителя, пока он будет проходить обучение тут. Ученик усмехнулся:

– Но ведь я пока что ещё сам нахожусь на стадии познания магии ветров. Как же я могу стать учителем? Я даже не умею свободно перемещаться по Финтарису и привязан к урину.

Валеин сказал:

– И хоть способность свободного полёта – это последнее, что познаётся в конце прохождения финта’урина, мы приняли решение наставлять тебя и группу, с которой ты обучаешься, этому мастерству на следующем же занятии. Я могу с уверенностью сказать, что опыт, которым вы обмениваетесь друг с другом после того, как хавор заканчивается, делает всех вас в какой-то степени равными друг другу, ну разве что кроме Мита, который из-за своей гордыни упускает возможности для обмена опытом. Но с ним вопрос уже решён. Со следующего занятия он переведён в группу мастера Гергая. Его ученики находятся пока что на более низком уровне познания нашей магии, но Миту не повредит повторить некоторые начальные знания. Так что ты и все остальные будете продолжать идти на равных по этому пути.

Йимир подумал было, к чему Валеин рассказывает это всё ему, но потом вспомнил, что они вообще-то собрались тут, чтобы принять в ряды мастеров нового преподавателя, а потому приложил руку к сердцу, сделал лёгкий поклон, как обычно это делается среди финтаров, и ответил:

– Для меня будет честью помогать новым умам, тянущимся к знаниям воздушной сферы магии. Я планирую оставаться в Финтарисе достаточно долго для того, чтобы познавать не только эту прекрасную магию, но и чтобы ещё ближе познакомиться с прекрасными обитателями этих земель.

Учителя ответили ему таким же образом, приложив ладони к своим сердцам и немного поклонившись, а после заговорил один из них:

– А для нас честь принимать тебя в своих кругах, сын Талата. Отныне тебе открыт доступ ко второму уровню финта’урина, где опытом обмениваемся уже мы, учителя. Как только Валеин передаст тебе знания свободного полёта, ты сможешь наведаться к нам, - он обратился к одному из учителей, - Парий, ты не мог бы донести о нашем решении Евенгалу?

Парий тяжко выдохнул, показав, что взаимодействие с навулом финтаров – это не совсем приятное дело, а после отвечал:

– Конечно. Постараюсь застать его до начала Испытания.

– Вот и славно. Ну что ж, Йимир, добро пожаловать в Финтарис. С этого момента ты становишься полноправным членом нашего общества и можешь рассчитывать на все привилегии.

Йимир снова сделал жест уважения, учителя ответили ему тем же, и после этого совет был распущен.

То, чего Йимир так долго и настойчиво добивался, наконец-то, исполнилось. Финтары, наконец-то, раскрылись перед ним, и теперь он мог учиться у них тому, как быть грациозным и лёгким. А занятия с учителем ему в этом даже помогали. Все будущие финтары чувствовали, как изменилось отношение наставника к ним, как он общается с ними на равных, как он пытается доходчиво и терпеливо объяснять им то, чему им ещё, по сути, и рано-то учиться. Тот самый зактар, который не хотел искать с Йимиром общий язык, как и обещано, был переведён в группу Гергая. Стоит отметить, что это ему очень не понравилось, так что этот огневик даже какое-то время затевал ссору с виновником этого происшествия. Но дружелюбный сын кольера своими кроткими и простыми словами не давал этому пожару ненависти разгореться в потасовку, а потому Мит, в конце концов, остыл и больше не появлялся перед Йимиром.

На обучение свободному полёту ушло более 10 хаворов. За это время занятия пришлось остановить лишь дважды, потому что зенте-октару становилось плохо. Но стоило тому немного отдохнуть, как всё продолжалось. Каждый ученик с пониманием относился к слабости самого сильного ученика и даже не смели роптать, что он отвлекает их от столь важного обучения. Они очень сильно сплотились, так что действовали как одна команда. И на протяжении всех этих восходов и закатов каждый ощущал, как изменяется его тело, как оно становится всё более и более невесомым, как будто бы состоящим из одного только воздуха, как будто внутри них не было ничего, будто бы они – лишь контуры самых себя, а внутри этих самых контуров жил ветер, могучий и сильный ураган, способный поднять в воздух не только какого-то там невесомого сенонца, но и вообще весь Сенон. Жёлтый поток эфира теперь, по сути, сделался их родной силой. Точно таким же для Йимира стал и окта. Закончив окта’урин, он мог ощутить синий поток магической энергии с закрытыми глазами, мог извлечь его из общей мешанины всего эфирного пространства столько, сколько было нужно для творения своей магии, чтобы даже излишков не осталось. Теперь всё это ощущалось и с желтым финта. Конечно же, Йимир был первым, кто сделал это открытие, кто воспарил над полом без помощи ветров. Однако же и на этом не было завершено обучение. Валеин не скрывал своей радости от того, что именно сын Талата был первым, но также он сказал, чтобы Йимир продолжал постигать сущность воздуха, чтобы он продолжал делаться невесомым, потому что, хоть ему и удалось оторваться от притяжения Сенона, всё же он остаётся зависим от этой силы, по сути, земли. Когда он сможет достаточно отделить себя от своего природного естества, тогда его тело сделается абсолютно невесомым, и он сможет буквально ходить по воздуху. Для того, чтобы продемонстрировать свою мысль, Валеин воспарил над своими учениками и остался на месте. Когда же это самое попытался повторить Йимир, то у него получилось лишь подняться до учителя, а вот удержаться на той высоте без постоянной поддержки магии воздуха он уже не мог и начинал тут же падать. Когда они вместе с учителем опустились на пол, Валеин продолжил занятия и сказал, чтобы Йимир также не оставлял их. Конечно же, будущий талами не смел ослушаться своего наставника. И так, один за другим силу притяжения Сенона преодолели все, с кем проходил обучение сын кольера. А он сам продолжал тренировки и ощущал, как становился всё более и более невесомым. Теперь приступы не случались от слова совсем, потому что финта усвоилась в нём окончательно. И всё же Йимир не позволял себе терять голову и вникал в эти наставления со всей осторожностью. Но постепенно страх ушёл совсем, и он уже полностью отдался познанию магии воздуха, не зная преград и препятствий.

