Элунея

– Да, такова природа вещей. Далодичность магии влияет на нас сильнее, чем на людей. И мы вынуждены бороться с ней. Моя мама говорила, что тот, кто настроился на эту борьбу, обязательно победит. Вот я и старался обращать внимание на эту самую далодичность, пытаясь бороться с ней на каждом этапе своего обучения. И победил. Но скажи, Валдимер, раз уж ты встречал и провожал многих зентеров, не попадалась ли тебе девушка по имени Олия?

– Помню такую. Довольно смышлёная зентерка. Она тебе интересна?

– Да, мы как-то встречались в Зактарисе. Она возвращалась в Зентерис, чтобы начать подготовку к испытанию?

– Нет. Приобретя начальные знания, она покинула родину и устремилась по пути талами.

– Значит, она ещё проходит обучение в Финтарисе. Скажи, Валдимер, что ты думаешь о любви? Можно ли найти свою вторую половину с первого раза? Или же это длительный процесс?

И очень много времени два зентера обсуждали притяжение, которое образовалось между Йимиром и Олией.

Когда же Анатиан увидел Йимира, его радости не было пределов. Он подметил, как сильно изменился Йимир, как возросли его силы, как укрепилась его сущность, как он возмужал. А ещё он обратил внимание на вторую сущность чародея, которая развивалась в нём. Йимира это немного удивило, ведь он думал, что её никто не может заметить. Навул рассмеялся, и этот смех, с одной стороны, был добрым, но Йимир подмечал в нём и нечто злобное. А после он отвечал Йимиру:

– Мы же с тобой очень хорошо знакомы. И не увидеть таких изменений было просто невозможно.

И весь это хавор, а также следующий Йимир и Анатиан разговаривали о жизни будущего талами. Сын кольера стал подмечать нечто необычное и, можно даже сказать, странное. Анатиан, конечно, оставался всё таким же приятным собеседником, таким же, можно сказать, вторым отцом для него. Он, как и раньше, излучал добро и располагал к себе. Но теперь его вторая сущность как будто бы позволяла ктиоханину видеть то, чего он раньше просто-напросто не замечал. В доброту и заботу собеседника вплеталось что-то ещё, нечто непонятное, пугающее и даже зловещее. И по мере того, как разговоры по душам с Анатианом продолжались, Йимир всё больше удостоверялся в том, что внутри этого зентера живёт какое-то иное существо. На память сразу же пришли слова Барка о том, что в каждом сенонце есть часть от саткара, просто она настолько незначительна, что никто не может заподозрить о её существовании, а тем более увидеть. Вот и сейчас Йимир думал, что его дерзкая сущность выросла настолько, что он начинает видеть эту самую часть саткара. Но было также и второе объяснение всему этому, ещё более безумное, чем первое – Йимир на самом деле заражён сопна, просто пока что не осознаёт это. И вот, далодичнось этой магии даёт о себе знать – он остановится параноиком. Анатиан заметил все эти внутренние волнения и стал интересоваться, что с ним. Йимир лишь аргументировал это тем, что в нём пробуждается волнение перед грядущим испытанием. Навул успокоил его и сказал, что Йимиру не о чем беспокоиться. Глядя на него, он может с уверенностью сказать: перед ним стоит самый настоящий талами. Совокупность всех магических знаний делает его достойным этого звания. Осталось теперь самое незначительное – просто показать все эти знания на практике. После этого он принялся рассказывать, что из себя будет представлять это самое испытание.

На всё про всё даётся ровно 1 миссар. Всего будет 26 испытаний – по одному на каждый хавор. Первые три хавора будут испытываться знания земляной стихии. Анатиан сказал, что первые два испытания каждый раз меняются, но он раскрыл, что там будет: нужно будет преодолеть определённое расстояние в то время, как вся округа содрогается от землетрясения; потом нужно будет взобраться на высокую и крутую гору, а после спуститься с неё по другой стороне; и, наконец, Анатиан призовёт для каждого испытуемого каменное чудище, и нужно будет сразить его. Но есть одно условие. Кто-то из других навулов объявит, какую стихию нельзя будет использовать в этом сражении. Например, Евенгал встанет и объявит, что на этом этапе нельзя будет применять финта. Значит, придётся бежать пешком по дрожащей земле. Зентер сказал, что эти испытания самые лёгкие, и обычно с ними не возникает никаких проблем. Прошёл одно из них – и целый хавор можешь заниматься, чем угодно. С рассветом до того, как запоют трубы, нужно явиться, чтобы успеть к началу нового испытания. После земли обычно идёт вода, потом ветер, и завершает всё огонь. Какие испытания навулы приготовили на этот алват, Анатиан, конечно же, не знал. Но все они будут заканчиваться одинаково – битвой с чудовищем. С 13 по 18 хаворы испытания будут усложнены тем, что теперь будущим талами нужно справляться сразу с двумя стихиями. А также будет наложен запрет на две стихии. На 19, 20 и 21 хавор выпадает испытание с участием трёх стихий, который будут комбинироваться между собой. Запрещён будет один элемент – тот, который не попал в испытание. Скажем, во время 19 хавора будут задействованы зенте, окта и финта, но нельзя будет использовать закта. Но самым сложным будет 22 хавор – там будет одно испытание, но сразу со всеми четырьмя стихиями. Все навулы призовут против каждого талами чудовищ, нашлют на них какие-нибудь катаклизмы. И во всём этом сумбуре нужно будет пытаться победить противника и перебраться на противоположную сторону. На этом завершатся физические испытания, но оставшиеся 4 хавора каждый испытуемый будет вести беседы с хранителями. Йимир будет говорить сначала со своим хранителем. Кто-то из дулов испытает его умными вопросами. Но Анатиан сказал, что обычно свои хранители не долго испытывают, потому что они могли наблюдать за ростом и развитием чародея, а потому им незачем убеждаться в том, что стоящий перед ним земляк достоин стать талами. После этого Йимир должен будет предстать перед хранителем противоположной стихии, то есть у него это Моран. Ктиоханин обрадовался, потому что они с этим даргом в хороших отношениях. Повидаться и пообщаться с другом, которого он уже давно не видел, будет очень приятно. А после него талами может выбирать сам, к кому он подойдёт после: Ступ или Хахор. И вот здесь Йимир немного испугался, потому что не знал этих двоих так хорошо, как хотелось бы. А потому боялся, что эти двое не станут его щадить. На что Анатиан ответил ему, чтобы тот не беспокоился излишне по этому поводу. Лишь в редких случаях кому-то не удавалось проходить испытание. Но это было исключительно по той причине, что талами оказался не готов к этому. Однако Йимир, со слов навула, уже выглядит как победитель испытания. Теперь просто-напросто осталось показать это всем. Чародей ещё немного поспрашивал мастера об этом испытании. А тот отвечал ему всё, и талами понял, что на испытании будут присутствовать его отец и мать, хранители, навулы и все, кто желают посмотреть на это; что смертельных исходов не было никогда; что мешать друг другу запрещено, хотя нигде в правилах этого не прописано, и никто никогда никому не мешал проходить испытание; что про помощь тоже никаких запретов не было, и никто никогда не помогал кому бы то ни было. После этого разговора Йимир пустился в путешествие по родине, как он это делал в детстве, чтобы побыть одному, собраться с мыслями перед грядущим испытанием и поразмышлять о том, почему он стал видеть в зентерах частицы коварства. Это дары его второй сущности или же проклятье пятой стихии?

За 2 хавора до начала испытаний сын кольера прибыл в Кольен, чтобы к началу быть уже готовым. Талат и навулы уже подготавливали всё к состязаниям, а потому отец был недоступен для сына. Однако Лоира была с Йимиром и всё рассказывала ему. В частности, она поделилась тем, что в этот алват претендентов будет немного. Не считая сына, будет ещё 9 сенонцев, претендующих на звание талами. Итого 10 испытуемых.