И вот, Йимир на всех порах мчится по Финтарису, наслаждаясь покорённой вершиной. Теперь, обладая способностью свободно перемещаться, он ощущал невообразимую лёгкость. Он был настоящим магом воздуха. Даже многочисленные дикие ветра, которые пронизывали территорию этого народа, не были властны над ним. Даже наоборот, это он повелевал ими, руководил этими вроде бы и живыми, но в то же самое время и неживыми существами. Он пытался прислушиваться к ним, к их шёпоту в попытке понять, о чём они разговаривают. Но всё было бессмысленно. Если уж это не подвластно мастерам финта, чего уж говорить о нём, о том, кто, хоть и стал учителем, всё ещё остаётся учеником? В общем, весь хавор новый финтар летал над Финтарисом. Пока что ещё он не достиг совершенства в новой сущности, а потому долго находиться в полёте не мог. Приходилось приземляться, ждать, когда силы восполнялся, чтобы после этого устремиться в очередной полёт. Но Йимир верил, что дух, подобно плоти, будет укрепляться в ходе тренировок. Как и с окта, когда он наращивал свои мышцы, совершая частые плавания, он полагал, что чем чаще он будет летать, тем дольше он будет это делать. Но быстро понял, что это было неверно. А Валеин позднее объяснил ему, что крепость его духа взращивается по мере познания новых граней финта. Иными словами, хочешь дольше находиться в свободном полёте – продолжай изучать магию воздуха. Чем, в принципе, Йимир и планировал заниматься.

Конечно же, он не преминул залететь в чертоги Морана, чтобы пообщаться с даргом света. В огромной пещере золотой дракон мог находиться в своём истинном обличии. И вот Йимир тогда наполнился благоговением перед величием творения Йора. Огромный, занимающий всё пространство пещеры. Всё тело покрыто толстой золотистой чешуёй. Одна такая пластинка высотой была даже больше Йимира. Мощные трёхсоставные ноги с тремя пальцами, из которых торчали огромные золотые когти, такие же мощные, но уже двухсоставные руки с пятью пальцами, из которых также торчали когти, но намного меньше, чем те, что росли из ног. Широкие перепончатые крылья, покрытые золотой чешуёй, были сложены за спиной. Длинная шея оканчивалась вытянутой мордой. Огромные ноздри выдыхали горячий пар. Два широких глаза с огромными оранжевыми зрачками, глядели прямиком в душу. И благоговейный страх перед величием золотого дарга от этого был лишь ещё сильнее.

– Вот и ты, наследник кольера, - в голове Йимира раздался могущественный голос огромного существа, - Наконец-то, я дождался, когда ты покоришь силу финта и явишься ко мне.

Сын Талата приветствовал его, как финтара, а после спросил:

– Почему ты больше не приходил? Мне так нравилось внимать твоим мудрым словам.

Голос Морана продолжал звучать у него в голове:

– Мне приятно слышать это, мой юный друг. Я не приходил к тебе, потому что посчитал, что на данном этапе тебе было достаточно той мудрости, что я тебе преподнёс. Тем более видимо было, что амаки тебе были нужны для других дел. Но теперь, когда ты познал силу свободного полёта, ты можешь приходить ко мне, чтобы повидаться, когда у тебя будет свободное время.

– Ты не представляешь, как же я рад, что могу летать! Я себя никогда не ощущал ещё таким свободным и лёгким!

– Воистину, ты удивителен, сын кольера. Никогда мне ещё не доводилось видеть сенонца, который был бы настолько рад возможности свободно летать. Да чего уж говорить? Ты уже с самого начала нашей встречи показываешь себя необычным сенонцем.

В общем, таким образом Йимир получил возможность внимать наставлениям мудрого Морана. И после того, как финтар проходил какой-то урок у Валеина, он прилетал к даргу и внимал тому, что тот мог рассказать ему о новых способностях.

Так пролетело ещё 4 алвата. Всё это время Йимир был и хорошим учеником, и потрясающим учителем. Он постиг все тонкости магии воздуха и научился, как финтары, принимать обличие ветра. Эта способность не давала ощущения свободы и величия, как полёт, однако это был самый быстрый метод перемещения во всём Сенон. А ещё воздух в его власти становился смертоносным оружием. Ветряные потоки, которые создавал Йимир, словно тысяча ножей, могли резать плоть. Он, конечно, не понимал, в каких случаях это может пригодиться, но ради укрепления сущности воздуха в своей душе он постиг и этот приём.