Пока всё подготавливалось, они прогулялись по арене. Это большое, просто огромное поле, наверное, могло бы уместить всех зентеров, если бы они немного потеснились. Лоира сказала, что в первые времена, когда испытание только-только было придумано, желающих посвятиться в уважаемых членом общества было так много, что пришлось проводить испытания целых три миссара подряд. Но теперь, если наберётся 20 будущих талами, это было хорошо. Йимир поинтересовался, не было ли среди них Олии. Мама сказала, что нет. За то будет Сименторий. И это очень обрадовало будущего талами. Арена испытания имела высокие стены, а над этими стенами располагались места, где восседали наблюдатели за этим действом. Мама также сказала Йимиру, что дополнительно тут будет образован купол защитных чар, сотворённый всеми четырьмя навулами, чтобы во время испытания снизить риски получения травм среди зрителей. Йимир изумился:

– Но ведь при слиянии всех четырёх элементных сфер магии образуется зона нематериализации. Как такое возможно, что этого не произойдёт?» Мама по-доброму улыбнулась и отвечала:

– Молодец, что помнишь наши уроки. Да, это непреложное правило – сошлись закта, финта, окта и зенте – и образуется нематериализация. Но в эфире помимо эфирных потоков есть ещё и пустота. Ведь, насколько ты знаешь, слияние нематериализованных магических потоков тоже чревато последствиями. Тогда возникает вполне закономерный вопрос – а как потоки вообще существуют? Они же постоянно перемежаются, сплетаются и вообще ведут себя непредсказуемо. Получается, мы то и дело должны видеть постоянные всполохи магической энергии, претерпевать последствия от разрыва скроакзированных или, наоборот, истощённых сгустков энергии.

– И в самом деле, а почему всего этого не происходит?

– Всё это из-за той самой эфирной пустоты. По сути, нематериализация существовала ещё до образования эфира. Это эфир так искусно вплёлся в неё. И эта самая нематериализация существует до сих пор. Она проходит тонким, почти что незаметным слоем между каждым потоком магической энергии. Нет, сынок, не пытайся. Это сложно понять, а увидеть – и того сложнее. Для этого нужны долгие упражнения. А после того, как ты увидел это, нужно будет научиться пользоваться этой нематериализацией. Вот именно её навулы будут использовать для того, чтобы сотворить свои защитные купола.

Йимир проникся уважением к этим мастерам своего дела. Также они посмотрели на то, откуда за всем происходящим будут наблюдать Талат, Лоира, навулы и хранители. Со стороны, где располагался дворец, находилось 10 мест. Отец с матерью займут места по середине, а все остальные рассядутся по правую и левую руку от них.

После этого они посетили места, где будут проживать испытуемые. Эти помещения находились под местами для сидений. И попасть в них можно было из главных проходов, что располагались с четырёх сторон самой арены. Если встать на пороге таких проходов, глядя в сторону арены, то помещения для проживания испытуемых будут находиться справа и слева. Там были расположены диваны для отдыха. А на стенах были подвешены небольшие чаши, в которых горело зацикленное пламя закта, придавая этой обстановке приятный вид, так что под таким мерным сиянием можно было даже вздремнуть. Попрактиковаться в магии можно на территории Кольена, только если такая практика не вредит окружающей среде.

Когда осмотр был закончен, Йимир и Лоира продолжали разговаривать. Он поведал своей маме о том, какие подозрения поселились в нём. Он сказал, что стал замечать в Анатиане странности, как будто бы в его душе находилась частица саткара, прямо как и говорил Барк. Она, как всегда, по-доброму улыбнулась ему, а после отвечала:

– Не волнуйся, мой хороший. Всё нормально.

Её слова были странными, ведь они не отвечали на вопрос, поднятый Йимиром. Однако спокойствие, с которым она их произнесла, передалось также и ему. Что интересно, ни в ней, ни в отце он не наблюдал этого. Они были талами, и в них не было ни намёка на частицу саткара. А потому он успокоился и больше не приставал к ней с этим вопросом.

Часть 10

Вечером прибыли некоторые из тех, кто будут проходить испытания. Это были четыре сенонца, все уроженцы разных земель. Йимир поспешил с ними познакомиться. Однако уже с самого начала его дух почувствовал что-то неладное в этих сенонцах. А, когда он познакомился с зентером, ему так вовсе показалось странным тот факт, что со своим земляком Йимир не чувствует прочной связи. Да, по мере того как маг земли обретает познания в других сферах, он разбавляет свою сущность другими, отчего связь становится не такой прочной. И хоть Йимир за время своего путешествия встречал не так уж и много зентеров-талами, всё же он видел ярко выраженную ауру магии земли, которую ничто не могло затмить. А тут возникало ощущение, будто бы этот зентер за время своего путешествия и познания других сфер магии отрёкся от земли. В нём почти что равномерно были размешаны все сущности. Само собой, земляная выделялась сильнее, но всё же не так, как обычно. На почве этого наблюдения он счёл странным то, что довольно взрослый октар путешествовал без своей второй половины. Конечно, таким же образом жил и Сименторий, однако он был, скорее, исключением из правила. А теперь перед ним стоит второй октар, идущий по пути талами в одиночку. Странным был также и финтар – он не парил над землёй, а прочно стоял на ней своими ногами. В поведении зактара ничего предосудительного не было. Однако, находясь в обществе троих необычных сенонец, он попадал под тень подозрений Йимира. Но объединяло их всех то, какими немногословными и немного сумрачными были эти четверо. Это также казалось Йимиру странным и закономерным. Возникало такое ощущение, будто бы они недобрым взглядом посматривают на него. И даже как будто подглядывают за ним. Йимир то и дело ловил на себе взор одного из них, который был переполнен коварства и злого умысла. Из-за чего Йимиру становилось не по себе. Он хотел поделиться этим наблюдением с мамой, однако Лоира к тому времени присоединилась к Талату, помогая кольеру и навулам устраивать всё.

С наступлением амака прибыли ещё два участника испытания. Это была молодая семейная пара октаров, очень приятные сенонцы, с которыми Йимир тут же нашёл общий язык. Утром в Кольен пришёл очередной испытуемый. Им оказался никто иной, а именно Констабаль, тот самый финтар, который исцелил Йимира после того, как тот чуть было не погиб от слишком большого кроакзирования противоположной стихии. Йимиру всегда нравились финтары за их возвышенность, за их грацию. И вот Констабаль был таким воплощением всего возвышенного и прекрасного, что есть в народе воздуха. Его лёгкие и воздушные движения напомнили Йимиру о тренировках в воздушных землях, а его приятная, размеренная речь, в которую он вплетал тщательно подобранные слова, вновь вернула Йимиру в те дни, когда он только недавно познал методику свободного полёта и мог, не страшась ничего, перемещаться по этому прекрасному месту и знакомиться с новыми личностями, которые, наконец-то, раскрывались перед ним во всей своей красе. Но всё же, несмотря на весь этот шарм, которым был наполнен Констабаль, второй сущностью Йимир ощущал в нём какую-то загадку, какую-то тайну. В нём что-то было. Но не саткарское, это точно. После того, что с ним произошло, всё, что связано с этими пламенными существами, он определил безошибочно. В Контабале была какая-то другая тайна. Однако Йимир не придавал этому значения, потому что подумал, будто бы этот чародей втайне практикует зразе, которого сын Талата уже не мог определить. Вместе с двумя октарами, мужем и женой, они вдоль и поперёк исходили арену испытания, пытаясь представить, как тут всё будет происходить. В это время сюда пребывает Сименторий. Всё такой же молодо выглядящий и облачённый в обтягивающий костюм своего народа, он был прост, как капля воды. Никаких тайн в своей сущности он не носил. Молодой октар разбавил спокойствие их разговоров своей громкой речью. Констабаль немного раздражался этим. И со словами «Ну, характер у меня такой» он понижал громкость своего голоса, но со временем возвращался к былой манере. Так что финтару пришлось привыкнуть к нему. А в середине хавора прибыла последняя участница испытания – черноволосая зактарка. Несмотря на боевой нрав и явное стремление во всём первенствовать, она очень хорошо вписалась в общество Йимира. Остальные четверо продолжали быть подозрительно-сумрачными, до жути молчаливыми и отстранёнными. Как будто бы это были какие-то специально подосланные врагами кольера соглядатаи, чтобы испортить это испытание. Даже их разнообразие бросалось в глаза. По одному представителю от всех четырёх народов. Как будто бы специально для того, чтобы они могли справиться с любой задачей. Как бы сильно Йимир ни пытался не обращать на них внимание, всё же время от времени он нет-нет, да и взглянет на них через плечо, всякий раз ловя на себе взгляд одного из них.